Кто упоминает kavkaz_leakbez

Контрабанду золота из России в Турцию связали с семьёй Кадырова Управление на транспорте МВД по СКФО уже два года расследует дело о контрабанде золота в Турцию. По данным ВЧК-ОГПУ и «Арбитра», в деле фигурируют семь эпизодов преступной деятельности. Главная фигурантка — Медни Бабиева. По версии следствия, она получала деньги на закупку золота, которое затем переправляли в Турцию для продажи. Бабиева утверждает, что была лишь управляющей семейного бизнеса, а не его владелицей. В материалах дела фигурируют 50 млн рублей, которые, как утверждается, Бабиева получила от Разет Кадыровой — вдовы старшего брата главы Чечни Рамзана Кадырова. Деньги предназначались для совместного бизнеса с распределением прибыли и убытков пополам. В предполагаемую схему также вовлечены дети Бабиевой. Её дочь Лимда, по данным издания, занималась приёмом и сбытом золота в Турции. Авторы расследования утверждают, что, несмотря на собранные доказательства, следствие затягивается, а главную фигурантку не доставляют на следственные действия. Таким образом, расследование контрабанды золота может затрагивать окружение семьи главы Чечни Рамзана Кадырова.

Тема дня: В России предлагают исключить кровную месть из отягчающих обстоятельств С такой инициативой выступила профессор Дагестанского госуниверситета Дурея Зиядова на онлайн-семинаре МГУ. Она назвала «кровную месть» способом восстановить справедливость и инструментом защиты чести и достоинства. kavkaz_leakbez. Кавказ топит за отмену наказания за убийства из-за кровной мести. Правда, пока только за смягчение наказания: мол, месть — это святое, а какая-то корысть (из-за которой тоже, к примеру, убили) — это харам. Марина Ахмедова. Но важная особенность обычая — возможность примирения, которое решает сразу несколько задач, недостижимых в традиционном правосудии: истинное раскаяние виновного, возмещение ущерба, покаяние перед жертвой и ее родственниками. То есть юрист напрямую заявляет, что для республик Северного Кавказа должно действовать особое средневековое правосудие. Видимо, они там живут настолько в своем коконе традиций, что даже не соображают, насколько это дико и антигосударственно звучит. Мне, например, совершенно неясно, почему какой-то гражданин может подойти убить человека, и рассчитывать на снисхождение в суде. А убийца, скажем, из Ростова на снисхождение рассчитывать не может, ведь он — русский, и традиции кровной мести у него нет. Неудаща. Дагестанский профессор, доктор юридических наук, считает убийства по мотивам кровной мести полезным и правильным делом, наказывать за которое нужно мягче, чем, например, за убийство из корыстных побуждений. И прямо заявляет, что в некоторых регионах огромную роль играют местные обычаи, а не законы Российской Федерации, частью и охотным потребителем субсидий которой эти регионы являются. И эти обычаи было бы неплохо легализовать во всероссийском масштабе — мало ли где гордому горцу приспичит зарезать кровника. А теперь попробуйте предположить, чему дагестанский профессор уголовного права Дурея Зиядова учит дагестанских студентов юрфака, которые завтра пойдут работать в полицию и прокуратуру. Вам хочется жить в стране, законность и правопорядок в которой обеспечивают ученики человека, оправдывающего кровную месть? Дева Дивная. Профессор Чеченского государственного педагогического университета Джамбулат Сайдумов, продолжая тему, заявил, что не знает более защищенной и более свободной женщины, чем чеченская — потому что в рамках законов кровной мести даже убийство можно урегулировать, а вот посягательство на женскую честь — нет. Не считая случаев похищения женщин с целью женитьбы. Тему кровной мести участникам встречи удалось привязать и к СВО. Кандидат юридических наук и бывший росгвардеец Андрей Зюков, служащий в ЛНР, в своем выступлении заявил, что украинцам и русским нужно брать пример с кавказских народов. Неверный путь. Когда мы говорим об укреплении «общероссийского единства» на Северном Кавказе, возникает резонный вопрос: а что именно мы там укрепляем? Пока в центре рассуждают о скрепах, на местах полным ходом идет процесс насаждения радикального ислама — чуждого, агрессивного и абсолютно несовместимого с нашим многонациональным миром. Традиционный ислам, веками существовавший в регионе, и тем более христианство, сегодня откровенно выдавливаются. Это не просто тенденция — это системная политика, проводимая при полном попустительстве местных «эффективных менеджеров». Муниципалы и региональные власти предпочитают отмалчиваться и не замечать очевидного, а федеральный центр будто замер в ожидании неведомой «команды». Честно — и точка. Особенно тревожно, что подобные представления о правосудии преподносятся не как пережиток архаичных обычаев, а как повод пересмотреть уголовное законодательство. Осталось только выяснить, на каком этапе кровная месть должна получать статус смягчающего обстоятельства: после первого убийства или уже после второго, ответного. Кажется, до правового государства мы решили двигаться в обратную сторону. Мадам Секретарь. Очень хорошо эта история сочетается с британскими инициативами по обязательному празднованию Рамадана. Можно одновременно внедрить.

Тема дня: В России предлагают исключить кровную месть из отягчающих обстоятельств С такой инициативой выступила профессор Дагестанского госуниверситета Дурея Зиядова на онлайн-семинаре МГУ. Она назвала «кровную месть» способом восстановить справедливость и инструментом защиты чести и достоинства. kavkaz_leakbez. Кавказ топит за отмену наказания за убийства из-за кровной мести. Правда, пока только за смягчение наказания: мол, месть — это святое, а какая-то корысть (из-за которой тоже, к примеру, убили) — это харам. Марина Ахмедова. Но важная особенность обычая — возможность примирения, которое решает сразу несколько задач, недостижимых в традиционном правосудии: истинное раскаяние виновного, возмещение ущерба, покаяние перед жертвой и ее родственниками. То есть юрист напрямую заявляет, что для республик Северного Кавказа должно действовать особое средневековое правосудие. Видимо, они там живут настолько в своем коконе традиций, что даже не соображают, насколько это дико и антигосударственно звучит. Мне, например, совершенно неясно, почему какой-то гражданин может подойти убить человека, и рассчитывать на снисхождение в суде. А убийца, скажем, из Ростова на снисхождение рассчитывать не может, ведь он — русский, и традиции кровной мести у него нет. Неудаща. Дагестанский профессор, доктор юридических наук, считает убийства по мотивам кровной мести полезным и правильным делом, наказывать за которое нужно мягче, чем, например, за убийство из корыстных побуждений. И прямо заявляет, что в некоторых регионах огромную роль играют местные обычаи, а не законы Российской Федерации, частью и охотным потребителем субсидий которой эти регионы являются. И эти обычаи было бы неплохо легализовать во всероссийском масштабе — мало ли где гордому горцу приспичит зарезать кровника. А теперь попробуйте предположить, чему дагестанский профессор уголовного права Дурея Зиядова учит дагестанских студентов юрфака, которые завтра пойдут работать в полицию и прокуратуру. Вам хочется жить в стране, законность и правопорядок в которой обеспечивают ученики человека, оправдывающего кровную месть? Дева Дивная. Профессор Чеченского государственного педагогического университета Джамбулат Сайдумов, продолжая тему, заявил, что не знает более защищенной и более свободной женщины, чем чеченская — потому что в рамках законов кровной мести даже убийство можно урегулировать, а вот посягательство на женскую честь — нет. Не считая случаев похищения женщин с целью женитьбы. Тему кровной мести участникам встречи удалось привязать и к СВО. Кандидат юридических наук и бывший росгвардеец Андрей Зюков, служащий в ЛНР, в своем выступлении заявил, что украинцам и русским нужно брать пример с кавказских народов. Неверный путь. Когда мы говорим об укреплении «общероссийского единства» на Северном Кавказе, возникает резонный вопрос: а что именно мы там укрепляем? Пока в центре рассуждают о скрепах, на местах полным ходом идет процесс насаждения радикального ислама — чуждого, агрессивного и абсолютно несовместимого с нашим многонациональным миром. Традиционный ислам, веками существовавший в регионе, и тем более христианство, сегодня откровенно выдавливаются. Это не просто тенденция — это системная политика, проводимая при полном попустительстве местных «эффективных менеджеров». Муниципалы и региональные власти предпочитают отмалчиваться и не замечать очевидного, а федеральный центр будто замер в ожидании неведомой «команды». Честно — и точка. Особенно тревожно, что подобные представления о правосудии преподносятся не как пережиток архаичных обычаев, а как повод пересмотреть уголовное законодательство. Осталось только выяснить, на каком этапе кровная месть должна получать статус смягчающего обстоятельства: после первого убийства или уже после второго, ответного. Кажется, до правового государства мы решили двигаться в обратную сторону. Мадам Секретарь. Очень хорошо эта история сочетается с британскими инициативами по обязательному празднованию Рамадана. Можно одновременно внедрить.

