Para todo mal

Без текста

Без текста

Один метр – разные подходы   Вы наверняка могли видеть на просторах интернета мем о том, что американцы будут использовать любые единицы измерения, кроме метрических. И в этом есть доля правды, США остается одной из всего трех стран мира, не перешедших на метрическую систему мер (МСМ). Даже Великобритания, будучи прародительницей имперской системы мер для англосаксонского мира, отказалась от нее в 1970-х гг., оставив старые меры в качестве допустимых, но не основных.   Еще на бакалавриате я изучал вопрос появления МСМ в Новом Свете, в частности, ее принятия в Мексике. Об этом я уже писал посты, которые вы можете прочитать по ссылке. Если коротко – принятие метра было процессом длительным и неудобным, однако его инициация была важным шагом в рамках радикальных либеральных реформ 1850-х гг. Длительное время в Мексике сохранялась двойственность традиционных испано-индейских мер и французской десятичной системы. Но то, что сегодня нам кажется простым и очевидным, не было таковым сто пятьдесят лет назад. Привычным был восьмеричный и двенадцатеричный счет предметов и объемов.   С конца XIX в. стране велись занятия для школьников по обучению их основам счета в МСМ, а после революции были созданы специальные комиссии по унификации мер счета у населения. По результатам опросов и наблюдений даже к 1930-м гг. в сельской среде сохранялись традиционные меры. Поэтому одной из задач новых школ в ходе реформ Л. Карденаса было искоренение этих пережитков прошлого и обучение широких слоев населения нужным правилам.   До сих пор в Мексике сохраняются отголоски старой системы счета – яйца, например, продают по 12 штук, а не по десятку, как мы привыкли. Про меры жидкостей и говорить не приходится: напитки имеют «странные» для нас объемы – 210 мл, 355 мл, 940 мл, 1,2 л. Что это? Это перевод унций в литры, так 355 мл это 12 унций, а 1,2 л – 40 унций. Именитые бренды, такие как Corona, следуют этому старинному стандарту стекольных тар в дань традиции. В свою очередь маркетинговая традиция создает народную традицию, где у каждого «некруглого» объема есть свое название (и да, к слову, там нет самого понятия "круглые числа»).   А что же в США? Идеи перехода на МСМ появлялись еще в начале XIX в., но их постоянно отклоняли. В 1866 г. метрическую систему признали допустимой, но не обязательной. Против полноценного перехода выступали промышленники и предприниматели, опасавшиеся огромных расходов на перенастройку оборудования и кардинальной смены систем счета. В Мексике же, несмотря на негодование схожих социальных групп, находились куда более веские аргументы – торговля с зарубежьем (кроме США и Великобритании) требовала именно метрического стандарта.   Идеи продвигали посредством поучительных статей и листовок-ликбезов, однако они встречали и сопротивление. Примечательным является плакат 1917 г. в журнале American Machinists с карикатурой Дяди Сэма, скованного цепями метрической системы: «Что он сделал, чтобы заслуживать этого?» - вопрошал плакат. Столь ярое сопротивление МСМ было однозначным ответом всем реформаторам. Тем не менее, в 1970-х гг. вслед за Великобританией в США развернулась государственная кампания по введению метрических единиц. Публиковались агитационные плакаты, демонстрировавшие удобство десятичной системы счета, особенно это было актуально в сфере высоких технологий, космической отрасли. Сегодня использование обеих систем в Штатах остается равным и легальным, можно встретить те же литровые бутылки газировки, аптечные препараты в миллиграммах и конечно же литраж автомобильных двигателей.   Что в итоге? Как показывает опыт всех стран, пришедших к МСМ, принуждение и активная работа с населением являются обязательными для достижения результата. В США отсутствие «диктаторских» правительственных программ и, что важно, существенное развития промышленности уже в сер. XIX в. делали невозможным проведения радикальной реформы систем измерения, и лишь недавний очередной виток глобализации внес свой вклад в постепенное внедрение метрических единиц в технологическую сферу и повседневную жизнь.   Николай Климов Para todo mal

Большое спасибо всем, кто был с нами на стриме и задавал вопросы! Мельком посмотрев запись увидел два очень интересных вопроса, которые не были озвучены: про межэтнические отношения в Мексике и про то, как экспортно-ориентированная промышленность влияет на общество. Обязательно напишу на эти темы! Еще я вспомнил, что не дошёл до ответа на вопрос про то, как PRI потеряла власть, это тоже очень интересная тема, про которую тоже стоит написать, в свете грядущих промежуточных выборов это может быть очень актуально. Если у вас остались неозвученные вопросы – пишите в комментарии! 👇🏼👇🏼👇🏼

Мексика без стереотипов: картели, Кока-кола и неолиберальные реформы Мексика — это не только сомбреро, тако и кактусы. Это страна, где картели работают как франшизы, а женщина-президент Клаудия Шейнбаум предлагает «Сто шагов к трансформации». Как организованная преступность угрожает суверенитету? Почему неформальная занятость стала основой экономики? И как неолиберальные реформы после кризиса 1982 года изменили обязательства государства? Разбираемся с кандидатом исторических наук, старшим научным сотрудником Института Латинской Америки РАН Иваном Косиченко. В этом выпуске: • почему картели — это франшизная модель, и как в них вербуют; • как криминальный бизнес связан с легальным сектором и отмыванием денег; • как Кока-кола и реклама повлияли на здоровье населения; • как медиа и кино конструируют национальную идентичность; • что стоит за иммиграцией в США; • как пандемия повлияла на доступ к культурным объектам. 😄 Выпуск в ВК Видео 😉 Выпуск на YouTube 🥰 Выпуск на Rutube Расширенную версию слушайте в подкасте: 🎙 Слушать подкаст в Telegram 🗯 Подкаст на Яндекс Музыке 🟨 Подписаться на «Мослекторий»| Мы в MAX