Деньги и песец

Возвращаясь к сюжету о цене входа в отношения, имеет смысл посмотреть – что говорит статистика о шансе найти мужчину с доходом от 300К хотя бы в Санкт-Петербурге. Как раз Петростат выпустил сборник «Оплата труда в Санкт-Петербурге и Ленинградской области в январе – июне 2026 года», и данные в нём позволяют оценить этот шанс. Средняя номинальная зарплата в Петербурге за первое полугодие 2026 года – 130 431 руб. Распределение устроено так, что средняя выше медианы, а небольшая группа высокооплачиваемых работников тянет её вверх. Но даже если ориентироваться на среднюю, 300К – это в 2,3 раза выше неё. Это не «нормальный мужчина», а верхний хвост распределения. Самая высокооплачиваемая отрасль СПб – добыча полезных ископаемых: 317,7К (в городе штаб-квартира «Газпрома»). То есть 300К – это уровень самой высокой отрасли, и то чуть ниже её средней. Финансы – 205,7К, IT – 199,3 К, профессиональная и научная деятельность – 157,7К. Иными словами, 300К – это выше, чем средняя в финансах и IT, и почти на уровне нефтегаза. Точной цифры, сколько именно мужчин в Петербурге получают 300 тысяч, нет. Росстат по обследованным организациям без малого бизнеса даёт: 6,3% работников получают от 200 до 400К, ещё 1,5% – более 400К. Но это по всем регионам. В Петербурге с его структурой (финансы, IT, наука) доля высокооплачиваемых скорее выше, чем в среднем по стране, но 300+ – это верхняя часть диапазона 200–400К, а не весь диапазон. Получается, что 3–5% работников в СПб имеют зарплату 300К+. С учётом того, что мужчины в высокооплачиваемых отраслях представлены непропорционально больше, доля мужчин с таким доходом может быть 5–7% от всех мужчин. Но это верхняя граница. Шансы найти мужчину с зарплатой 300К в Петербурге есть, но они невелики. Это не «каждый пятый-шестой», а единицы процентов. Требование «х2–х3» от зарплаты 100–150К (200–450К) попадает в этот диапазон, и 300К – его середина. Такие мужчины находятся в верхнем хвосте распределения. Если женщина строит стратегию на поиске такого партнёра, она должна понимать, что это лотерея с низкой вероятностью выигрыша. Тем не менее, женщины настаивают на таком минимуме мужского дохода – и убедительно объясняют почему. Или тут что-то не так с данными, или мы чего-то не видим. Первое объяснение – данные неполны. Росстат не считает малый бизнес, неформальную экономику, доходы от собственности, аренды, депозитов, дивидендов. Бизнесмен может иметь миллионы, а «бояре» – миллиарды, и никакой Росстат их не учитывает. По косвенным оценкам (доля владельцев иномарок, выезжающих за границу, посетителей ресторанов и платных медцентров), доля людей с доходом 200–300К – 15–20% россиян, а не 5%. Если это так, то 300К это середина верхнего сегмента, и шансы найти такого мужчину выше, чем кажется. Второе объяснение – мы не видим структуру расходов и рисков. Женщина, которая требует 300К, может просто стремиться к запасу прочности: жильё, декрет, уход за ребёнком, возможность не работать в первые годы. В такой логике 300К – это попытка закрыть риск, который больше некому закрыть. Так что противоречие между статистикой и поведением кажущееся. Официальная статистика говорит: мужчин с 300 тысячами мало. Поведение говорит: без такого дохода риск заводить семью слишком велик. Оба утверждения верны – только они о разном. Статистика измеряет распределение доходов, а поведение отражает распределение рисков. И пока риски (жильё, декрет, уход) не снижены институционально, требование к доходу будет оставаться рациональным – даже если шансы найти такого мужчину невелики. Женщины настаивают на высокой мужской зарплате не потому, что не верят в статистику, а потому, что знают цену ошибки. И если мы хотим, чтобы требования стали скромнее, нужно не убеждать женщин «быть реалистичнее», а снизить цену риска: жильё, садики, гибкая занятость, поддержка материнства. Тогда и 300 тысяч перестанут быть порогом, без которого семья не выживет.

