Account
Страсть знания

Страсть знания

Канал философа Андрея Денисова. Выяснять больше, чем когда-либо будет нужно. Философская рефлексия: остро и нежно одновременно. Набор на мои авторские курсы по философии Личка: @marzialspb Поддержать канал https://t.me/boost/philosophero

Username
@philosophero
Category
Edutainment
Country
RussiaRussia
Created
, 4 years
Subscribers2,3960 in 3 days
Avg views per post, 7d255−37.7% vs prev 7d
ERR10.64%last 7 days

Subscribers, 30 days

Nov 12 – Nov 150 (0%)

Show as table
DateSubscribers
Nov 12, 20262,396
Nov 13, 20262,396
Nov 14, 20262,395
Nov 15, 20262,396

Average views per post by day

By publication day

Show as table
DateAvg views per post
Oct 29, 2026484
Oct 30, 2026452
Oct 31, 2026537
Nov 4, 2026449
Nov 5, 2026416
Nov 8, 2026331
Nov 12, 2026339
Nov 14, 2026243
Nov 15, 2026226

Most viewed this month

  1. 01

    Паракадемические параисследования В последнее время количество онлайн-курсов по философии выросло кратно. Мне кажется, я уже свёл с ума всех своих подписчиков разнообразием этих курсов. И вроде бы объяснение лежит на поверхности. Деинституционализация молодых преподавателей, происходящая в рамках неолиберальных реформ образования, на фоне и без того суровой эпохи выталкивает людей из академии в мир параакадемических практик. Но что, если это объяснение слишком очевидное? Что такое страсть к знанию? Это стремление выяснить больше, чем тебе необходимо знать, и не полагаться исключительно на собственное, пусть даже и обоснованное опытом, мнение. Страсть знания — это выяснять больше, чем тебе когда-либо будет нужно. Поэтому мне хотелось бы предложить подумать о том, чтобы провести исследование философских образовательных онлайн-курсов, появившихся за последние 2-3 года. Мне кажется, здесь есть о чём поговорить: почему такие курсы возникают, кто их создаёт, кто на них записывается, как устроена эта образовательная практика и какое место она занимает в современной интеллектуальной жизни. Но прежде чем браться за исследование, хочется понять, насколько вообще интересен и продуктивен такой замысел. Можно было бы начать с анализа открытых данных, чтобы сформулировать первые гипотезы, а затем обратиться к глубинным интервью с авторами и участниками курсов. Впрочем, и сам предмет, и исследовательские вопросы, и методы ещё предстоит определить. Поэтому мне интересно узнать: кажется ли вам, что такой феномен заслуживает отдельного исследования? Что стоило бы изучать в первую очередь? И, может быть, у вас есть собственные наблюдения или опыт участия в подобных курсах, которыми вы готовы поделиться? Буду рад обсудить эту идею.

    Textedited
    Views537
    Forwards4
    Reactions32
    Comments13
  2. 02

    No text

    Photoalbum
    Views530
    Forwards2
    Reactions—
    Comments—
  3. 03

    No text

    Photoalbum
    Views500
    Forwards1
    Reactions—
    Comments—
  4. 04

    Посткапиталистический платонизм Недавно на стриме мы с Борей Клюшниковым обсуждали структурное сходство наших интеллектуальных траекторий: мы оба недавно делали курсы по Марку Фишеру, затем занялись античностью. Боря — античностью как эффектом древнего, я — философией Платона. В разговоре я попробовал сформулировать, почему этот переход кажется мне последовательным. Платон по мне близок мне к Фишеру ощущением разрыва между возможностью другой жизни и миром, в котором приходится жить и мыслить. В самой юности его мир рухнул с казнью любимого учителя, казнью руками людей утверждавших за собой право казнить его ради общего блага. Ранее политические перевороты в Афинах возглавлялись его родственниками и затем неудачи сиракузских поездок в зрелые годы опрокидывают меня в глубину платоновской меланхолии. Все это как я уже писал вынуждает философа жить и мыслить будущее, которое для него никогда не наступит, но тем сильнее он туда стремится. Фишеровское отмененное будущее не находится в невозможности, ровно как и идеальный платоновский город. Фишеровская мысль ровно как платоновская постулирует, что другая жизнь возможна, при этом одновременно демонстрирует, как само же общество (не отдельные его злые представители) уничтожает условия её осуществления. В шестой книге «Государства» Сократ описывает положение людей, сохранивших верность философии в таких условиях. Они видят безумие большинства, понимают, что практически никто не действует здраво в государственных делах, но оказываются слишком слабы, чтобы в одиночку противостоять общему порядку беспорядка. Платон дает очень меланхоличный образ философа, который там напоминает человека, укрывшегося за стеной от бури, стараясь прожить собственную жизнь, сохранив себя от несправедливости окружающих. В таком существовании есть благочестие, однако Сократ сразу обозначает ограниченность эскапизма. Сократ там же сравнивает философа с семенем, попавшим в чужую почву: среда изменяет и портит то, что при других условиях могло бы раскрыться. Возможная общественная польза остаётся неосуществлённой, вместе с ней остаётся неосуществлённой часть самого философа, и чем это спрашивается не отмена будущего, как мы читали о ней в «Капиталистическом реализме?» Я вам больше скажу, в девятой кажется книге Главкон замечает, что описанный ими полис существует в рассуждении и едва ли найдётся где-нибудь на земле. Сократ отвечает, что на небе, возможно, он находится как образец — παράδειγμα (parádeigma), — глядя на который человек может устраивать самого себя. Существует этот город или когда-нибудь возникнет, для такой работы несущественно. Будучи отсутствующим, он присутствует! Кстати говоря, к вопросу о том, насколько Платон — часть древнегреческой традиции. В шестой книге Сократ допускает, что философское правление могло существовать прежде, или даже существовать сейчас где-нибудь за пределами известного грекам мира или возникнуть там в будущем. За пределами греческого мира! Ну это того мира, который нормальный грек считает варварским. А за пределами греческого мира автоматически означает и за пределами греческой поэзии и религии, и главное греческой демократии, в которой так любят видеть свое будущее жертвы нынешних тираний. И как бы описанное устройство идеального полиса не было трудно осуществить, однако объявлять его невозможным Платон отказывается. Чем это не посткапиталистическое желание Марка Фишера, имя для которого все ещё нет, и есть большой соблазн назвать его коммунизмом, но это было бы историческим поражением и выбором реставрации прошлого вместо веры в будущее? Я уж молчу о банальном моем прозрении, что Сократ — это призрак, но об этом в следующем посте.