Сделай Единство сам Я хорошо помню, как придумывали День народного единства. Задача была вполне политтехнологической: убрать красный цвет с 7 ноября. Кроме того, не существовало ни одного государственного праздника, отсылающего к событиям до 1917 года. Так появилась дата 4 ноября. Историческая основа с отсылкой к окончанию Смуты у него манипулятивная, но празднование Казанской иконы Божией Матери самое настоящее. Получился чистый симулякр. Восстановление того, чего в таком виде никогда не существовало. Я помню первые празднования в Красноярске. Местные власти мучительно пытались понять, что именно нужно делать 4 ноября. Выходной назначили. Историческое обоснование подготовили. А традиции нет. Улица, как известно, пустоты не терпит. На 4 ноября решили собираться националистические движения. Тогда они воспринимались как угроза политическому режиму, поэтому власти нужно было занять улицу своей активностью. В один из первых годов по Красноярску прошла огромная колонна во главе с губернатором. Все в белых шарфиках. Получилось наглядное изображение единства. Тысячи одинаково одетых людей идут в одну сторону. У меня тогда состоялся разговор с Константином Гуреевым, возглавлявшим в тот момент краевое агентство молодёжной политики. Я критиковал этот марш и говорил, что энергия единства должна быть созидательной. В этот день нужно не просто идти в одном направлении, нужно что-то вместе сделать. Например, благоустроить заброшенное место и выложить там плиткой карту России. Смысл был не в самой карте, а в общей деятельности, сделать что-то полезное для своего города и страны. Позже на Караульной горе действительно появилась огромная надпись «Россия», выложенная белыми, синими и красными камушками. Не думаю, что это произошло непосредственно из-за нашего разговора. Константин Гуреев – человек очень вдумчивый, но идея наверняка прошла через множество согласований, совещаний и презентаций. И в процессе из неё постепенно вымылось содержание. Общая полезная деятельность превратилась просто в слово «Россия». Осталась только форма. Снова симулякр. Позднее День народного единства стали связывать прежде всего с многонациональностью страны. Появились фестивали национальных культур. Танцы. Костюмы. Песни. Обязательный плов. Культурное разнообразие страны действительно нужно знать. Но фестиваль плова не может быть главным содержанием государственного праздника. День народного единства должен не показывать, чем мы отличаемся друг от друга, а отвечать на другой вопрос: Что у нас общее? Не просто что еврей остается евреем, татарин – татарином, таджик – таджиком. А что означает быть русским евреем, русским татарином, русским таджиком? Русским – по принадлежности к общей культуре, истории, языку, государству и будущему. Если человек выбирает Россию своей Родиной, у него появляется новая общность. Общие победы и поражения, герои и трагедии. Общий культурный канон. Общая ответственность за страну. Это то чувство, которое возникает у памятника Тысячелетию России в Великом Новгороде. Когда смотришь фильмы от Гайдая до Тарковского. Когда ешь окрошку и споришь, должна она быть на квасе или на кефире. Все эти вещи очень разные. Но вместе они образуют пространство узнавания. Мы смотрим, слышим, пробуем – и понимаем: это наше. Но День народного единства должен быть не только про то, что мы вместе помним. Он должен быть про то, что мы вместе создаём. И здесь история Минина и Пожарского неожиданно оказывается гораздо современнее придуманного вокруг неё праздника. Они не проводили фестиваль культур. Они собирали деньги. Договаривались между собой. Восстанавливали страну. В этом и может появиться настоящее содержание 4 ноября. Посадить деревья. Восстановить памятник. Помочь тем, кому трудно. Создать школу, предприятие, фильм или общественный проект. Праздник, возникший как политическая технология и симулякр, со временем может стать настоящим. Россия – не надпись на горе. Россия – это то, что мы делаем вместе. Единство нужно не демонстрировать. Единство надо создавать.

Сделай Единство сам Я хорошо помню, как придумывали День народного единства. Задача была вполне политтехнологической: убрать красный цвет с 7 ноября. Кроме того, не существовало ни одного государственного праздника, отсылающего к событиям до 1917 года. Так появилась дата 4 ноября. Историческая основа с отсылкой к окончанию Смуты у него манипулятивная, но празднование Казанской иконы Божией Матери самое настоящее. Получился чистый симулякр. Восстановление того, чего в таком виде никогда не существовало. Я помню первые празднования в Красноярске. Местные власти мучительно пытались понять, что именно нужно делать 4 ноября. Выходной назначили. Историческое обоснование подготовили. А традиции нет. Улица, как известно, пустоты не терпит. На 4 ноября решили собираться националистические движения. Тогда они воспринимались как угроза политическому режиму, поэтому власти нужно было занять улицу своей активностью. В один из первых годов по Красноярску прошла огромная колонна во главе с губернатором. Все в белых шарфиках. Получилось наглядное изображение единства. Тысячи одинаково одетых людей идут в одну сторону. У меня тогда состоялся разговор с Константином Гуреевым, возглавлявшим в тот момент краевое агентство молодёжной политики. Я критиковал этот марш и говорил, что энергия единства должна быть созидательной. В этот день нужно не просто идти в одном направлении, нужно что-то вместе сделать. Например, благоустроить заброшенное место и выложить там плиткой карту России. Смысл был не в самой карте, а в общей деятельности, сделать что-то полезное для своего города и страны. Позже на Караульной горе действительно появилась огромная надпись «Россия», выложенная белыми, синими и красными камушками. Не думаю, что это произошло непосредственно из-за нашего разговора. Константин Гуреев – человек очень вдумчивый, но идея наверняка прошла через множество согласований, совещаний и презентаций. И в процессе из неё постепенно вымылось содержание. Общая полезная деятельность превратилась просто в слово «Россия». Осталась только форма. Снова симулякр. Позднее День народного единства стали связывать прежде всего с многонациональностью страны. Появились фестивали национальных культур. Танцы. Костюмы. Песни. Обязательный плов. Культурное разнообразие страны действительно нужно знать. Но фестиваль плова не может быть главным содержанием государственного праздника. День народного единства должен не показывать, чем мы отличаемся друг от друга, а отвечать на другой вопрос: Что у нас общее? Не просто что еврей остается евреем, татарин – татарином, таджик – таджиком. А что означает быть русским евреем, русским татарином, русским таджиком? Русским – по принадлежности к общей культуре, истории, языку, государству и будущему. Если человек выбирает Россию своей Родиной, у него появляется новая общность. Общие победы и поражения, герои и трагедии. Общий культурный канон. Общая ответственность за страну. Это то чувство, которое возникает у памятника Тысячелетию России в Великом Новгороде. Когда смотришь фильмы от Гайдая до Тарковского. Когда ешь окрошку и споришь, должна она быть на квасе или на кефире. Все эти вещи очень разные. Но вместе они образуют пространство узнавания. Мы смотрим, слышим, пробуем – и понимаем: это наше. Но День народного единства должен быть не только про то, что мы вместе помним. Он должен быть про то, что мы вместе создаём. И здесь история Минина и Пожарского неожиданно оказывается гораздо современнее придуманного вокруг неё праздника. Они не проводили фестиваль культур. Они собирали деньги. Договаривались между собой. Восстанавливали страну. В этом и может появиться настоящее содержание 4 ноября. Посадить деревья. Восстановить памятник. Помочь тем, кому трудно. Создать школу, предприятие, фильм или общественный проект. Праздник, возникший как политическая технология и симулякр, со временем может стать настоящим. Россия – не надпись на горе. Россия – это то, что мы делаем вместе. Единство нужно не демонстрировать. Единство надо создавать.

Борьба с бюджетной дырой добралась до любителей хорошего алкоголя Правительство повысило ввозные пошлины на крепкий алкоголь из недружественных стран с 20% до 35%, но не менее 5 евро за литр (прежде — 3 евро). Подорожание коснётся виски, рома, джина, ликёров и других импортных напитков. В бюджет рассчитывают дополнительно получить около 10 млрд рублей в 2027 году. В общем, власти продолжают искать деньги там, где их ещё можно найти. Теперь раскошелиться придётся россиянам, которые предпочитают качественный импортный алкоголь. Правда, любителям отечественной водочки из среднего класса переживать особо не о чем. А вот у людей с низкими доходами, многие из которых из-за высоких акцизов и минимальных розничных цен и без того не могут регулярно покупать легальную водку, выбор давно другой. Для них по-прежнему существуют дешёвые спиртосодержащие настойки, лосьоны и косметические концентраты — те самые «фунфырики», включая «Боярышник». Бюджет, возможно, и получит дополнительные миллиарды. А вот культура потребления алкоголя в стране от очередного повышения пошлин вряд ли станет благороднее. Честно - и точка. Мы ГОВОРИМ - другие МОЛЧАТ

НПЗ горят, топливо под контролем. Торговля с США продолжается В ночь на 3 ноября беспилотники атаковали ярославский НПЗ «Славнефть-ЯНОС» — один из пяти крупнейших в России. На территории предприятия возникло несколько крупных очагов пожара, пострадали два человека. Завод способен перерабатывать до 15 млн тонн нефти в год и обеспечивает топливом, в том числе, Московский регион и предприятия ВПК. Атаки на российские нефтеперерабатывающие заводы продолжаются регулярно. Повреждение крупных перерабатывающих мощностей усиливает риски перебоев с производством и поставками бензина и дизеля. А значит, очередной виток топливного кризиса — вполне реальная перспектива. Впрочем, населению, как обычно, предложат не волноваться: ситуация под контролем, дефицита нет, перебои временные, а цены растут исключительно по объективным причинам. Если же топлива снова не хватит, всегда останутся экспортные контракты и выгодные поставки за рубеж, в том числе американским покупателям. Получается занятная логика: собственным автомобилистам — лимиты, очереди и успокоительные заявления, а зарубежным покупателям — рыночные условия и коммерческая выгода. Похоже, чтобы американцы не остались без топлива, поводов для беспокойства у российских властей куда больше, чем чтобы его хватило собственным гражданам. Честно - и точка. Мы ГОВОРИМ - другие МОЛЧАТ