Средняя номинальная начисленная заработная плата в России, по данным Росстата, достигла 110 тысяч рублей.

📋 Минэкономразвития определило задачи российской делегации на COP31 Как стало известно «Береги природу!», министерство обозначило позиции по шести аспектам. Основные тезисы: Деньги. Россия не собирается брать на себя дополнительных обязательств по климатическому финансированию и выступит против расширения круга обязательных доноров. Платить, по позиции делегации, должны развитые страны, остальные могут помогать на добровольной основе. Отдельно Россия поддержит признание переходного климатического финансирования и возможность направлять деньги на широкий круг решений, вплоть до модернизации нефтегазовой инфраструктуры и СПГ. Энергопереход. В споре о будущем рабочей программы по сокращению выбросов российская делегация будет продвигать технологическую нейтральность и использование всего спектра решений, от ВИЭ и атома до газа, улавливания углерода и лесов. Универсальные сроки отказа от отдельных энергоносителей и новые обязательные отраслевые цели Россия допускать не собирается. Торговля. Главная мишень здесь CBAM. Россия хочет, чтобы трансграничные последствия механизма изучил Катовицкий комитет РКИК ООН и чтобы они вошли во второе глобальное подведение итогов Парижского соглашения. Добровольные инициативы. Турецкое председательство продвигает собственные ориентиры, например довести долю электричества в мировом конечном энергопотреблении до 35% к 2035 году. Задача российской делегации в том, чтобы такие ориентиры не перекочевали в официальные решения и не стали обязательным критерием оценки национальной политики. При этом министерство предлагает подумать, к каким инициативам могут присоединиться государство, компании, отраслевые объединения и научные организации. Удобрения. Неожиданная возможность нашлась в черновике переговорного документа о справедливом переходе. Там удобрения названы фактором, от которого зависит устойчивость фермеров к скачкам цен и разрывам поставок. Минэкономразвития считает, что этим стоит воспользоваться российским производителям удобрений и экспортерам зерна. Тогда говорить о последствиях санкций и логистических ограничений можно будет не как о претензии к отдельным странам, а как о проблеме, уже признанной на переговорах. «Береги природу!»

Цена вопроса Почему женщины в России хотят видеть рядом мужчину с доходом в три раза выше своего? Обычно (и неправильно) ответ ищут в "морали" - меркантильность, традиция или здоровая предусмотрительность. Но, возможно, дело не в этом. Создать семью - значит одновременно решить несколько дорогих задач. Жильё. Декрет, который тормозит женскую карьеру. Уход за ребёнком. Сохранение дохода. И всё это - в условиях, где "обычная" работа позволяет более менее сводить концы с концами - но не более того. В такой системе доход партнёра становится социальной страховкой. Вот как это звучит в обсуждении ув. коллег: «Если женщина... хочет семью и детей, то понимает, что на время декрета сильно выпадает из обоймы. Это потеря 3 лет профессиональной жизни, 36 зарплат, ... При зп 150К это потеря более 5 миллионов… Зарплата у мужчины х2 от женской помогает просто не упасть в уровне жизни, а чтобы подросшего ребенка водить на кружки и покупать вовремя обувь зимнюю — хорошо бы и х3». И это не только про декрет. «Для Москвы купить такую жилплощадь - на окраине города - на вторичке будет от 25 млн руб., в новостройке - от 35-40 млн руб. … нынешние проценты по ипотеке (от 18%) — это, считай, нет ипотеки». Даже мужчина с доходом 200–300 тысяч не закрывает жилищный вопрос. А таких мужчин, вопреки данным Росстата, по косвенным оценкам не 5%, а 15–20% - то есть задача найти партнёра с нужным доходом выглядит выполнимой. Но у этой страховки есть , скажем так, обратная сторона. Это не история про «плохих» женщин или «слабых» мужчин. Это история про то, как частные решения оказываются под давлением экономической и социальной структуры, И пока на "мужчину" взваливают функции страховой системы, вопрос «сколько он зарабатывает?» будет неизбежным. Большой текст на gapi.ru - о том, почему высокий мужской доход стал условием близости с женщиной, и кто и за что в этой ситуации платит.

