Землянка

Who mentions Землянка

Mentioned or reposted by

Latest mentions

  1. 01
    Вечерний ХабаровскВечерний Хабаровск@vehernij_habarovsk,
    Views70
    Forwards0
    Reactions—
    Comments—
  2. 02
    Views746
    Forwards0
    Reactions—
    Comments—
  3. 03
    НОВОСТИ 📰НОВОСТИ 📰@russica2,

    Два миллиона детей могут исчезнуть из статистики получателей пособий. Неужели в России стало настолько меньше бедных семей? В Госдуме обсуждают бюджет Социального фонда на 2027-2029 годы. Председатель комитета по защите семьи Нина Останина обратила внимание на несколько цифр, которые выглядят довольно тревожно. На единое пособие детям в 2027 году планируется направить около 1,6 трлн рублей против 1,8 трлн в 2026 году. Разница - примерно 200 млрд рублей. Одновременно прогнозируется сокращение числа детей, охваченных пособием, с 10 до 8 миллионов. То есть на 20%. Возникает закономерный вопрос: эти два миллиона детей действительно перестанут нуждаться в помощи или просто перестанут соответствовать условиям её получения? Отдельная история - работающие матери. По словам Останиной, правительство предлагает сохранять пособие по уходу за ребёнком при досрочном выходе на работу только после двух месяцев декретного отпуска. Сейчас такого ограничения нет. Предполагаемая экономия - 25 млрд рублей. Для семьи из небольшого районного центра это особенно чувствительно. Если мать вынуждена вернуться на работу раньше из-за нехватки денег, потеря пособия может свести на нет значительную часть дополнительного заработка. Ещё одна цифра - расходы на ежегодную семейную выплату. В материалах обсуждения фигурирует снижение планового финансирования со 119,1 млрд до 71,8 млрд рублей. Правда, здесь есть важный нюанс. Социальный фонд утверждает, что 71,8 млрд рублей всё равно больше фактических выплат первого года программы, которые составили 46,8 млрд. Поэтому сокращение относительно прежнего плана не обязательно означает уменьшение выплат каждой семье. Но вернёмся к регионам. В Москве или Санкт-Петербурге потерю нескольких тысяч рублей семья с высоким доходом может почти не заметить. А в небольшом городе, где зарплаты существенно ниже, эти деньги могут уходить на продукты, лекарства, коммунальные услуги или школьные расходы. Допустим, семья получает 15 тысяч рублей ежемесячной поддержки. Если она лишится выплаты, за год её бюджет сократится на 180 тысяч рублей. Для небольшого населённого пункта проблема шире. Социальные выплаты не лежат без движения на счетах. Их тратят в местных магазинах, аптеках и предприятиях сферы услуг. Если тысячи семей одновременно теряют часть доходов, это может ударить и по местному потребительскому спросу. Особенно там, где мало высокооплачиваемых рабочих мест и значительная часть населения зависит от бюджетных выплат. При этом нельзя сказать, что весь социальный бюджет сокращается. В 2027 году запланированы индексация пенсий, повышение максимальных пособий и дополнительные расходы на отдельные меры поддержки. Вопрос скорее в том, кому именно достанутся эти деньги. Ведь можно увеличить размер пособия для тех, кто сохранил право на него, но одновременно сократить число получателей. Формально выплаты растут, а часть семей остаётся без поддержки.