Сделай Единство сам Я хорошо помню, как придумывали День народного единства. Задача была вполне политтехнологической: убрать красный цвет с 7 ноября. Кроме того, не существовало ни одного государственного праздника, отсылающего к событиям до 1917 года. Так появилась дата 4 ноября. Историческая основа с отсылкой к окончанию Смуты у него манипулятивная, но празднование Казанской иконы Божией Матери самое настоящее. Получился чистый симулякр. Восстановление того, чего в таком виде никогда не существовало. Я помню первые празднования в Красноярске. Местные власти мучительно пытались понять, что именно нужно делать 4 ноября. Выходной назначили. Историческое обоснование подготовили. А традиции нет. Улица, как известно, пустоты не терпит. На 4 ноября решили собираться националистические движения. Тогда они воспринимались как угроза политическому режиму, поэтому власти нужно было занять улицу своей активностью. В один из первых годов по Красноярску прошла огромная колонна во главе с губернатором. Все в белых шарфиках. Получилось наглядное изображение единства. Тысячи одинаково одетых людей идут в одну сторону. У меня тогда состоялся разговор с Константином Гуреевым, возглавлявшим в тот момент краевое агентство молодёжной политики. Я критиковал этот марш и говорил, что энергия единства должна быть созидательной. В этот день нужно не просто идти в одном направлении, нужно что-то вместе сделать. Например, благоустроить заброшенное место и выложить там плиткой карту России. Смысл был не в самой карте, а в общей деятельности, сделать что-то полезное для своего города и страны. Позже на Караульной горе действительно появилась огромная надпись «Россия», выложенная белыми, синими и красными камушками. Не думаю, что это произошло непосредственно из-за нашего разговора. Константин Гуреев – человек очень вдумчивый, но идея наверняка прошла через множество согласований, совещаний и презентаций. И в процессе из неё постепенно вымылось содержание. Общая полезная деятельность превратилась просто в слово «Россия». Осталась только форма. Снова симулякр. Позднее День народного единства стали связывать прежде всего с многонациональностью страны. Появились фестивали национальных культур. Танцы. Костюмы. Песни. Обязательный плов. Культурное разнообразие страны действительно нужно знать. Но фестиваль плова не может быть главным содержанием государственного праздника. День народного единства должен не показывать, чем мы отличаемся друг от друга, а отвечать на другой вопрос: Что у нас общее? Не просто что еврей остается евреем, татарин – татарином, таджик – таджиком. А что означает быть русским евреем, русским татарином, русским таджиком? Русским – по принадлежности к общей культуре, истории, языку, государству и будущему. Если человек выбирает Россию своей Родиной, у него появляется новая общность. Общие победы и поражения, герои и трагедии. Общий культурный канон. Общая ответственность за страну. Это то чувство, которое возникает у памятника Тысячелетию России в Великом Новгороде. Когда смотришь фильмы от Гайдая до Тарковского. Когда ешь окрошку и споришь, должна она быть на квасе или на кефире. Все эти вещи очень разные. Но вместе они образуют пространство узнавания. Мы смотрим, слышим, пробуем – и понимаем: это наше. Но День народного единства должен быть не только про то, что мы вместе помним. Он должен быть про то, что мы вместе создаём. И здесь история Минина и Пожарского неожиданно оказывается гораздо современнее придуманного вокруг неё праздника. Они не проводили фестиваль культур. Они собирали деньги. Договаривались между собой. Восстанавливали страну. В этом и может появиться настоящее содержание 4 ноября. Посадить деревья. Восстановить памятник. Помочь тем, кому трудно. Создать школу, предприятие, фильм или общественный проект. Праздник, возникший как политическая технология и симулякр, со временем может стать настоящим. Россия – не надпись на горе. Россия – это то, что мы делаем вместе. Единство нужно не демонстрировать. Единство надо создавать.

Тема дня: В России предлагают исключить кровную месть из отягчающих обстоятельств С такой инициативой выступила профессор Дагестанского госуниверситета Дурея Зиядова на онлайн-семинаре МГУ. Она назвала «кровную месть» способом восстановить справедливость и инструментом защиты чести и достоинства. kavkaz_leakbez. Кавказ топит за отмену наказания за убийства из-за кровной мести. Правда, пока только за смягчение наказания: мол, месть — это святое, а какая-то корысть (из-за которой тоже, к примеру, убили) — это харам. Марина Ахмедова. Но важная особенность обычая — возможность примирения, которое решает сразу несколько задач, недостижимых в традиционном правосудии: истинное раскаяние виновного, возмещение ущерба, покаяние перед жертвой и ее родственниками. То есть юрист напрямую заявляет, что для республик Северного Кавказа должно действовать особое средневековое правосудие. Видимо, они там живут настолько в своем коконе традиций, что даже не соображают, насколько это дико и антигосударственно звучит. Мне, например, совершенно неясно, почему какой-то гражданин может подойти убить человека, и рассчитывать на снисхождение в суде. А убийца, скажем, из Ростова на снисхождение рассчитывать не может, ведь он — русский, и традиции кровной мести у него нет. Неудаща. Дагестанский профессор, доктор юридических наук, считает убийства по мотивам кровной мести полезным и правильным делом, наказывать за которое нужно мягче, чем, например, за убийство из корыстных побуждений. И прямо заявляет, что в некоторых регионах огромную роль играют местные обычаи, а не законы Российской Федерации, частью и охотным потребителем субсидий которой эти регионы являются. И эти обычаи было бы неплохо легализовать во всероссийском масштабе — мало ли где гордому горцу приспичит зарезать кровника. А теперь попробуйте предположить, чему дагестанский профессор уголовного права Дурея Зиядова учит дагестанских студентов юрфака, которые завтра пойдут работать в полицию и прокуратуру. Вам хочется жить в стране, законность и правопорядок в которой обеспечивают ученики человека, оправдывающего кровную месть? Дева Дивная. Профессор Чеченского государственного педагогического университета Джамбулат Сайдумов, продолжая тему, заявил, что не знает более защищенной и более свободной женщины, чем чеченская — потому что в рамках законов кровной мести даже убийство можно урегулировать, а вот посягательство на женскую честь — нет. Не считая случаев похищения женщин с целью женитьбы. Тему кровной мести участникам встречи удалось привязать и к СВО. Кандидат юридических наук и бывший росгвардеец Андрей Зюков, служащий в ЛНР, в своем выступлении заявил, что украинцам и русским нужно брать пример с кавказских народов. Неверный путь. Когда мы говорим об укреплении «общероссийского единства» на Северном Кавказе, возникает резонный вопрос: а что именно мы там укрепляем? Пока в центре рассуждают о скрепах, на местах полным ходом идет процесс насаждения радикального ислама — чуждого, агрессивного и абсолютно несовместимого с нашим многонациональным миром. Традиционный ислам, веками существовавший в регионе, и тем более христианство, сегодня откровенно выдавливаются. Это не просто тенденция — это системная политика, проводимая при полном попустительстве местных «эффективных менеджеров». Муниципалы и региональные власти предпочитают отмалчиваться и не замечать очевидного, а федеральный центр будто замер в ожидании неведомой «команды». Честно — и точка. Особенно тревожно, что подобные представления о правосудии преподносятся не как пережиток архаичных обычаев, а как повод пересмотреть уголовное законодательство. Осталось только выяснить, на каком этапе кровная месть должна получать статус смягчающего обстоятельства: после первого убийства или уже после второго, ответного. Кажется, до правового государства мы решили двигаться в обратную сторону. Мадам Секретарь. Очень хорошо эта история сочетается с британскими инициативами по обязательному празднованию Рамадана. Можно одновременно внедрить.

Сделай Единство сам Я хорошо помню, как придумывали День народного единства. Задача была вполне политтехнологической: убрать красный цвет с 7 ноября. Кроме того, не существовало ни одного государственного праздника, отсылающего к событиям до 1917 года. Так появилась дата 4 ноября. Историческая основа с отсылкой к окончанию Смуты у него манипулятивная, но празднование Казанской иконы Божией Матери самое настоящее. Получился чистый симулякр. Восстановление того, чего в таком виде никогда не существовало. Я помню первые празднования в Красноярске. Местные власти мучительно пытались понять, что именно нужно делать 4 ноября. Выходной назначили. Историческое обоснование подготовили. А традиции нет. Улица, как известно, пустоты не терпит. На 4 ноября решили собираться националистические движения. Тогда они воспринимались как угроза политическому режиму, поэтому власти нужно было занять улицу своей активностью. В один из первых годов по Красноярску прошла огромная колонна во главе с губернатором. Все в белых шарфиках. Получилось наглядное изображение единства. Тысячи одинаково одетых людей идут в одну сторону. У меня тогда состоялся разговор с Константином Гуреевым, возглавлявшим в тот момент краевое агентство молодёжной политики. Я критиковал этот марш и говорил, что энергия единства должна быть созидательной. В этот день нужно не просто идти в одном направлении, нужно что-то вместе сделать. Например, благоустроить заброшенное место и выложить там плиткой карту России. Смысл был не в самой карте, а в общей деятельности, сделать что-то полезное для своего города и страны. Позже на Караульной горе действительно появилась огромная надпись «Россия», выложенная белыми, синими и красными камушками. Не думаю, что это произошло непосредственно из-за нашего разговора. Константин Гуреев – человек очень вдумчивый, но идея наверняка прошла через множество согласований, совещаний и презентаций. И в процессе из неё постепенно вымылось содержание. Общая полезная деятельность превратилась просто в слово «Россия». Осталась только форма. Снова симулякр. Позднее День народного единства стали связывать прежде всего с многонациональностью страны. Появились фестивали национальных культур. Танцы. Костюмы. Песни. Обязательный плов. Культурное разнообразие страны действительно нужно знать. Но фестиваль плова не может быть главным содержанием государственного праздника. День народного единства должен не показывать, чем мы отличаемся друг от друга, а отвечать на другой вопрос: Что у нас общее? Не просто что еврей остается евреем, татарин – татарином, таджик – таджиком. А что означает быть русским евреем, русским татарином, русским таджиком? Русским – по принадлежности к общей культуре, истории, языку, государству и будущему. Если человек выбирает Россию своей Родиной, у него появляется новая общность. Общие победы и поражения, герои и трагедии. Общий культурный канон. Общая ответственность за страну. Это то чувство, которое возникает у памятника Тысячелетию России в Великом Новгороде. Когда смотришь фильмы от Гайдая до Тарковского. Когда ешь окрошку и споришь, должна она быть на квасе или на кефире. Все эти вещи очень разные. Но вместе они образуют пространство узнавания. Мы смотрим, слышим, пробуем – и понимаем: это наше. Но День народного единства должен быть не только про то, что мы вместе помним. Он должен быть про то, что мы вместе создаём. И здесь история Минина и Пожарского неожиданно оказывается гораздо современнее придуманного вокруг неё праздника. Они не проводили фестиваль культур. Они собирали деньги. Договаривались между собой. Восстанавливали страну. В этом и может появиться настоящее содержание 4 ноября. Посадить деревья. Восстановить памятник. Помочь тем, кому трудно. Создать школу, предприятие, фильм или общественный проект. Праздник, возникший как политическая технология и симулякр, со временем может стать настоящим. Россия – не надпись на горе. Россия – это то, что мы делаем вместе. Единство нужно не демонстрировать. Единство надо создавать.

