Кто упоминает KALOY.RU

Девять миллионов за три поплавка Весной 2024 года мурманский траулер ловил рыбу в Баренцевом море. Трал был с сортирующей решёткой – она отсеивает молодь, чтобы та уходила обратно в море. Решётку держат на плаву кухтыли, поплавки-шары. По правилам их должно быть не больше 16. На решётке было 19. Октябрьский суд Мурманска оштрафовал капитана по ч. 2 ст. 8.17 КоАП – нарушение правил рыболовства в исключительной экономической зоне. Штраф – 9 284 878 рублей 85 копеек. Весь улов с 22 апреля по 12 мая 2024 года передали в федеральную собственность. Судно оставили. Защита стояла на одном: от трёх лишних поплавков рыбе вреда нет. Областной суд, кассация и Верховный суд с этим не согласились. ВС указал, что отсутствие вреда противоправности не отменяет. И что лимит в 16 кухтылей взят не с потолка: от их числа зависит, как работает решётка и не уходит ли в трал молодь.

Комментарий в интернете хотят сделать тяжким преступлением   На этой неделе в Госдуму внесли законопроект, которым призывы к массовым беспорядкам, сделанные через СМИ или интернет, выделяют в отдельную часть ст. 212 УК с наказанием до шести лет. Сейчас за такие призывы – до двух. Можно, конечно, делать акцент на сроке: было два, станет шесть. Это существенно. Однако, мой взгляд, важнее слово «тяжкое».   Преступление с санкцией до двух лет считается небольшой тяжести. До шести считается тяжким.  Тут меняется все: 1⃣ избирать по таким делам будут стражу (по делам небольшой тяжести заключать под стражу можно только в исключительных случаях). 2⃣ Прекратить такое дело с судебным штрафом или рассмотреть его в особом порядке уже нельзя. 3⃣ Давность привлечения к ответственности вырастает с двух до десяти лет.  4⃣ Впервые осуждённый за тяжкое идёт в колонию общего режима, а не в поселение. 5⃣ УДО полагается после половины срока, а не трети. 6⃣ Судимость гасится через восемь лет после отбытия.   Авторы законопроекта сами пишут, что больше 90% таких деяний совершают в интернете. То есть тяжкий состав будет основным, по которым будут привлекать. Практика по ст. 212 ч. 3 и сейчас не отличается филигранностью: под «призыв» попадали и комментарий под чужим постом, и репост с эмоциональной подписью. После принятия закона последствия таких комментариев станут тяжелее.

Юрист Калой Ахильгов о том, что комментарий в интернете хотят сделать тяжким преступлением: На этой неделе в Госдуму внесли законопроект, которым призывы к массовым беспорядкам, сделанные через СМИ или интернет, выделяют в отдельную часть ст. 212 УК с наказанием до шести лет. Сейчас за такие призывы – до двух. Можно, конечно, делать акцент на сроке: было два, станет шесть. Это существенно. Однако, мой взгляд, важнее слово «тяжкое».   Преступление с санкцией до двух лет считается небольшой тяжести. До шести считается тяжким.  Тут меняется все: 1⃣ избирать по таким делам будут стражу (по делам небольшой тяжести заключать под стражу можно только в исключительных случаях). 2⃣ Прекратить такое дело с судебным штрафом или рассмотреть его в особом порядке уже нельзя. 3⃣ Давность привлечения к ответственности вырастает с двух до десяти лет.  4⃣ Впервые осуждённый за тяжкое идёт в колонию общего режима, а не в поселение. 5⃣ УДО полагается после половины срока, а не трети. 6⃣ Судимость гасится через восемь лет после отбытия.   Авторы законопроекта сами пишут, что больше 90% таких деяний совершают в интернете. То есть тяжкий состав будет основным, по которым будут привлекать. Практика по ст. 212 ч. 3 и сейчас не отличается филигранностью: под «призыв» попадали и комментарий под чужим постом, и репост с эмоциональной подписью. После принятия закона последствия таких комментариев станут тяжелее. @ejdailyru