    Link previewreposted
    Views55.8K
    Forwards118
    Reactions—
    Comments—
  4. 04
    ПолитгенПолитген@politgen,
    Views1.29K
    Forwards0
    Reactions2
    Comments—
  5. 05
    Вадим Попов МнениеВадим Попов Мнение@popovopinionlive,
    Views1.17K
    Forwards0
    Reactions—
    Comments0
  6. 06

    Часть 3 И здесь мы подходим к возможному изменению экономического положения российских регионов. Например, ХМАО является одним из крупнейших нефтедобывающих регионов страны. Значительная часть его экономики связана с нефтяной промышленностью. В Татарстане ситуация сложнее. Республика одновременно располагает крупной нефтедобывающей отраслью, нефтепереработкой, нефтехимией и развитым машиностроением. С одной стороны, снижение спроса на традиционное автомобильное топливо создаёт риски для нефтяного сектора. С другой - развитая промышленность позволяет Татарстану участвовать в производстве новых транспортных технологий, компонентов и оборудования. Похожие вызовы могут возникнуть в Башкортостане, Самарской и Омской областях, где нефтепереработка играет важную роль в промышленной экономике. Однако это не означает, что нефтяные регионы обязательно станут беднее. Их будущее будет зависеть от мировых цен на нефть, структуры промышленности и способности предприятий адаптироваться к изменениям спроса. А кто может выиграть? Например, Иркутская область и Красноярский край обладают крупной энергетической базой. Расширение использования электротранспорта создаст дополнительный спрос на электроэнергию, зарядную инфраструктуру и оборудование. Правда, увеличение потребления электричества не гарантирует автоматического роста региональных бюджетов. Многое зависит от тарифов, структуры собственности энергетических предприятий и налоговых поступлений. Отдельная категория - транзитные регионы. Московская и Владимирская области, Татарстан, Нижегородская область и другие территории, через которые проходят крупные транспортные коридоры, могут получить дополнительные возможности для развития дорожного сервиса, зарядных станций, логистических центров и сопутствующего бизнеса. Краснодарский край также представляет интерес. Ежегодно через регион проходят значительные туристические и транспортные потоки. Но здесь возможен обратный эффект. Если поездки станут существенно дороже, часть туристов может отказаться от автомобильных путешествий или сократить расходы на отдых. То есть регион может одновременно получить новые доходы от транспортной инфраструктуры и столкнуться с потерями в туристическом секторе. Не стоит забывать и о стоимости доставки товаров. Если грузовые перевозки тоже попадут под новую систему оплаты, дополнительные расходы транспортных компаний могут отразиться на ценах продуктов, строительных материалов и других товаров. Особенно чувствительным это окажется для удалённых регионов, куда грузы доставляются на большие расстояния. В случае масштабной электрификации транспорта часть денег, которые автомобилисты сегодня тратят на нефтепродукты, постепенно начнёт переходить в электроэнергетику. Изменится спрос на продукцию нефтеперерабатывающих заводов. Появятся новые возможности для производителей электротранспорта и зарядного оборудования. А переход от топливных акцизов к оплате пробега может изменить распределение средств между федеральным бюджетом и регионами. Фактически речь идёт сразу о трёх возможных перераспределениях: энергетическом, промышленном и бюджетном. При этом сегодня такой переход остаётся гипотетическим. Массовой электрификации российского автопарка пока не произошло, а решения о введении всеобщей покилометровой оплаты дорог нет. Но если подобные изменения действительно начнутся, их последствия окажутся значительно шире, чем просто появление ещё одного платежа для автомобилистов. И главный вопрос здесь даже не в том, сколько будет стоить километр дороги. Гораздо интереснее, какие российские регионы смогут заработать на новой транспортной системе, а какие столкнутся с потерей привычных источников дохода.