Сделай Единство сам Я хорошо помню, как придумывали День народного единства. Задача была вполне политтехнологической: убрать красный цвет с 7 ноября. Кроме того, не существовало ни одного государственного праздника, отсылающего к событиям до 1917 года. Так появилась дата 4 ноября. Историческая основа с отсылкой к окончанию Смуты у него манипулятивная, но празднование Казанской иконы Божией Матери самое настоящее. Получился чистый симулякр. Восстановление того, чего в таком виде никогда не существовало. Я помню первые празднования в Красноярске. Местные власти мучительно пытались понять, что именно нужно делать 4 ноября. Выходной назначили. Историческое обоснование подготовили. А традиции нет. Улица, как известно, пустоты не терпит. На 4 ноября решили собираться националистические движения. Тогда они воспринимались как угроза политическому режиму, поэтому власти нужно было занять улицу своей активностью. В один из первых годов по Красноярску прошла огромная колонна во главе с губернатором. Все в белых шарфиках. Получилось наглядное изображение единства. Тысячи одинаково одетых людей идут в одну сторону. У меня тогда состоялся разговор с Константином Гуреевым, возглавлявшим в тот момент краевое агентство молодёжной политики. Я критиковал этот марш и говорил, что энергия единства должна быть созидательной. В этот день нужно не просто идти в одном направлении, нужно что-то вместе сделать. Например, благоустроить заброшенное место и выложить там плиткой карту России. Смысл был не в самой карте, а в общей деятельности, сделать что-то полезное для своего города и страны. Позже на Караульной горе действительно появилась огромная надпись «Россия», выложенная белыми, синими и красными камушками. Не думаю, что это произошло непосредственно из-за нашего разговора. Константин Гуреев – человек очень вдумчивый, но идея наверняка прошла через множество согласований, совещаний и презентаций. И в процессе из неё постепенно вымылось содержание. Общая полезная деятельность превратилась просто в слово «Россия». Осталась только форма. Снова симулякр. Позднее День народного единства стали связывать прежде всего с многонациональностью страны. Появились фестивали национальных культур. Танцы. Костюмы. Песни. Обязательный плов. Культурное разнообразие страны действительно нужно знать. Но фестиваль плова не может быть главным содержанием государственного праздника. День народного единства должен не показывать, чем мы отличаемся друг от друга, а отвечать на другой вопрос: Что у нас общее? Не просто что еврей остается евреем, татарин – татарином, таджик – таджиком. А что означает быть русским евреем, русским татарином, русским таджиком? Русским – по принадлежности к общей культуре, истории, языку, государству и будущему. Если человек выбирает Россию своей Родиной, у него появляется новая общность. Общие победы и поражения, герои и трагедии. Общий культурный канон. Общая ответственность за страну. Это то чувство, которое возникает у памятника Тысячелетию России в Великом Новгороде. Когда смотришь фильмы от Гайдая до Тарковского. Когда ешь окрошку и споришь, должна она быть на квасе или на кефире. Все эти вещи очень разные. Но вместе они образуют пространство узнавания. Мы смотрим, слышим, пробуем – и понимаем: это наше. Но День народного единства должен быть не только про то, что мы вместе помним. Он должен быть про то, что мы вместе создаём. И здесь история Минина и Пожарского неожиданно оказывается гораздо современнее придуманного вокруг неё праздника. Они не проводили фестиваль культур. Они собирали деньги. Договаривались между собой. Восстанавливали страну. В этом и может появиться настоящее содержание 4 ноября. Посадить деревья. Восстановить памятник. Помочь тем, кому трудно. Создать школу, предприятие, фильм или общественный проект. Праздник, возникший как политическая технология и симулякр, со временем может стать настоящим. Россия – не надпись на горе. Россия – это то, что мы делаем вместе. Единство нужно не демонстрировать. Единство надо создавать.

Кровная месть как инструмент социальной справедливости. Кажется, мы где-то пропустили несколько столетий Профессор Дагестанского государственного университета Дурея Зиядова предложила исключить мотив кровной мести из перечня отягчающих обстоятельств при убийстве. По её мнению, кровная месть — это «инструмент восстановления социальной справедливости», особенно на фоне «некомпетентности, подкупности и недобросовестности» силовиков. То есть если официальное правосудие не устраивает, можно организовать своё: найти обидчика, убить его — и считать, что справедливость восстановлена. Причём профессор говорит об этом не где-нибудь на кухонной посиделке, а в рамках научной дискуссии на юридическом факультете МГУ. Похоже, профессор Зиядова не слишком верит в отечественное правосудие. Более того, судя по её словам, проблема не только в несовершенстве отдельных институтов, но и в «некомпетентности, подкупности и недобросовестности» самих силовиков. Вот такая характеристика российской правоохранительной системы от представителя академического сообщества. Особенно тревожно, что подобные представления о правосудии преподносятся не как пережиток архаичных обычаев, а как повод пересмотреть уголовное законодательство. Осталось только выяснить, на каком этапе кровная месть должна получать статус смягчающего обстоятельства: после первого убийства или уже после второго, ответного. Кажется, до правового государства мы решили двигаться в обратную сторону. Честно - и точка. Мы ГОВОРИМ - другие МОЛЧАТ

Кровная месть как инструмент социальной справедливости. Кажется, мы где-то пропустили несколько столетий Профессор Дагестанского государственного университета Дурея Зиядова предложила исключить мотив кровной мести из перечня отягчающих обстоятельств при убийстве. По её мнению, кровная месть — это «инструмент восстановления социальной справедливости», особенно на фоне «некомпетентности, подкупности и недобросовестности» силовиков. То есть если официальное правосудие не устраивает, можно организовать своё: найти обидчика, убить его — и считать, что справедливость восстановлена. Причём профессор говорит об этом не где-нибудь на кухонной посиделке, а в рамках научной дискуссии на юридическом факультете МГУ. Похоже, профессор Зиядова не слишком верит в отечественное правосудие. Более того, судя по её словам, проблема не только в несовершенстве отдельных институтов, но и в «некомпетентности, подкупности и недобросовестности» самих силовиков. Вот такая характеристика российской правоохранительной системы от представителя академического сообщества. Особенно тревожно, что подобные представления о правосудии преподносятся не как пережиток архаичных обычаев, а как повод пересмотреть уголовное законодательство. Осталось только выяснить, на каком этапе кровная месть должна получать статус смягчающего обстоятельства: после первого убийства или уже после второго, ответного. Кажется, до правового государства мы решили двигаться в обратную сторону. Честно - и точка. Мы ГОВОРИМ - другие МОЛЧАТ

🇷🇺 Сибирский парадокс: богатый регион увольняет сторожей, чтобы оплатить свет 🗣 В Иркутской области - второй экономике Сибири - начались сокращения бюджетников. Власти Нижнеилимского района увольняют 37% администрации и технический персонал школ и детсадов. Почему регион с мощной ресурсной базой не может позволить себе ночного сторожа в детском саду? 🔵 Дыра вместо подушки Дефицит бюджета Иркутской области на 2026 год вырос до 38,7 млрд рублей - 11,8% расходной части против 8,3% до поправок. Губернатор Игорь Кобзев объясняет рост дефицита «относительно невысокими темпами восстановления экономики и роста собственных доходов»: налог на прибыль организаций вырастет лишь на 3,4 млрд рублей, чуть более 1%. Иными словами, регион, который по объему ВРП уступает в СФО только Красноярскому краю, не может собрать достаточно налогов, чтобы покрыть социальные обязательства. Основным источником покрытия становятся заимствования и увеличение дефицита - то есть долговая нагрузка переносится на следующие годы. Сокращения начались не с чиновников высшего звена, а с инфраструктуры выживания. В Нижнеилимском округе увольняют 37% персонала администрации, ночных сторожей в школах, детсадах и домах культуры, работников «Сервисного центра» и «Чистого города». В Чунском округе - по четыре сторожа и четыре истопника в каждом учреждении. Глава района Николай Хрычов сформулировал дилемму без прикрас: «Людей очень жаль. Но иначе у нас не будет денег даже на свет для этого же объекта». Технический персонал, обеспечивающий базовое функционирование социальных объектов, оказывается первым в очереди на выход, потому что его функции не защищены указами и нормативами. Кейс Иркутской области вписывается в более широкую картину. Еще летом источники Bloomberg сообщали о рекомендации регионам сократить штат бюджетников и чиновников на 15% на фоне дефицита федерального бюджета. В Санкт-Петербурге госучреждениям спустили разнарядку на увольнение до 15% персонала к апрелю, ссылаясь на распоряжение губернатора Беглова. Суммарный дефицит региональных бюджетов по итогам прошлого года достиг рекордных 1,5 трлн рублей; по данным Росстата, только в IV квартале работы лишились 4,9 тыс. сотрудников госуправления, 4,6 тыс. - в здравоохранении и соцуслугах, 3,8 тыс. учителей. Иркутск - первый видимый разлом. Проблема в том, что сокращения происходят не за счет избыточных звеньев, а за счет нижнего этажа бюджетной пирамиды: сторожей, истопников, техперсонала. Этот слой не имеет лоббистов и не может торговаться. 💬 Иркутская область с ее ресурсной базой показывает: доходов не хватает не потому, что их нет, а потому, что распределение и обязательства не сходятся. Пока федеральный центр увеличивает дефицит и наращивает заимствования, регионы учатся экономить на свете в детском саду. Это и есть цена бюджетной сбалансированности. 🇷🇺 Разумная Россия 2.0 | Наш сайт