Уважаемая коллега верно пишет о возросших требованиях жены к доходу мужа, когда в семье появляется ребёнок. https://t.me/datind_and_me/4633 Она логично говорит, что в этом случае у мужа должен быть Х2-3 к доходу жены. Я думаю, что во многих случаях эти Х2-3 не так и велики. Распространённая ситуация вне высших 20% россиян это доходы 60-70 тыс. в месяц (напомню, что медианная зарплата в России 67 тыс. руб.). Т.е. Х2-3 – это 120-180 тыс. руб. у мужа. Вполне выполнимая задача. Тем более что в подавляющем числе случаев публицисты в своих доводах приводят официальные данные Росстата по распределению зарплат. И там получается, что только 5% россиян имеют ЗП выше 200 тыс. в месяц. Я в очередной раз скажу, что методология Росстата очень куцая. Он не считает малые и часть средних предприятий, тем более не считает самозанятых и неформальную экономику. Кроме того, кроме зарплаты у россиян есть доходы – от предпринимательской деятельности, от собственности, подарки родственников и т.п. К примеру, Росстат может учитывать ЗП человека в 100 тыс. руб., но у него ещё может быть доход от сдачи квартиры (скажем, 60-70 тыс. руб.), может быть доход от депозита в банке и дивиденды от акций. У бизнесмена доходы могут быть миллионы рублей, а у бояр – сотни миллионов и миллиарды, и никакой Росстат их не учитывает, а учитывает только следователь. Потому я уверен, что в России гораздо больше доля людей имеет 200-300 тыс. руб. в месяц, чем по данным Росстата. Судя по разным косвенным данным (доля владельцев иномарок от среднего уровня и выше, выезжающих за границу, посетителей ресторанов и платных медцентров, и т.п.) – это 15-20% россиян. Я напомню исследование ВШЭ, как живёт, что из себя представляет страта высших 10% россиян: «Для семьи с одним ребёнком доход должен составлять около 600 тысяч рублей в месяц, а для семьи с двумя детьми - 800 тысяч. Именно такие цифры характеризуют среднее положение в этой десятипроцентной группе наиболее высокодоходных россиян». https://t.me/proeconomics/18261 7-8 тысяч долларов на семью в России – это по ППС примерно 17-20 тыс. долларов в месяц чистыми в США (200-250 тыс. долларов в год чистыми или более 300-350 тыс. долларов в год на домохозяйство до вычета налогов – это как раз уровень высших 10% в США). 10% высших россиян живут как высшие 10% западных людей. И отдельная печальная тема: если по доходам нормально жить или подтянуть жизнь могут многие в России, то жилищная проблема – почти нерешаемая для подавляющего большинство. Напомню про норматив Росстата, что он считает и называет (официально) «приемлемой жизнью» -это от 23 кв.м на человека и по комнате на человека. Т.е. на семью из 3-х человек – «трёшка» от 69 кв.м. Для Москвы купить такую жилплощадь – на окраине города – на вторичке будет от 25 млн руб., в новостройке – от 35-40 млн руб. С ипотекой ещё могли бы потянуть (но и первоначальный взнос – от 8 млн руб.), но нынешние проценты по ипотеке (от 18%) – это, считай, нет ипотеки. Ну а на 4-х человек – четырёхкомнатная от 92 кв.м.