    Textreposted
    Views16
    Forwards0
    Reactions—
    Comments—
  7. 07

    Часть 2 Но теперь посмотрим на ситуацию с другой стороны. Предположим, что по дорогам, включённым в новую систему, ежегодно передвигаются 10 млн автомобилей. Каждый из них проезжает по таким дорогам в среднем 12 тысяч километров. При тарифе 1 рубль за километр общие поступления составят 120 млрд рублей в год. При тарифе 3 рубля - 360 млрд рублей. При тарифе 5 рублей - 600 млрд рублей. Это условная модель, но она показывает масштаб возможных денежных потоков. И здесь возникает главный для регионов вопрос: кому достанутся эти деньги? Если все поступления будут направляться в федеральный бюджет, субъекты РФ не обязательно получат дополнительные доходы. Если же часть платежей распределят между регионами, возникнет совершенно новая система финансирования дорожной инфраструктуры. Допустим, регионам будут передавать 25% собранных средств. При общих поступлениях 360 млрд рублей региональные дорожные фонды совокупно получат 90 млрд рублей. Но распределять эти средства можно совершенно по-разному. Например, по месту регистрации автомобиля, по количеству километров, пройденных на территории субъекта, или по специальной формуле, учитывающей состояние дорог и потребности региона. От выбора этой формулы будут зависеть победители и проигравшие. Представим два условных региона. Через первый проходят крупные федеральные трассы. За год автомобили преодолевают на его территории 2 млрд оплачиваемых километров. Через второй проходит значительно меньше транспорта, всего 400 млн километров. Зато местным жителям приходится преодолевать большие расстояния между населёнными пунктами. При тарифе 3 рубля за километр первый регион обеспечит сбор 6 млрд рублей, а второй - 1,2 млрд. Если четверть этих денег останется на соответствующих территориях, первый получит 1,5 млрд рублей, второй - всего 300 млн. Получается, что транзитный регион может зарабатывать на автомобилях, которые просто проезжают через него. А удалённые территории с небольшим транспортным потоком рискуют получать значительно меньше. При этом именно в удалённых регионах дороги нередко требуют больших расходов на содержание, а у жителей зачастую нет альтернативы личному автомобилю. Для таких территорий новая система без специальных льгот и бюджетного выравнивания может оказаться особенно болезненной. Но на этом изменения не заканчиваются. Есть ещё один вопрос, который кажется даже интереснее: что произойдёт с российской нефтяной промышленностью, если электромобили начнут массово вытеснять бензиновые машины? В 2025 году Россия добыла около 511,5 млн тонн нефти и газового конденсата. На внутренний рынок было отгружено примерно 39 млн тонн автомобильного бензина. Представим, что в долгосрочной перспективе электромобили заменят 30% пробега бензиновых автомобилей и потребление бензина сократится в той же пропорции. Тогда внутреннему рынку ежегодно потребуется примерно на 11,7 млн тонн бензина меньше. Это не означает, что добыча нефти автоматически сократится на такое же количество. Бензин является лишь одним из продуктов нефтепереработки. Из нефти также производят дизельное и авиационное топливо, сырьё для нефтехимии и множество других продуктов. Но для нефтеперерабатывающих предприятий подобное изменение спроса станет серьёзным вызовом. Что делать с сырьём, которое раньше использовалось для производства автомобильного топлива? Один из вариантов - расширение нефтехимии. Нефть необходима для производства полимеров, синтетических материалов, пластмасс и других промышленных продуктов. Другой вариант - изменение структуры нефтепереработки и увеличение выпуска наиболее востребованных нефтепродуктов. Часть продукции можно будет направлять на экспорт, если зарубежные рынки сохранят соответствующий спрос. Но если электрификация транспорта будет происходить одновременно во многих странах, возможности экспорта тоже могут сократиться. В таком случае некоторые месторождения и перерабатывающие предприятия действительно столкнутся со снижением рентабельности.