В здравоохранении Южной Осетии назрели кардинальные перемены На фоне серьезных проблем в системе здравоохранения Южной Осетии в ближайшее - #нампишут - время может последовать отставка министра Сослана Наниева. Смерть подростка в детской больнице, взрыв баллона прямо во время хирургической операции, многочисленные жалобы пациентов и коллективные обращения медиков к президенту. Одним из самых резонансных случаев стала недавняя смерть подростка в детской больнице Цхинвала. (Ребенок поступил с жалобами на боль в коленном суставе, провел в стационаре шесть суток, после чего был обнаружен без признаков жизни) Не успела утихнуть эта трагедия, как появилась информация о новом чрезвычайном происшествии. В Республиканском многопрофильном медицинском центре, по поступившим сообщениям, прямо во время операции произошел взрыв баллона. На операционном столе находилась 21-летняя девушка. Претензии к министерству поступают не только от населения, но и от самих медицинских работников. Сотрудники медучреждений неоднократно направляли коллективные обращения президенту республики, сообщая о проблемах в отрасли. По утверждениям медицинских работников, в республике, которая и без того испытывает острый дефицит квалифицированных специалистов, министерство создает препятствия для обучения и повышения квалификации действующих сотрудников.

🇷🇺 В Ярославле после атаки беспилотников на крупный НПЗ возникли пожары — ситуация на топливном рынке остаётся под контролем властей 🗣 В ночь на 3 ноября беспилотники атаковали ярославский нефтеперерабатывающий завод «Славнефть-ЯНОС», который входит в число пяти крупнейших НПЗ России. По поступившим сообщениям, на территории предприятия возникло несколько очагов возгорания, пострадали два человека. Завод обладает мощностью переработки до 15 млн тонн нефти ежегодно и играет важную роль в обеспечении топливом Московского региона и предприятий оборонно-промышленного комплекса. Происшествие вновь привлекло внимание к вопросам устойчивости российской нефтепереработки. Одной из особенностей текущей ситуации остаются регулярные атаки на российские нефтеперерабатывающие предприятия. Повреждение крупных производственных мощностей способно временно снижать объёмы переработки нефти и осложнять поставки бензина и дизельного топлива. При этом российский топливный рынок продолжает функционировать, а риски возникновения новых перебоев и роста цен остаются предметом внимания участников отрасли. Сохранение стабильных поставок имеет особое значение как для автомобилистов, так и для промышленных предприятий. 👀 Отдельное внимание уделяется обеспечению внутреннего рынка бензином и дизелем, а также сохранению действующих экспортных контрактов. На фоне повреждений нефтеперерабатывающих мощностей особую актуальность приобретает вопрос распределения доступных объёмов топлива. Российские власти традиционно подчёркивают, что ситуация находится под контролем, а возникающие перебои носят временный характер. Вместе с тем на отдельных рынках могут сохраняться риски повышения цен, ограничения продаж и увеличения сроков поставок. Одновременно продолжается внешнеэкономическая деятельность, включая торговые контакты с зарубежными покупателями, в том числе американскими компаниями. Важным направлением остаётся поддержание баланса между внутренним потреблением и экспортом нефтепродуктов. Поставки топлива за рубеж позволяют сохранять коммерческие связи и получать экспортную выручку. При этом внутренние потребители также нуждаются в стабильном обеспечении бензином и дизелем, особенно в условиях повреждения отдельных предприятий. Сочетание экспортных обязательств с потребностями российского рынка становится одним из ключевых вопросов для нефтеперерабатывающей отрасли. 💬 В итоге ситуация вокруг ярославского НПЗ «Славнефть-ЯНОС» показывает, насколько важна устойчивость крупных нефтеперерабатывающих предприятий для российской экономики. Несмотря на продолжающиеся атаки и связанные с ними производственные риски, внутренний топливный рынок и международная торговля нефтепродуктами продолжают работать. При этом дальнейшая динамика цен на бензин и дизель, доступность топлива для российских автомобилистов и выполнение экспортных контрактов будут зависеть от состояния перерабатывающих мощностей и стабильности поставок. 🇷🇺 Русский Разум

НПЗ горят, топливо под контролем. Торговля с США продолжается В ночь на 3 ноября беспилотники атаковали ярославский НПЗ «Славнефть-ЯНОС» — один из пяти крупнейших в России. На территории предприятия возникло несколько крупных очагов пожара, пострадали два человека. Завод способен перерабатывать до 15 млн тонн нефти в год и обеспечивает топливом, в том числе, Московский регион и предприятия ВПК. Атаки на российские нефтеперерабатывающие заводы продолжаются регулярно. Повреждение крупных перерабатывающих мощностей усиливает риски перебоев с производством и поставками бензина и дизеля. А значит, очередной виток топливного кризиса — вполне реальная перспектива. Впрочем, населению, как обычно, предложат не волноваться: ситуация под контролем, дефицита нет, перебои временные, а цены растут исключительно по объективным причинам. Если же топлива снова не хватит, всегда останутся экспортные контракты и выгодные поставки за рубеж, в том числе американским покупателям. Получается занятная логика: собственным автомобилистам — лимиты, очереди и успокоительные заявления, а зарубежным покупателям — рыночные условия и коммерческая выгода. Похоже, чтобы американцы не остались без топлива, поводов для беспокойства у российских властей куда больше, чем чтобы его хватило собственным гражданам. Честно - и точка. Мы ГОВОРИМ - другие МОЛЧАТ

Россия закрыла инспекторам доступ в тюрьмы. Что скрывать? Россия окончательно вышла из Европейской конвенции по предупреждению пыток. С 1 ноября 2026 года прекращено действие конвенции в отношении РФ. Москва направила уведомление о выходе ещё 30 октября 2025-го, ровно год назад. За 28 лет участия (с 1998 года) представители Европейского комитета по предупреждению пыток (ЕКПП) провели в России 30 инспекционных визитов и проверили более 450 объектов — тюрьмы, колонии и СИЗО. Но была одна характерная деталь: Россия систематически отказывалась публиковать отчёты международных инспекторов и свои ответы на них. Из всех подготовленных документов разрешили обнародовать лишь четыре. Секретными остались даже материалы десяти проверок Чечни и Северного Кавказа, проведённых в 2000–2017 годах. Теперь международные инспекторы окончательно лишились доступа к российским местам лишения свободы. Получается, 28 лет проверки проходили за закрытыми дверями, а теперь закрыли и саму возможность независимого контроля. Раз власти годами не хотели показывать результаты инспекций, а теперь и вовсе вышли из соглашения, невольно возникает вопрос: что именно так старательно скрывали от посторонних глаз? Честно - и точка. Мы ГОВОРИМ - другие МОЛЧАТ

Банкротство по кругу: «Монокристалл» требует деньги у собственной «дочки» Находящееся в процедуре банкротства АО «Монокристалл» (Ставропольский край) потребовало включить в реестр кредиторов своего дочернего предприятия — ООО «Белгородский завод сапфиров „Монокристалл“» — задолженность в размере 779,9 млн руб. Арбитражный суд Белгородской области рассмотрит заявление 26 ноября. В отношении белгородского предприятия с сентября 2026 года действует процедура наблюдения. Среди других кредиторов — «Юникредит банк» с требованиями на 993,2 млн руб. и министерство экономического развития и промышленности Белгородской области, взыскивающее 646,8 млн руб. бюджетного гранта. Сама материнская компания также проходит процедуру наблюдения с июля, заявив о неисполненных обязательствах на 15 млрд руб. Ее кредиторы предъявили требования на 9,7 млрд руб., включая 7,2 млрд руб. от «Концерна „Энергомера“». Короче. Получается довольно необычная ситуация: материнская компания сама находится в процедуре банкротства, но при этом требует деньги от своей дочерней компании, которая тоже банкротится. Если суд включит эти деньги в реестр, «Монокристалл» станет одним из кредиторов белгородского завода и получит право претендовать на часть его имущества при расчетах с кредиторами.