Комментарий в интернете хотят сделать тяжким преступлением   На этой неделе в Госдуму внесли законопроект, которым призывы к массовым беспорядкам, сделанные через СМИ или интернет, выделяют в отдельную часть ст. 212 УК с наказанием до шести лет. Сейчас за такие призывы – до двух. Можно, конечно, делать акцент на сроке: было два, станет шесть. Это существенно. Однако, мой взгляд, важнее слово «тяжкое».   Преступление с санкцией до двух лет считается небольшой тяжести. До шести считается тяжким.  Тут меняется все: 1⃣ избирать по таким делам будут стражу (по делам небольшой тяжести заключать под стражу можно только в исключительных случаях). 2⃣ Прекратить такое дело с судебным штрафом или рассмотреть его в особом порядке уже нельзя. 3⃣ Давность привлечения к ответственности вырастает с двух до десяти лет.  4⃣ Впервые осуждённый за тяжкое идёт в колонию общего режима, а не в поселение. 5⃣ УДО полагается после половины срока, а не трети. 6⃣ Судимость гасится через восемь лет после отбытия.   Авторы законопроекта сами пишут, что больше 90% таких деяний совершают в интернете. То есть тяжкий состав будет основным, по которым будут привлекать. Практика по ст. 212 ч. 3 и сейчас не отличается филигранностью: под «призыв» попадали и комментарий под чужим постом, и репост с эмоциональной подписью. После принятия закона последствия таких комментариев станут тяжелее.

Еще немного новостей. Я ведь не зря писал вам про ягель, верно?:) https://t.me/akaloy/8520

Комментарий в интернете хотят сделать тяжким преступлением   На этой неделе в Госдуму внесли законопроект, которым призывы к массовым беспорядкам, сделанные через СМИ или интернет, выделяют в отдельную часть ст. 212 УК с наказанием до шести лет. Сейчас за такие призывы – до двух. Можно, конечно, делать акцент на сроке: было два, станет шесть. Это существенно. Однако, мой взгляд, важнее слово «тяжкое».   Преступление с санкцией до двух лет считается небольшой тяжести. До шести считается тяжким.  Тут меняется все: 1⃣ избирать по таким делам будут стражу (по делам небольшой тяжести заключать под стражу можно только в исключительных случаях). 2⃣ Прекратить такое дело с судебным штрафом или рассмотреть его в особом порядке уже нельзя. 3⃣ Давность привлечения к ответственности вырастает с двух до десяти лет.  4⃣ Впервые осуждённый за тяжкое идёт в колонию общего режима, а не в поселение. 5⃣ УДО полагается после половины срока, а не трети. 6⃣ Судимость гасится через восемь лет после отбытия.   Авторы законопроекта сами пишут, что больше 90% таких деяний совершают в интернете. То есть тяжкий состав будет основным, по которым будут привлекать. Практика по ст. 212 ч. 3 и сейчас не отличается филигранностью: под «призыв» попадали и комментарий под чужим постом, и репост с эмоциональной подписью. После принятия закона последствия таких комментариев станут тяжелее.

Комментарий в интернете хотят сделать тяжким преступлением   На этой неделе в Госдуму внесли законопроект, которым призывы к массовым беспорядкам, сделанные через СМИ или интернет, выделяют в отдельную часть ст. 212 УК с наказанием до шести лет. Сейчас за такие призывы – до двух. Можно, конечно, делать акцент на сроке: было два, станет шесть. Это существенно. Однако, мой взгляд, важнее слово «тяжкое».   Преступление с санкцией до двух лет считается небольшой тяжести. До шести считается тяжким.  Тут меняется все: 1⃣ избирать по таким делам будут стражу (по делам небольшой тяжести заключать под стражу можно только в исключительных случаях). 2⃣ Прекратить такое дело с судебным штрафом или рассмотреть его в особом порядке уже нельзя. 3⃣ Давность привлечения к ответственности вырастает с двух до десяти лет.  4⃣ Впервые осуждённый за тяжкое идёт в колонию общего режима, а не в поселение. 5⃣ УДО полагается после половины срока, а не трети. 6⃣ Судимость гасится через восемь лет после отбытия.   Авторы законопроекта сами пишут, что больше 90% таких деяний совершают в интернете. То есть тяжкий состав будет основным, по которым будут привлекать. Практика по ст. 212 ч. 3 и сейчас не отличается филигранностью: под «призыв» попадали и комментарий под чужим постом, и репост с эмоциональной подписью. После принятия закона последствия таких комментариев станут тяжелее.