    Textreposted
    Views10
    Forwards0
    Reactions—
    Comments—
  8. 08

    Все дороги станут платными? Как электромобили могут изменить экономику российских регионов Часть 1 В России вновь заговорили о возможном изменении системы оплаты автомобильных дорог. Профессор Института экономики транспорта и транспортной политики ВШЭ Михаил Блинкин в ходе обсуждения транспортных технологий допустил, что в перспективе 5–10 лет привычное разделение дорог на платные и бесплатные может измениться. Один из обсуждаемых вариантов - переход от топливных акцизов к оплате за каждый пройденный километр. Правда, после публикаций в СМИ ВШЭ пояснила, что не разрабатывала предложений сделать все российские дороги платными. Речь шла об экспертном обсуждении международного опыта, а не о готовящейся реформе. Но сама идея заслуживает внимания. Особенно если посмотреть на неё не только глазами автомобилистов, но и с точки зрения экономики российских регионов. Сегодня часть средств на содержание и строительство дорог формируется за счёт акцизов на бензин и дизельное топливо. Чем больше топлива потребляется, тем больше соответствующие налоговые поступления. Однако автомобильная промышленность постепенно меняется. Современные двигатели становятся экономичнее, появляются электромобили, которые вообще не используют бензин. При этом дорожной инфраструктурой они пользуются наравне с обычными машинами. Возникает вопрос: если через несколько десятилетий значительная часть автомобилей станет электрической, кто будет оплачивать содержание дорог? И здесь появляется идея брать деньги не за количество сожжённого топлива, а за фактическое использование дорожной инфраструктуры. Но насколько выгодной окажется такая система? Представим обычный бензиновый автомобиль, который расходует 8 литров на 100 километров. При условной цене бензина 79 рублей за литр поездка обойдётся примерно в 632 рубля. Электромобиль с расходом 18 кВт ч на 100 километров при домашней зарядке по 6 рублей за кВт ч потратит на электричество около 119 рублей с учётом потерь при зарядке. Разница более чем в пять раз. Однако если ввести плату за использование дорог, ситуация изменится. При тарифе 3 рубля за километр поездка на 100 километров будет стоить: Бензиновый автомобиль - 932 рубля с учётом топлива. Электромобиль - 419 рублей с учётом электроэнергии. При тарифе 5 рублей за километр расходы увеличатся до 1132 и 619 рублей соответственно. Электромобиль всё ещё дешевле в эксплуатации, но преимущество уже не такое значительное. Для человека, который проезжает 15 тысяч километров в год, плата в 3 рубля за километр составит 45 тысяч рублей ежегодно. А при тарифе 5 рублей - уже 75 тысяч. Причём это только оплата дорог, без учёта топлива, электричества, обслуживания автомобиля и других расходов. Разумеется, речь об условных тарифах. Никто не объявлял, что именно столько придётся платить автомобилистам. Кроме того, если новые платежи действительно заменят топливные акцизы, а не дополнят их, бензин может стать дешевле. Поэтому окончательная нагрузка будет зависеть от устройства всей налоговой системы.