🇷🇺 Сибирский парадокс: богатый регион увольняет сторожей, чтобы оплатить свет 🗣 В Иркутской области - второй экономике Сибири - начались сокращения бюджетников. Власти Нижнеилимского района увольняют 37% администрации и технический персонал школ и детсадов. Почему регион с мощной ресурсной базой не может позволить себе ночного сторожа в детском саду? 🔵 Дыра вместо подушки Дефицит бюджета Иркутской области на 2026 год вырос до 38,7 млрд рублей - 11,8% расходной части против 8,3% до поправок. Губернатор Игорь Кобзев объясняет рост дефицита «относительно невысокими темпами восстановления экономики и роста собственных доходов»: налог на прибыль организаций вырастет лишь на 3,4 млрд рублей, чуть более 1%. Иными словами, регион, который по объему ВРП уступает в СФО только Красноярскому краю, не может собрать достаточно налогов, чтобы покрыть социальные обязательства. Основным источником покрытия становятся заимствования и увеличение дефицита - то есть долговая нагрузка переносится на следующие годы. Сокращения начались не с чиновников высшего звена, а с инфраструктуры выживания. В Нижнеилимском округе увольняют 37% персонала администрации, ночных сторожей в школах, детсадах и домах культуры, работников «Сервисного центра» и «Чистого города». В Чунском округе - по четыре сторожа и четыре истопника в каждом учреждении. Глава района Николай Хрычов сформулировал дилемму без прикрас: «Людей очень жаль. Но иначе у нас не будет денег даже на свет для этого же объекта». Технический персонал, обеспечивающий базовое функционирование социальных объектов, оказывается первым в очереди на выход, потому что его функции не защищены указами и нормативами. Кейс Иркутской области вписывается в более широкую картину. Еще летом источники Bloomberg сообщали о рекомендации регионам сократить штат бюджетников и чиновников на 15% на фоне дефицита федерального бюджета. В Санкт-Петербурге госучреждениям спустили разнарядку на увольнение до 15% персонала к апрелю, ссылаясь на распоряжение губернатора Беглова. Суммарный дефицит региональных бюджетов по итогам прошлого года достиг рекордных 1,5 трлн рублей; по данным Росстата, только в IV квартале работы лишились 4,9 тыс. сотрудников госуправления, 4,6 тыс. - в здравоохранении и соцуслугах, 3,8 тыс. учителей. Иркутск - первый видимый разлом. Проблема в том, что сокращения происходят не за счет избыточных звеньев, а за счет нижнего этажа бюджетной пирамиды: сторожей, истопников, техперсонала. Этот слой не имеет лоббистов и не может торговаться. 💬 Иркутская область с ее ресурсной базой показывает: доходов не хватает не потому, что их нет, а потому, что распределение и обязательства не сходятся. Пока федеральный центр увеличивает дефицит и наращивает заимствования, регионы учатся экономить на свете в детском саду. Это и есть цена бюджетной сбалансированности. 🇷🇺 Разумная Россия 2.0 | Наш сайт

🇷🇺 Сибирский парадокс: богатый регион увольняет сторожей, чтобы оплатить свет 🗣 В Иркутской области - второй экономике Сибири - начались сокращения бюджетников. Власти Нижнеилимского района увольняют 37% администрации и технический персонал школ и детсадов. Почему регион с мощной ресурсной базой не может позволить себе ночного сторожа в детском саду? 🔵 Дыра вместо подушки Дефицит бюджета Иркутской области на 2026 год вырос до 38,7 млрд рублей - 11,8% расходной части против 8,3% до поправок. Губернатор Игорь Кобзев объясняет рост дефицита «относительно невысокими темпами восстановления экономики и роста собственных доходов»: налог на прибыль организаций вырастет лишь на 3,4 млрд рублей, чуть более 1%. Иными словами, регион, который по объему ВРП уступает в СФО только Красноярскому краю, не может собрать достаточно налогов, чтобы покрыть социальные обязательства. Основным источником покрытия становятся заимствования и увеличение дефицита - то есть долговая нагрузка переносится на следующие годы. Сокращения начались не с чиновников высшего звена, а с инфраструктуры выживания. В Нижнеилимском округе увольняют 37% персонала администрации, ночных сторожей в школах, детсадах и домах культуры, работников «Сервисного центра» и «Чистого города». В Чунском округе - по четыре сторожа и четыре истопника в каждом учреждении. Глава района Николай Хрычов сформулировал дилемму без прикрас: «Людей очень жаль. Но иначе у нас не будет денег даже на свет для этого же объекта». Технический персонал, обеспечивающий базовое функционирование социальных объектов, оказывается первым в очереди на выход, потому что его функции не защищены указами и нормативами. Кейс Иркутской области вписывается в более широкую картину. Еще летом источники Bloomberg сообщали о рекомендации регионам сократить штат бюджетников и чиновников на 15% на фоне дефицита федерального бюджета. В Санкт-Петербурге госучреждениям спустили разнарядку на увольнение до 15% персонала к апрелю, ссылаясь на распоряжение губернатора Беглова. Суммарный дефицит региональных бюджетов по итогам прошлого года достиг рекордных 1,5 трлн рублей; по данным Росстата, только в IV квартале работы лишились 4,9 тыс. сотрудников госуправления, 4,6 тыс. - в здравоохранении и соцуслугах, 3,8 тыс. учителей. Иркутск - первый видимый разлом. Проблема в том, что сокращения происходят не за счет избыточных звеньев, а за счет нижнего этажа бюджетной пирамиды: сторожей, истопников, техперсонала. Этот слой не имеет лоббистов и не может торговаться. 💬 Иркутская область с ее ресурсной базой показывает: доходов не хватает не потому, что их нет, а потому, что распределение и обязательства не сходятся. Пока федеральный центр увеличивает дефицит и наращивает заимствования, регионы учатся экономить на свете в детском саду. Это и есть цена бюджетной сбалансированности. 🇷🇺 Разумная Россия 2.0 | Наш сайт

Экономия ценою в жизнь: почему в регионах умирают, не дождавшись скорой Российское здравоохранение уходит в режим жесткой экономии, и первыми под удар попадают экстренные службы в регионах. По данным Счетной палаты, за первое полугодие 2026 года расходы региональных бюджетов на медицину сократились почти на 6%. Но фактически урезание финансирования оказалось еще более радикальным: например, в Кемеровской области траты на здравоохранение упали сразу на 33,2%. Результаты такой экономии на местах выглядят критически: 🚨 Отключение жизненно важного оборудования. В Новокузнецке бригадам скорой помощи отключили системы теле-ЭКГ. Новокузнецкая клиническая станция скорой медицинской помощи просто не нашла денег на оплату дистанционных консультаций, которые помогали оперативно распознавать инфаркты прямо на вызовах. ⭕️ Опасный дефицит кадров. Вместо положенных по нормативу 55 бригад на город выходит около 33–40. Из-за нехватки людей на сложные вызовы зачастую отправляют всего по одному медику вместо трех. ⚠️ Смертельные риски. В условиях, когда неопытный сотрудник оказывается на вызове в одиночку и без связи с консультативным центром, цена промедления становится роковой. В регионе уже расследуется уголовное дело после смерти пациента, к которому приехал один молодой фельдшер с опытом работы всего 3 месяца и без доступа к теле-ЭКГ. Сокращение бюджетов на медицину в регионах превращает получение экстренной помощи в лотерею, где за финансовые дыры местных администраций пациенты платят собственным здоровьем и жизнями. Честно - и точка. Мы ГОВОРИМ - другие МОЛЧАТ

Экономия ценою в жизнь: почему в регионах умирают, не дождавшись скорой Российское здравоохранение уходит в режим жесткой экономии, и первыми под удар попадают экстренные службы в регионах. По данным Счетной палаты, за первое полугодие 2026 года расходы региональных бюджетов на медицину сократились почти на 6%. Но фактически урезание финансирования оказалось еще более радикальным: например, в Кемеровской области траты на здравоохранение упали сразу на 33,2%. Результаты такой экономии на местах выглядят критически: 🚨 Отключение жизненно важного оборудования. В Новокузнецке бригадам скорой помощи отключили системы теле-ЭКГ. Новокузнецкая клиническая станция скорой медицинской помощи просто не нашла денег на оплату дистанционных консультаций, которые помогали оперативно распознавать инфаркты прямо на вызовах. ⭕️ Опасный дефицит кадров. Вместо положенных по нормативу 55 бригад на город выходит около 33–40. Из-за нехватки людей на сложные вызовы зачастую отправляют всего по одному медику вместо трех. ⚠️ Смертельные риски. В условиях, когда неопытный сотрудник оказывается на вызове в одиночку и без связи с консультативным центром, цена промедления становится роковой. В регионе уже расследуется уголовное дело после смерти пациента, к которому приехал один молодой фельдшер с опытом работы всего 3 месяца и без доступа к теле-ЭКГ. Сокращение бюджетов на медицину в регионах превращает получение экстренной помощи в лотерею, где за финансовые дыры местных администраций пациенты платят собственным здоровьем и жизнями. Честно - и точка. Мы ГОВОРИМ - другие МОЛЧАТ