Если женщина рассматривает серьезные отношения, …, то понимает, что на время декрета сильно выпадает из обоймы.  Это потеря 3 лет профессиональной жизни, 36 зарплат... При зп 150К это потеря более 5 миллионов, если что. Отчасти там мат.капитал что-то дает, льготы и выплаты по уходу за ребенком, но математика не сходится уже от зарплаты выше 100 тысяч. …Если это нормальная пара и адекватный мужчина, …, то он это все понимает и компенсирует это содержанием, уходом, подарками за рождение детей и помощью уважаемые коллеги @datind_and_me убедительно объясняют, почему мужчина должен и сколько именно (5 млн если женщина получает от 150К). Крохоборы возразят, что официально в РФ первые 140 дней декрета оплачиваются в размере 100% заработка, затем – до достижения 20 месяцев – 40%, а дальше до трёх лет отпуск неоплачиваемый, но с сохранением рабочего места. Но мы понимаем РФ-реалии, согласны, что компенсация т.н. «декретного штрафа» нужна, и женщине-нужен- мужчина-с-доходом-в-3-раза-выше. Было дело, подробно объясняли тут архитектуру современного брачного рынка в РФ, и почему вход на него есть для мужчин с зарплатой от 300К и дефицита таких мужчин, с точки зрения молодых женщин, нет   Декретный штраф, о котором говорят ув. @datind_and_me в РФ существует, на этот счет есть исследование Лары Лебедински, Кристиано Перуджини и Марко Владисавлевича («Child Penalty in Russia: Evidence from an Event Study», IZA, 2020). Оно хорошее по трём причинам: во-первых, использует RLMS – национально репрезентативную панель за 1994–2018 годы, во-вторых, сравнивает одних и тех же женщин до и после рождения ребёнка, а не разных женщин между собой; в-третьих, разлагает штраф на компоненты – занятость, часы, почасовую оплату – что позволяет увидеть, где именно теряется доход. И вот что оно показывает. Штраф есть, и он большой: вероятность занятости в год рождения ребёнка падает на 65 п.п., через год – на 40 п.п., через 4–5 лет – всё ещё на 6 п.п. ниже. У мужчин такого штрафа нет. При этом ни часы, ни почасовая оплата не страдают - женщина либо возвращается на плюс-минус ту же работу за те же деньги, либо уходит с рынка труда полностью.   Но то же самое исследование показывает, чем выше доход мужа, тем меньше вероятность, что женщина на работу вернется. Рост дохода других членов домохозяйства на 10% снижает вероятность ее возвращения примерно на 0,4 процентного пункта в год, и эффект значим до трёх лет после рождения. Компенсация работает не как возмещение потери работы, а как механизм закрепления ухода с рынка труда. Мужчина платит – женщина не работает. Больше платит – дольше не работает. Хоть в учебник вставляй - стимул, который должен смягчить проблему, воспроизводит её.   Из этого нельзя  делать вывод, что женщины «на самом деле не хотят компенсации декретного штрафа, а хотят, чтобы мужчина их содержал». Но можно сказать так  -в условиях, где нет частичной занятости, где не хватает детских садов, где отпуск длинный, а вторая часть его оплаты низкая – компенсация через содержание оказывается рациональной адаптацией. Рынок рынок труда не даёт женщине варианта «работать меньше, но работать». Она либо работает как раньше, либо не работает вообще. И если мужчина может содержать – она выбирает второе.   Так что да, компенсация нужна, и мужчина с доходом Х3 её обеспечивает. Но чем успешнее он это делает, тем глубже выпадение женщины из занятости – и тем сильнее ее зависимость от мужских доходов. Это эмпирический факт: чем выше доход мужа, тем ниже вероятность возвращения жены на работу. Нельзя сказать, что женщины в действительности ищут только содержания. Но можно сказать, что стратегия «найти того, кто содержит» – при её железной рациональности – воспроизводит ту самую асимметрию, ради компенсации которой она как бы задумана. Мужчина платит, потому что женщина не работает. Женщина не работает, потому что он платит. А поскольку исследование заканчивается на пятом году после рождения ребенка, мы не можем сказать, что и почему происходит дальше.