    Textreposted
    Views15
    Forwards0
    Reactions—
    Comments—
  9. 09

    36 килограммов золота и почти 14 млрд рублей активов. Что изъяли у семьи бывшего главы Краснодарского краевого суда? Судебные приставы передали в Гохран России более тысячи золотых слитков и монет, изъятых у бывшего председателя Краснодарского краевого суда Александра Чернова, членов его семьи и связанных с ними лиц. Об этом сообщил директор ФССП Дмитрий Аристов. Общий вес изъятого золота составил 36 килограммов. Если для приблизительной оценки использовать стоимость 12 тысяч рублей за грамм, получим около 432 млн рублей. При этом точная стоимость драгоценностей зависит от пробы золота, характеристик монет и рыночных цен. Но золото оказалось лишь частью обнаруженного имущества. В апреле 2026 года Октябрьский районный суд Краснодара обратил в доход государства активы семьи Чернова и связанных с ней лиц почти на 900 млн рублей. Помимо золота, в перечень вошли 22 млн рублей на банковских счетах, шесть земельных участков общей площадью 9,1 тыс. кв. м, 106 нежилых помещений и два жилых дома. Причём это было уже не первое решение об изъятии имущества. В августе 2025 года Красногорский городской суд Московской области удовлетворил другой иск Генпрокуратуры. Тогда в доход государства обратили 87 объектов недвижимости и взыскали средства, полученные от реализации имущества. Общую стоимость активов и взысканных средств оценили более чем в 13 млрд рублей. Таким образом, по двум судебным решениям речь идёт об имуществе и денежных средствах на сумму около 13,9 млрд рублей. Сам Александр Чернов возглавлял Краснодарский краевой суд на протяжении 25 лет, с 1994 по 2019 год. Согласно выводам суда, в период работы он скрыто владел коммерческими организациями, участвовал в управлении ими и получал доходы от предпринимательской деятельности, несовместимой со статусом судьи. Отдельного внимания заслуживает положение членов его семьи. Бывшая супруга Чернова Галина возглавляла Нотариальную палату Краснодарского края. Их дочь Елена Рязанская занимала должность вице-президента этой организации, а другая дочь, Анастасия Шепель, работала судьёй Арбитражного суда Краснодарского края. Суд установил, что родственники участвовали в сокрытии имущества и доходов. В рамках разбирательства также было принято решение о прекращении нотариальной деятельности ряда ответчиков. В ноябре 2025 года Высшая квалификационная коллегия судей лишила Чернова статуса судьи в отставке и связанных с ним гарантий неприкосновенности. По сообщениям СМИ, бывший председатель суда находится на Кипре. Получается довольно интересная ситуация. Человек четверть века руководил одним из крупнейших региональных судов страны, а впоследствии у него, членов семьи и связанных с ними лиц обнаружили активы на миллиарды рублей. Причём речь не только о недвижимости и денежных средствах, но и о десятках килограммов золота. И здесь возникает вопрос: как на протяжении столь длительного времени могла существовать подобная система владения и управления активами, несмотря на ограничения, установленные для судей? И насколько эффективно работал контроль за доходами и имуществом представителей судебной системы, если масштаб этих активов стал предметом судебных разбирательств лишь спустя годы?

    Textreposted
    Views11
    Forwards0
    Reactions—
    Comments—
  10. 10
    ЛИСТРАТОВЛИСТРАТОВ@politolog_listratov,
    Views2.14K
    Forwards1
    Reactions66
    Comments—
  11. 11
    ЛенТVZ4ЛенТVZ4@lentv24,
    Views130
    Forwards1
    Reactions—
    Comments0
  12. 12
    Views122
    Forwards0
    Reactions—
    Comments—
  13. 13
    The ГращенковThe Гращенков@thegraschenkov,
    Views40.4K
    Forwards1
    Reactions—
    Comments—
  14. 14
    Views19.8K
    Forwards6
    Reactions17
    Comments—
  15. 15
    ПолитологОрловПолитологОрлов@politolog_orlov,
    Views69.2K
    Forwards22
    Reactions—
    Comments—
  16. 16
    Полярный взглядПолярный взгляд@northmmurman,

    Бывшего вице-спикера Мурманской облдумы обвинили в госизмене ФСБ задержала 76-летнего Геннадия Степахно, бывшего вице-спикера Мурманской областной думы от КПРФ. По версии следствия, он использовал депутатские полномочия для сбора и передачи украинской разведке документов о работе регионального правительства и инженерных объектах области. Политика арестовали ещё 9 октября, однако известно об этом стало только сейчас. Степахно занимался региональной политикой почти 20 лет. С 2007 года избирался депутатом четырёх созывов, руководил фракцией КПРФ и входил в комитеты, связанные с экономикой, бюджетом и безопасностью. Примечательно, что, по словам однопартийцев, ранее он участвовал в «Крымской весне» и помогал российским военнослужащим. Особое значение делу придаёт статус Мурманской области, где расположены объекты Северного флота и стратегическая инфраструктура. При этом какие именно документы, по версии ФСБ, передавал Степахно, пока не раскрывается.