Пять лет колонии за поставку китайского оборудования. Апелляция оправдала.   В конце 2021 года в Ойшкар-Оле «Дирекция муниципального заказа» заключила с подрядчиком контракт на строительство канализационной насосной станции КНС-5. В проекте заложены поставки шведских насосов Flygt, под них в апреле 2022-го подписали договор поставки на 59 млн. Потом из-за санкций Flygt стало не купить. Подрядчик поставил китайские аналоги, станцию достроил и сдал.   Естественно, следствие посчитало это обманом со стороны заказчика, с августа 2022-го по апрель 2023-го «неправомерно израсходовал» 49,2 млн, бюджету города причинил ущерб 17,6 млн. Часть 4 статьи 159 УК. Первая инстанция ущерб снизила до 17 млн и дала пять лет общего режима со штрафом 800 тысяч. Верховный суд Марий Эл приговор (о, чудо!) отменил и вынес оправдательный приговор, выделив несколько важных критериев, которые подтверждали отсутствие состава: ▪️ замена была не решением директора, а следствием санкций; ▪️ замену письменно согласовали заказчик, проектировщик и авторский надзор, в проектную документацию внесли изменения; ▪️ марка и цена китайских насосов нигде не прятались; ▪️ деньги шли под казначейским сопровождением: каждый рубль был виден заказчику задолго до того, как им заинтересовалось следствие; ▪️ ущерб посчитали от суммы неисполненного договора поставки, а не от цены проектного оборудования. По сути, цифра взялась из воздуха, а первая инстанция ещё и дописала в приговор обстоятельства обмана, которых не было в обвинении. Это ст. 252 УПК, пределы судебного разбирательства, и это само по себе основание для отмены. Напомню, что Пленум ВС в постановлении № 48 называет обманом в том числе действия – например, подсунуть фальсифицированный товар. Ровно под это следствие и подгоняло историю: китайское выдали за «аналог». Только обман предполагает, что заказчик чего-то не знал. А он знал: письмо, подпись, лист изменений в проекте. Умысел на хищение по п. 4 того же Пленума должен возникнуть до получения денег. Остается спор о качестве, который должен разрешаться в Арбитражном суде. Хозяйственный спор превращается в мошенничество, если: устное согласование вместо письменного, расплывчатая смета и отсутствие данных согласования в переписке. Все остальное следствие дорисует само. Пока к вам не пришли, это называется защитой бизнеса. После – защитой по уголовному делу. Если у вас госконтракт и вы меняете оборудование, материалы или сроки, вам точно нужно согласовать это с адвокатами. Чек-лист на одну страницу прилагаю. Распечатайте и повесьте там, где подписывают допсоглашения.

Корешки на 5400 рублей – год условно Гражданин Кореи Ли Дон Мен в 2019 году купил на рынке десять корней женьшеня и две части корней для личного пользования. С 12 октября 2023 года начала действовать ст. 260.1 УК – ответственность за незаконные добычу и оборот особо ценных краснокнижных растений и грибов. Корни Ли Дон Мен продолжил хранить дома, их изъяли в июне 2024-го. Вину Ли Дон Мен признал полностью, активно способствовал следствию, раньше не привлекался, ни на каком учёте не состоял. Ещё внёс добровольное пожертвование в 50 тысяч рублей – на них высадили 15 экземпляров другого краснокнижного растения. Фрунзенский районный суд Владивостока приговорил его к году лишения свободы условно и штрафу 150 тысяч рублей. Защита просила прекратить дело с судебным штрафом. Условия для применения ст. 76.2 УК были: преступление средней тяжести совершено впервые, вред заглажен. Апелляция и кассация оставили приговор в силе, а аргументы защиты о конкретных обстоятельствах дела фактически закрыли общими рассуждениями. Верховный суд решения отменил. Корни Ли Дон Мен приобрёл ещё в 2019 году, когда уголовной ответственности за такое хранение не было. Нижестоящие суды это обстоятельство должным образом не оценили, как и признание вины, помощь следствию, отсутствие судимостей и добровольное возмещение вреда. Дело прекратили, назначив судебный штраф. Ущерб – 5400 рублей. Пожертвование – 50 тысяч. Судебный штраф – 100 тысяч. А чтобы избавиться от уголовного приговора, пришлось дойти до Верховного суда. Женьшень называют «корнем жизни». После 150 тысяч штрафа и дороги до Верховного суда – название звучит особенно иронично.

❗️Директор есть. Бухгалтер есть. Филиалы есть. Роли распределены. Все работают ради прибыли. А теперь представьте, что следствие видит в этой структуре не компанию, а преступное сообщество. Как обычный бизнес может оказаться под статьёй 210 УК? Где заканчивается группа по предварительному сговору, начинается ОПГ, а где уже ОПС? И почему 210-я может серьёзно изменить всё: от сроков расследования и содержания в СИЗО до итогового наказания? В новом выпуске вместе с адвокатами Алексеем Ляминым и Дмитрием Даниловым разбираем реальные дела и практику применения одной из самых тяжёлых статей УК. И главный вопрос: компания или преступное сообщество — где проходит граница? Кому обязательно к просмотру: 1. Предпринимателям! 2. Юристам компаний! 3. Адвокатам! ▶️ Новый выпуск YT: https://youtu.be/yQesomwJX3Y VK: https://vkvideo.ru/video-229272431_456239104