🇷🇺 Сибирский парадокс: богатый регион увольняет сторожей, чтобы оплатить свет 🗣 В Иркутской области - второй экономике Сибири - начались сокращения бюджетников. Власти Нижнеилимского района увольняют 37% администрации и технический персонал школ и детсадов. Почему регион с мощной ресурсной базой не может позволить себе ночного сторожа в детском саду? 🔵 Дыра вместо подушки Дефицит бюджета Иркутской области на 2026 год вырос до 38,7 млрд рублей - 11,8% расходной части против 8,3% до поправок. Губернатор Игорь Кобзев объясняет рост дефицита «относительно невысокими темпами восстановления экономики и роста собственных доходов»: налог на прибыль организаций вырастет лишь на 3,4 млрд рублей, чуть более 1%. Иными словами, регион, который по объему ВРП уступает в СФО только Красноярскому краю, не может собрать достаточно налогов, чтобы покрыть социальные обязательства. Основным источником покрытия становятся заимствования и увеличение дефицита - то есть долговая нагрузка переносится на следующие годы. Сокращения начались не с чиновников высшего звена, а с инфраструктуры выживания. В Нижнеилимском округе увольняют 37% персонала администрации, ночных сторожей в школах, детсадах и домах культуры, работников «Сервисного центра» и «Чистого города». В Чунском округе - по четыре сторожа и четыре истопника в каждом учреждении. Глава района Николай Хрычов сформулировал дилемму без прикрас: «Людей очень жаль. Но иначе у нас не будет денег даже на свет для этого же объекта». Технический персонал, обеспечивающий базовое функционирование социальных объектов, оказывается первым в очереди на выход, потому что его функции не защищены указами и нормативами. Кейс Иркутской области вписывается в более широкую картину. Еще летом источники Bloomberg сообщали о рекомендации регионам сократить штат бюджетников и чиновников на 15% на фоне дефицита федерального бюджета. В Санкт-Петербурге госучреждениям спустили разнарядку на увольнение до 15% персонала к апрелю, ссылаясь на распоряжение губернатора Беглова. Суммарный дефицит региональных бюджетов по итогам прошлого года достиг рекордных 1,5 трлн рублей; по данным Росстата, только в IV квартале работы лишились 4,9 тыс. сотрудников госуправления, 4,6 тыс. - в здравоохранении и соцуслугах, 3,8 тыс. учителей. Иркутск - первый видимый разлом. Проблема в том, что сокращения происходят не за счет избыточных звеньев, а за счет нижнего этажа бюджетной пирамиды: сторожей, истопников, техперсонала. Этот слой не имеет лоббистов и не может торговаться. 💬 Иркутская область с ее ресурсной базой показывает: доходов не хватает не потому, что их нет, а потому, что распределение и обязательства не сходятся. Пока федеральный центр увеличивает дефицит и наращивает заимствования, регионы учатся экономить на свете в детском саду. Это и есть цена бюджетной сбалансированности. 🇷🇺 Разумная Россия 2.0 | Наш сайт

Флагман Северного флота РФ «Петр Великий» спишут без восстановления Специальная комиссия признала модернизацию самого мощного единственного действующего атомного ракетного крейсера проекта 1144 «Орлан» нецелесообразной из-за критического износа. Пока «Петр Великий» — флагман Северного флота России более 10 лет ждал своей очереди, его техническое состояние лишь ухудшалось. Ситуация с гигантом водоизмещением 25 000 тонн наглядно отражает системный кризис в российском военном судостроении и экономике. Главные последствия для ВМФ: ⚓ Потеря океанского статуса: Из четырех советских атомных крейсеров в строю может остаться только один — «Адмирал Нахимов», который сам находится на затянувшемся ремонте с 1999 года и до сих пор полноценно не вернулся в боевой состав. 🚨Крах «Кузнецова»: Параллельно фактически остановлены работы на единственном российском авианосце «Адмирал Кузнецов». Построить им замену в среднесрочной перспективе оборонный бюджет и промышленность РФ не способны. 😃 Смена концепции: Одновременная потеря флагманов означает полный разрыв преемственности. Российскому флоту придется окончательно отказаться от советской концепции глобального океанского присутствия. Корабль, который строился для сдерживания океанских флотов супердержав, в итоге проиграл главному и самому беспощадному врагу — собственному тылу. Океанские амбиции окончательно сданы в утиль. Честно - и точка. Мы ГОВОРИМ - другие МОЛЧАТ

Флагман Северного флота РФ «Петр Великий» спишут без восстановления Специальная комиссия признала модернизацию самого мощного единственного действующего атомного ракетного крейсера проекта 1144 «Орлан» нецелесообразной из-за критического износа. Пока «Петр Великий» — флагман Северного флота России более 10 лет ждал своей очереди, его техническое состояние лишь ухудшалось. Ситуация с гигантом водоизмещением 25 000 тонн наглядно отражает системный кризис в российском военном судостроении и экономике. Главные последствия для ВМФ: ⚓ Потеря океанского статуса: Из четырех советских атомных крейсеров в строю может остаться только один — «Адмирал Нахимов», который сам находится на затянувшемся ремонте с 1999 года и до сих пор полноценно не вернулся в боевой состав. 🚨Крах «Кузнецова»: Параллельно фактически остановлены работы на единственном российском авианосце «Адмирал Кузнецов». Построить им замену в среднесрочной перспективе оборонный бюджет и промышленность РФ не способны. 😃 Смена концепции: Одновременная потеря флагманов означает полный разрыв преемственности. Российскому флоту придется окончательно отказаться от советской концепции глобального океанского присутствия. Корабль, который строился для сдерживания океанских флотов супердержав, в итоге проиграл главному и самому беспощадному врагу — собственному тылу. Океанские амбиции окончательно сданы в утиль. Честно - и точка. Мы ГОВОРИМ - другие МОЛЧАТ

Африка по плану, Северный Кавказ — когда-нибудь и как-нибудь Москва в ажитации и пробках, регионы курят в стороне В Москве начался третий саммит Россия — Африка, на котором собрались аж 54 африканских стран, 22 из них представлены на уровне глав государств. Масштаб-масштаб, прямо... Некоторые регионы тоже вроде есть, но точно не 52 и даже не 20. А Северного Кавказа, кажется, нет вообще. Ну а что ловить-то..? За последние 10–15 лет — ноль реализованных проектов с африканскими странами. Были разговоры, немного, но разговоры все же были. ⇲ Самый заметный — самолетный проект Сергея Меликова, тогда еще главы Дагестана. В 2021 республика подписаласоглашение о сотрудничестве с Координационным комитетом по экономическому сотрудничеству со странами Африки — АФРОКОМ. Меликов предложил африканским странам самолеты малой авиации производства Кизлярского электромеханического завода. Но поговорили и, как все у Меликова, - не сбылось. ⇲ Были трепыхания и в сфере АПК. Тот же Меликов говорил о поставках мяса птицы, минеральной и столовой воды. Компания «Нива Гринхаузис» предложила Кении строить теплицы для выращивания цветов. Тоже поговорили и разошлись. ⇲ Еще одна сфера обсуждения на Кавказе разговоры о подготовке кадров и рабочей силы. Но они изначально были провальны и абсурдны: зачем Кавказу трудовая сила из Африки (да еще затраты на ее подготовку), когда у самих зашкаливает безработица. ⇲ Не дышит и единственный проект, который хоть как-то был реализован, — это проект «Дети Чечни — детям Африки». В 2023 году в Чечне запустили благотворительную акцию, которую курировала дочь Рамзана Кадырова Хадижат Кадырова. В рамках акции помощь получили 1754 ученика из пяти школ Гвинеи. Поставили для Гвинеи, а обещали для Африки: но так все у Рамзана; фиг бы с этим. С того же 2023 года об этом более и не слышно. Поставили один раз и ладно. (Красивая тема была для Рамзана, но не ехать же на ней дальше: у Рамзана этих тем - контейнерами подвозя). Позже открыли "Дом Африки" в Чечне и пригласили из той же Гвинеи одного(!), прости Господи, студента на обучение. И вот этого студента всем до сих пор показывают как результат плодотворного и прогрессивного сотрудничества Чечни с Африкой. Ну, вот и вся вам Африка для Северного Кавказа и наоборот. Вот вам и саммит, который Кавказ наблюдает со своих гор.

Многие отечественные паблики обратили внимание на появившиеся признаки  обострения борьбы за лидерство на Северном Кавказе, в первую очередь в контесте очередных проявлений давнего противостояния С.Керимова и Р.Кадырова. Вряд ли кого-нибудь у нас ввело в заблуждение публичное примирение С.Керимова и Р.Кадырова по приказу "главного начальника", которому предшествовала настоящая "война" между ними за контроль над Wildberries. Коллеги справедливо отмечают, что, кроме этого, стоит учитывать и такой фактор, как конкуренция между указанными персонажами за федеральные ресурсы (которые стремительно тают из-за сумашедших расходов на проведение СВО) и право представлять интересы региона перед Кремлём. На самом же деле, вопрос не только в упомянутом. Ранее уже отмечалось, что в России уже некоторое время активно развивается борьба за "мусульманскую повестку" в целом, и одним из самых заметных ее проявлений как раз являются ослабление позиций Р.Кадырова и нарастающее влияние С.Керимова. Последний, как указывается, ныне ставит перед собой все более амбициозные долгосрочные цели. Круто засветившись перед Кремлем (как помним, сразу после настойчивой просьбы В.Путина к крупному бизнесу сделать добровольные взносы в бюджет, лишь С.Керимов согласился пожертвовать 100 миллиардов) он намерен не просто расширить свою бизнес-империю, но и укрепить собственные политические позиции на Северном Кавказе, естественно, рассчитывая еще более ослабить и в итоге  "подвинуть" Р.Кадырова. При этом, экспансия миллиардера из Дагестана касается не только WB, превращающейся в мегакорпорацию, глубоко интегрированную с Кремлем, но и других крупных проектов - он, например, пытается пролоббировать увеличение финансовой поддержки Дагестана со стороны федерального центра в следующем году, намереваясь таким образом перетянуть лидерство в регионе на себя и в перспективе изменить там расстановку сил в свою пользу. Однако, Кремль, судя по всему,  заинтересован в управляемости конфликта - ему незачем превращать конкуренцию влиятельных игроков в открытое противостояние. И вот на этом фоне появляются признаки того, что упомянутая конкуренция фактически выходит за пределы России. Как указывается, недавний визит Р.Кадырова в Баку, на поклон к президенту Азербайджана И.Алиеву, не принес ожидаемого результата, в связи с чем позиции главы Чечни в глазах Москвы существенно ослабли. И вот уже С.Керимов обещает задействовать свои контакты среди дагестанской диаспоры в Турции, чтобы содействовать нормализации российско-азербайджанских отношений. Дело тут не столько в том, действительно ли С.Керимов способен содействовать нормализации отношений Москвы и Баку через собственные контакты (что, конечно, повысило бы его ценность для Кремля), сколько в его намерении за счет привлечения внимания Анкары как укрепить свои позиции в мусульманском мире, так и использовать те или иные связи за рубежом для решения внутриполитических задач. И это все при том, что Турция, активно укрепляющая свои позиции в тюркском мире, неприкрыто претендует на регион - согласно карте, продемонстрированной Р.Эрдоганом еще в ноябре 2021 года, "Великий Туран" включает в себя, в том числе, и республики Северного Кавказа (а также Краснодарский край, часть Ростовской области, Поволжье, Восточную Сибирь и Якутию). Поскольку налицо тот случай, когда борьба за влияние на Северном Кавказе разворачивается сразу на нескольких уровнях, то соответствующий внутрироссийский конфликт однозначно сыграет на руку Турции в контексте ее геополитических интересов. Ну и, как отмечалось ранее, по ряду причин социально-экономического,  религиозного и иного характера, Северный Кавказ уже не первый год небезосновательно называют "пороховой бочкой" России, которая в любой момент может рвануть. И вот, как бы не получилось так, что кто-то у нас, самостоятельно или по чьему-то наущению, вдруг подожжет там "фитиль". Последствия для страны тогда будут более чем катастрофическими. Неужели в Москве настолько потеряли бдительность? Или там сформировалось некое "пантюркское" лобби?