    Link previewreposted
    Views115
    Forwards0
    Reactions—
    Comments—
  17. 17

    Коллеги бьют тревогу - российская металлургическая отрасль оказалась зажата в тиски. Атаки вражеских беспилотников отрезали экспортные маршруты через южные порты, а РЖД фактически отказывает в перевозке продукции — ассоциация «Русская сталь» уже просит о приоритетном доступе к железнодорожным мощностям и локомотивах. Отечественных экспертов беспокоит такой вопрос: если логистический коллапс затянется, какие именно переделы металлургической цепочки первыми начнут сокращать производство и кто из зарубежных покупателей успеет переориентироваться на альтернативных поставщиков раньше, чем ситуация разрешится? По имеющимся оценкам, первыми сократят выпуск: - предприятия непрерывного цикла (доменные и сталеплавильные производства) — из за высоких рисков и затрат на остановку и перезапуск печей им сложно быстро снизить выпуск, эта проблема нарастает по мере заполнения складов; - экспортно ориентированные переделы (специализированный прокат, трубы, сортовой металл) — внутренний спрос не поглотит объемы, ранее уходившие за рубеж; - производства с узкой логистикой (завязанные на южные порты без альтернативных выходов) — столкнутся с перебоями раньше остальных. При этом ключевым триггером сокращений называют исчерпание складских мощностей. Как отмечается, быстрее найдут замену российским поставкам покупатели с развитым внутренним производством или диверсифицированной базой поставщиков (например, ряд стран Ближнего Востока). Крупные холдинги с жёсткими цепочками адаптируются медленнее — им нужно переоформить контракты и наладить логистику. Наиболее уязвимыми считаются рынки, традиционно зависимые от российского металла (часть стран СНГ, Турция) — у них меньше быстрых альтернатив. Чтобы минимизировать потери из‑за сбоев в логистике, наши эксперты предлагают реализовать два блока мер. Первый — оперативная переориентация поставок: задействовать порты Северо‑Западного и Дальневосточного направлений. Минус этого подхода — увеличение транспортных расходов, что напрямую давит на рентабельность отгрузок. Второй — системные корректировки в работе транспортной инфраструктуры (фактически - устранение элементов откровенного саботажа со стороны РЖД). Ключевыми здесь выглядят договоренности о приоритетном режиме для металлургических грузов на сети РЖД, а также меры по эффективному управлению подвижным составом и снятию заторов в портах. По тем же оценкам, в совокупности такие шаги способны существенно ослабить остроту проблемы. Вот только прислушается ли наша власть к указанному мнению?  Пока, к сожалению, какой-либо заинтересованности в решении проблем отечественной металлургии у нее как-то не просматривается. Как отмечалось ранее, даже отечественные "верхи" уже не скрывают, что переход отечественной экономики на  "военные рельсы" ожидаемо перестал хотя бы частично спасать более чем плачевную финансово-экономическую ситуацию в стране. По актуальным прогнозам Минэкономразвития, вместо роста промышленности на 0,6% мы теперь ждем ее падения  на 0,2% по итогам 2026 года. За восемь месяцев года производство вышло в ноль, в августе просело на 0,8% год к году. С поправкой на реальную инфляцию падение в жизни глубже официальных цифр. При этом наша металлургия потеряла 5,2%. и теперь входит в число направлений бизнеса с отрицательным совокупным финансовым результатом. Строительный и промышленный секторы, главные потребители стали, не генерируют достаточного платежеспособного заказа. Металлургические компании работают практически на 100% мощностей, но зарабатывают втрое меньше прибыли, чем год назад — издержки производства уже не отбиваются рыночной ценой. Ну и, получается, что предприятия металлургии, как отрасли с низкой маржинальностью, оказались в зоне острой нехватки прибыли для обслуживания процентов. То есть, следующий шаг для металлургии — либо сокращение загрузки, либо передел ценовой политики внутри рынка.