Обсуждаем горячо в чате, почему женщины так желают состоятельных мужчин с доходом хотя бы в 2 раза больше своего. Если женщина рассматривает серьезные отношения, хочет семью и детей, то понимает, что на время декрета сильно выпадает из обоймы. Это потеря 3 лет профессиональной жизни, 36 зарплат, потеря здоровья, сил и времени. При зп 150К это потеря более 5 миллионов, если что. Отчасти там мат.капитал что-то дает, льготы и выплаты по уходу за ребенком, но математика не сходится уже от зарплаты выше 100 тысяч. Ты как сотрудница в минусе по бабкам, как профессионал - в минусе по опыту (айтишникам привет, коллеги, расскажите как меняется наша профессия за 3 года), как человек - в минусе по психической устойчивости и здоровью, потому что роды его забирают, а не дают, увы. Если это нормальная пара и адекватный мужчина, который любит жену, то он это все понимает и компенсирует это содержанием, уходом, подарками за рождение детей и помощью. Зарплата у мужчины х2 от женской помогает просто не упасть в уровне жизни, а чтобы подросшего ребенка водить на кружки и покупать вовремя обувь зимнюю - хорошо бы и х3. Рождение детей и продолжение человечества, уход за детьми и мужем и домом - это большое вложение от женщины в свою семью и в мир. Для меня очевидно, что полное содержание жены и ребенка тут самый минимум. А на него нужны деньги. Вложение от М и Ж в рождение детей несопоставимы. Суррогатное материнство стоит от 5 миллионов, не считая сопровождение такой мамы, анализы и тп. Няня для младенчика на 12 часов от 150.000 на пятидневку. На 24 часа? Умножаем на два. Забеременеть можно бесплатно от красавчика, либо пойти в банк спермы и за 30.000 выбирать по цвету глаз.

Без текста

Без текста

Уже аксиомой стало разделение российского общества на страты «20-60-20», впервые выведенные в начале 2010-х бывшим министром экономики Евгением Ясиным. Он говорил, что 20% россиян выиграли от реформ, 60% остались при своих, 20% проиграли. Позднее экономические социологи расширили понятие этих трёх страт, выведя константу про «20% высших россиян, вписавшихся в рынок», «20% наиболее благополучных россиян, пользующихся благами и возможностями рыночной экономики» и т.п. Ещё одним выводом стало то, что российская экономика в нынешней версии, видимо, не способна ввести в благополучные россияне больше 20% населения; правда, она способна уменьшить долю россиян-аутсайдеров, переводя их в пограничное состояние «опрятной бедности». Ещё одно исследование выявило эту аксиому, по нему доля «социально-успешных» россиян составила всё те же 20% населения. Исследование провёл Павел Сушко из Института социологии РАН («Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз», №4, 2025). Им был сконструирован специальный Индекс субъективного благополучия на основе оценок 16 сфер жизни. За выбор респондентом одного из предложенных вариантов ответов по каждой из включённых в Индекс СБ переменных присваивался соответствующий балл: 1 балл - «хорошо», 0,5 балла - «удовлетворительно», 0 баллов - «плохо». Таким образом, сумма всех вариантов могла колебаться от 0 до 16. Всё российское общество на базе Индекса СБ было разделено на пять групп. Высшую группу «социального благополучия» составила всё те же 20% россиян, у неё преобладали отличные ответы по всем 16 вопросам, как видно на диаграмме, медианный бал составил 14,5 из 16-ти возможных. «Пятая группа, объединившая 19,5% россиян, отличается доминированием хороших оценок по всем рассматриваемым сферам жизни и выступает полярной по отношению к группе, формирующей полюс субъективного неблагополучия». Пограничная с социально благополучными, четвёртая по счёту, была около 15% россиян, и характеризовалась так: «В четвёртой группе (14,2%) россиян хорошие оценки доминировали уже по 11 из 16 рассматриваемых сфер жизни, а плохие по большей части аспектов не превышали предела статистической погрешности в 3–5%. Тем не менее ситуация в сферах, связанных с материальной обеспеченностью, состоянием здоровья, возможностями отдыха в период отпуска и получением необходимого образования и знаний, а также положением в обществе и уровнем личной безопасности, оценивалась представителями этой группы в большей степени удовлетворительно, нежели хорошо». Остальные же 65% россиян можно описать, кроме крайне бедности (у автора исследования её величина составила 4,3%), термином, введённым недавно ЦМАКП – «предбедность». Как я уже писал выше, сейчас российская экономика – это надо признавать и это хорошо – способна выводить людей из крайней бедности, но только – в предбедность (за счёт роста социальных выплат, расширения отраслей ВПК и импортозамещения). Тогда как высшая категория россиян с константой около 20% - так и не расширяется.