Многие отечественные паблики обратили внимание на появившиеся признаки  обострения борьбы за лидерство на Северном Кавказе, в первую очередь в контесте очередных проявлений давнего противостояния С.Керимова и Р.Кадырова. Вряд ли кого-нибудь у нас ввело в заблуждение публичное примирение С.Керимова и Р.Кадырова по приказу "главного начальника", которому предшествовала настоящая "война" между ними за контроль над Wildberries. Коллеги справедливо отмечают, что, кроме этого, стоит учитывать и такой фактор, как конкуренция между указанными персонажами за федеральные ресурсы (которые стремительно тают из-за сумашедших расходов на проведение СВО) и право представлять интересы региона перед Кремлём. На самом же деле, вопрос не только в упомянутом. Ранее уже отмечалось, что в России уже некоторое время активно развивается борьба за "мусульманскую повестку" в целом, и одним из самых заметных ее проявлений как раз являются ослабление позиций Р.Кадырова и нарастающее влияние С.Керимова. Последний, как указывается, ныне ставит перед собой все более амбициозные долгосрочные цели. Круто засветившись перед Кремлем (как помним, сразу после настойчивой просьбы В.Путина к крупному бизнесу сделать добровольные взносы в бюджет, лишь С.Керимов согласился пожертвовать 100 миллиардов) он намерен не просто расширить свою бизнес-империю, но и укрепить собственные политические позиции на Северном Кавказе, естественно, рассчитывая еще более ослабить и в итоге  "подвинуть" Р.Кадырова. При этом, экспансия миллиардера из Дагестана касается не только WB, превращающейся в мегакорпорацию, глубоко интегрированную с Кремлем, но и других крупных проектов - он, например, пытается пролоббировать увеличение финансовой поддержки Дагестана со стороны федерального центра в следующем году, намереваясь таким образом перетянуть лидерство в регионе на себя и в перспективе изменить там расстановку сил в свою пользу. Однако, Кремль, судя по всему,  заинтересован в управляемости конфликта - ему незачем превращать конкуренцию влиятельных игроков в открытое противостояние. И вот на этом фоне появляются признаки того, что упомянутая конкуренция фактически выходит за пределы России. Как указывается, недавний визит Р.Кадырова в Баку, на поклон к президенту Азербайджана И.Алиеву, не принес ожидаемого результата, в связи с чем позиции главы Чечни в глазах Москвы существенно ослабли. И вот уже С.Керимов обещает задействовать свои контакты среди дагестанской диаспоры в Турции, чтобы содействовать нормализации российско-азербайджанских отношений. Дело тут не столько в том, действительно ли С.Керимов способен содействовать нормализации отношений Москвы и Баку через собственные контакты (что, конечно, повысило бы его ценность для Кремля), сколько в его намерении за счет привлечения внимания Анкары как укрепить свои позиции в мусульманском мире, так и использовать те или иные связи за рубежом для решения внутриполитических задач. И это все при том, что Турция, активно укрепляющая свои позиции в тюркском мире, неприкрыто претендует на регион - согласно карте, продемонстрированной Р.Эрдоганом еще в ноябре 2021 года, "Великий Туран" включает в себя, в том числе, и республики Северного Кавказа (а также Краснодарский край, часть Ростовской области, Поволжье, Восточную Сибирь и Якутию). Поскольку налицо тот случай, когда борьба за влияние на Северном Кавказе разворачивается сразу на нескольких уровнях, то соответствующий внутрироссийский конфликт однозначно сыграет на руку Турции в контексте ее геополитических интересов. Ну и, как отмечалось ранее, по ряду причин социально-экономического,  религиозного и иного характера, Северный Кавказ уже не первый год небезосновательно называют "пороховой бочкой" России, которая в любой момент может рвануть. И вот, как бы не получилось так, что кто-то у нас, самостоятельно или по чьему-то наущению, вдруг подожжет там "фитиль". Последствия для страны тогда будут более чем катастрофическими. Неужели в Москве настолько потеряли бдительность? Или там сформировалось некое "пантюркское" лобби?

Многие отечественные паблики обратили внимание на появившиеся признаки  обострения борьбы за лидерство на Северном Кавказе, в первую очередь в контесте очередных проявлений давнего противостояния С.Керимова и Р.Кадырова. Вряд ли кого-нибудь у нас ввело в заблуждение публичное примирение С.Керимова и Р.Кадырова по приказу "главного начальника", которому предшествовала настоящая "война" между ними за контроль над Wildberries. Коллеги справедливо отмечают, что, кроме этого, стоит учитывать и такой фактор, как конкуренция между указанными персонажами за федеральные ресурсы (которые стремительно тают из-за сумашедших расходов на проведение СВО) и право представлять интересы региона перед Кремлём. На самом же деле, вопрос не только в упомянутом. Ранее уже отмечалось, что в России уже некоторое время активно развивается борьба за "мусульманскую повестку" в целом, и одним из самых заметных ее проявлений как раз являются ослабление позиций Р.Кадырова и нарастающее влияние С.Керимова. Последний, как указывается, ныне ставит перед собой все более амбициозные долгосрочные цели. Круто засветившись перед Кремлем (как помним, сразу после настойчивой просьбы В.Путина к крупному бизнесу сделать добровольные взносы в бюджет, лишь С.Керимов согласился пожертвовать 100 миллиардов) он намерен не просто расширить свою бизнес-империю, но и укрепить собственные политические позиции на Северном Кавказе, естественно, рассчитывая еще более ослабить и в итоге  "подвинуть" Р.Кадырова. При этом, экспансия миллиардера из Дагестана касается не только WB, превращающейся в мегакорпорацию, глубоко интегрированную с Кремлем, но и других крупных проектов - он, например, пытается пролоббировать увеличение финансовой поддержки Дагестана со стороны федерального центра в следующем году, намереваясь таким образом перетянуть лидерство в регионе на себя и в перспективе изменить там расстановку сил в свою пользу. Однако, Кремль, судя по всему,  заинтересован в управляемости конфликта - ему незачем превращать конкуренцию влиятельных игроков в открытое противостояние. И вот на этом фоне появляются признаки того, что упомянутая конкуренция фактически выходит за пределы России. Как указывается, недавний визит Р.Кадырова в Баку, на поклон к президенту Азербайджана И.Алиеву, не принес ожидаемого результата, в связи с чем позиции главы Чечни в глазах Москвы существенно ослабли. И вот уже С.Керимов обещает задействовать свои контакты среди дагестанской диаспоры в Турции, чтобы содействовать нормализации российско-азербайджанских отношений. Дело тут не столько в том, действительно ли С.Керимов способен содействовать нормализации отношений Москвы и Баку через собственные контакты (что, конечно, повысило бы его ценность для Кремля), сколько в его намерении за счет привлечения внимания Анкары как укрепить свои позиции в мусульманском мире, так и использовать те или иные связи за рубежом для решения внутриполитических задач. И это все при том, что Турция, активно укрепляющая свои позиции в тюркском мире, неприкрыто претендует на регион - согласно карте, продемонстрированной Р.Эрдоганом еще в ноябре 2021 года, "Великий Туран" включает в себя, в том числе, и республики Северного Кавказа (а также Краснодарский край, часть Ростовской области, Поволжье, Восточную Сибирь и Якутию). Поскольку налицо тот случай, когда борьба за влияние на Северном Кавказе разворачивается сразу на нескольких уровнях, то соответствующий внутрироссийский конфликт однозначно сыграет на руку Турции в контексте ее геополитических интересов. Ну и, как отмечалось ранее, по ряду причин социально-экономического,  религиозного и иного характера, Северный Кавказ уже не первый год небезосновательно называют "пороховой бочкой" России, которая в любой момент может рвануть. И вот, как бы не получилось так, что кто-то у нас, самостоятельно или по чьему-то наущению, вдруг подожжет там "фитиль". Последствия для страны тогда будут более чем катастрофическими. Неужели в Москве настолько потеряли бдительность? Или там сформировалось некое "пантюркское" лобби?