    Textmentioned
    Views17.4K
    Forwards2
    Reactions—
    Comments—
  18. 18
    РаспутицаРаспутица@rasputicaa,

    В регионах России заранее готовят рабочие места для возвращающихся участников СВО По данным Роструда, в 2025 году службы занятости сформировали почти 450 тысяч предложений о работе для участников СВО в 71 регионе. При этом за помощью в трудоустройстве обратились около 15 тысяч ветеранов, из которых работу нашли 7,8 тысячи. Важно, что 450 тысяч это не специально созданные рабочие места, а общий перечень вакансий, которые работодатели готовы предложить участникам СВО. Подготовка идёт и на государственном уровне. Ещё 24 мая 2025 года правительство утвердило план содействия трудоустройству участников СВО. Он предусматривает создание региональных баз работодателей, формирование резерва рабочих мест в государственных и муниципальных организациях, а также помощь с профессиональным обучением. Регионы должны отчитываться о выполнении этих мероприятий каждые полгода. Некоторые результаты уже известны. В Новосибирской области к концу 2025 года более 300 работодателей зарезервировали около 2,2 тысячи рабочих мест, из которых 610 заняли ветераны. В Оренбургской области к марту 2026 года из 1,5 тысячи зарезервированных мест были заняты 1084. В Сочи на 2026 год предусмотрели 1856 квотированных рабочих мест для ветеранов и других категорий граждан. В Татарстане с сентября действует квота в размере 1% для работодателей с численностью более 200 сотрудников. Особенно актуальна такая работа для регионов с дефицитом кадров. На Дальнем Востоке летом 2026 года работодатели заявляли о потребности более чем в 218 тысячах сотрудников. Только в Амурской области насчитывалось около 66 тысяч вакансий, в Приморском крае около 55 тысяч, в Хабаровском крае более 29 тысяч. Возвращающиеся участники СВО могут частично закрыть эту потребность, особенно если региональные власти обеспечат переобучение, поддержку при переезде и адаптацию рабочих мест. Таким образом, государство уже формирует систему, которая должна помочь участникам СВО возвращаться к гражданской работе. Причём речь не только о тех, кто уже вернулся, но и о тех, кому трудоустройство потребуется в дальнейшем. Однако пока остаётся открытым вопрос, насколько подготовленные вакансии соответствуют реальным потребностям ветеранов. Найти сотни тысяч предложений работы недостаточно. Важно, чтобы люди могли воспользоваться ими на практике.

    Textreposted
    Views21K
    Forwards2
    Reactions—
    Comments—
  19. 19
    Views11.6K
    Forwards1
    Reactions—
    Comments—
  20. 20
    ПолитгенПолитген@politgen,
    Views1.29K
    Forwards1
    Reactions2
    Comments—
  21. 21
    The ГращенковThe Гращенков@thegraschenkov,
    Views49K
    Forwards0
    Reactions—
    Comments—
  22. 22
    Вадим Попов МнениеВадим Попов Мнение@popovopinionlive,
    Views551
    Forwards0
    Reactions2
    Comments0
  23. 23
    ЛенТVZ4ЛенТVZ4@lentv24,
    Views156
    Forwards0
    Reactions—
    Comments0
  24. 24
    Views841
    Forwards0
    Reactions—
    Comments—
  25. 25
    Вечерний ХабаровскВечерний Хабаровск@vehernij_habarovsk,
    Views123
    Forwards0
    Reactions—
    Comments—
  26. 26
    Views135
    Forwards0
    Reactions—
    Comments—
  27. 27
    ЛИСТРАТОВЛИСТРАТОВ@politolog_listratov,
    Views2.46K
    Forwards1
    Reactions66
    Comments—
  28. 28
    Views23.8K
    Forwards3
    Reactions21
    Comments—
  29. 29
    ПолитологОрловПолитологОрлов@politolog_orlov,
    Views109K
    Forwards22
    Reactions—
    Comments—
  30. 30
    Бульдоги под ковромБульдоги под ковром@kremlin_bulldogs,

    Коллеги бьют тревогу - российская металлургическая отрасль оказалась зажата в тиски. Атаки вражеских беспилотников отрезали экспортные маршруты через южные порты, а РЖД фактически отказывает в перевозке продукции — ассоциация «Русская сталь» уже просит о приоритетном доступе к железнодорожным мощностям и локомотивах. Отечественных экспертов беспокоит такой вопрос: если логистический коллапс затянется, какие именно переделы металлургической цепочки первыми начнут сокращать производство и кто из зарубежных покупателей успеет переориентироваться на альтернативных поставщиков раньше, чем ситуация разрешится? По имеющимся оценкам, первыми сократят выпуск: - предприятия непрерывного цикла (доменные и сталеплавильные производства) — из за высоких рисков и затрат на остановку и перезапуск печей им сложно быстро снизить выпуск, эта проблема нарастает по мере заполнения складов; - экспортно ориентированные переделы (специализированный прокат, трубы, сортовой металл) — внутренний спрос не поглотит объемы, ранее уходившие за рубеж; - производства с узкой логистикой (завязанные на южные порты без альтернативных выходов) — столкнутся с перебоями раньше остальных. При этом ключевым триггером сокращений называют исчерпание складских мощностей. Как отмечается, быстрее найдут замену российским поставкам покупатели с развитым внутренним производством или диверсифицированной базой поставщиков (например, ряд стран Ближнего Востока). Крупные холдинги с жёсткими цепочками адаптируются медленнее — им нужно переоформить контракты и наладить логистику. Наиболее уязвимыми считаются рынки, традиционно зависимые от российского металла (часть стран СНГ, Турция) — у них меньше быстрых альтернатив. Чтобы минимизировать потери из‑за сбоев в логистике, наши эксперты предлагают реализовать два блока мер. Первый — оперативная переориентация поставок: задействовать порты Северо‑Западного и Дальневосточного направлений. Минус этого подхода — увеличение транспортных расходов, что напрямую давит на рентабельность отгрузок. Второй — системные корректировки в работе транспортной инфраструктуры (фактически - устранение элементов откровенного саботажа со стороны РЖД). Ключевыми здесь выглядят договоренности о приоритетном режиме для металлургических грузов на сети РЖД, а также меры по эффективному управлению подвижным составом и снятию заторов в портах. По тем же оценкам, в совокупности такие шаги способны существенно ослабить остроту проблемы. Вот только прислушается ли наша власть к указанному мнению?  Пока, к сожалению, какой-либо заинтересованности в решении проблем отечественной металлургии у нее как-то не просматривается. Как отмечалось ранее, даже отечественные "верхи" уже не скрывают, что переход отечественной экономики на  "военные рельсы" ожидаемо перестал хотя бы частично спасать более чем плачевную финансово-экономическую ситуацию в стране. По актуальным прогнозам Минэкономразвития, вместо роста промышленности на 0,6% мы теперь ждем ее падения  на 0,2% по итогам 2026 года. За восемь месяцев года производство вышло в ноль, в августе просело на 0,8% год к году. С поправкой на реальную инфляцию падение в жизни глубже официальных цифр. При этом наша металлургия потеряла 5,2%. и теперь входит в число направлений бизнеса с отрицательным совокупным финансовым результатом. Строительный и промышленный секторы, главные потребители стали, не генерируют достаточного платежеспособного заказа. Металлургические компании работают практически на 100% мощностей, но зарабатывают втрое меньше прибыли, чем год назад — издержки производства уже не отбиваются рыночной ценой. Ну и, получается, что предприятия металлургии, как отрасли с низкой маржинальностью, оказались в зоне острой нехватки прибыли для обслуживания процентов. То есть, следующий шаг для металлургии — либо сокращение загрузки, либо передел ценовой политики внутри рынка.

    Textmentioned
    Views51.3K
    Forwards4
    Reactions—
    Comments—

Channels it mentions