    Text
    Views484
    Forwards3
    Reactions22
    Comments6
  5. 05

    No text

    Photoalbum
    Views453
    Forwards1
    Reactions—
    Comments—

Latest posts

#1237Textedited
Views231−42%vs avg
Forwards0
Reactions4
Comments3
#1236Photo

Forwarded from pole.media

Пользователь-испытатель: открытая встреча лаборатории цифровой жизни и быта Открытая лекция и практикум Полины Колозариди о том, что такое быть уверенным пользователем современных технологий. Начнём с истории — вспомним, как технологии только появлялись в жизни, чтобы понять, почему мы залипаем в телефонах, говорим с чат-ботами — и при этом скучаем по временам, когда можно было услышать звук модема. На практикуме обратимся к своей папке со скриншотами — будем разбираться, где граница между публичным и приватным, и как за техническими классификациями проступает социальный порядок. ✎ ☻ ✎ Вcтреча приурочена к стартующей в конце ноября лаборатории «Поле полезователь», где мы будем исследовать интернет как пространство личного и коллективного. Встречу и лабораторию ведёт Полина Колозариди — старший научный сотрудник Европейского университетета Санкт-Петербурга и куриратор образовательной программы про цифровые методы в гуманитарных исследованиях в ИТМО. Полина занимается исследованиями интернета и цифровых технологий — изучает, как люди, знания и технологии действуют вместе. 🖥 Подробнее о лабе. 🌈Регистрация на открытую встречу.

Open in Telegram
Views232−42%vs avg
Forwards1
Reactions3
Comments2
Views growthHide views growth

Views growth

Hours after publication

Show as table
Hours after publicationViews
0 h0
4 h119
19 h160
34 h232
  1. After 24 hours160
  2. Total to date232
#1235Textedited
Views253−37%vs avg
Forwards2
Reactions4
Comments0
Views growthHide views growth

Views growth

Hours after publication

Show as table
Hours after publicationViews
0 h0
4 h151
19 h201
34 h253
  1. After 24 hours201
  2. Total to date253
#1234Textedited

Чужие мнения как собственные предрассудки Сегодня захотелось поговорить с вами вне платоновских штудий на нашем канале, но очень хочу рассказать впечатлении от работы коллег. Я сегодня, бегая утром по парку, послушал новый лекционный курс на Арзамасе, посвящённый Салтыкову-Щедрину, за авторством Анастасии Першкиной. Я считаю себя (как выяснилось, зря) человеком, имеющим собственный взгляд на литературный процесс того времени, свои предпочтения — выше уровня антипатии или, напротив, симпатии. Я, конечно, не стану читать об этом лекций или писать статей, но считал себя в состоянии поддержать разговор на эту тему с людьми, которые такие статьи пишут и такие лекции дают. Относительно недавно я перечитывал части «Истории одного города» и закрыл её с некоторым неудовольствием, посчитав книгу чрезмерно злой и насмешливой без всякой причины. И каково было моё удивление, когда Анастасия Першкина процитировала слово в слово «моё мнение» насчёт этого цикла произведений, но за авторством Дмитрия Писарева! Речь идёт скорее о сборнике рассказов, где есть герои из «Истории одного города», но не о самом тексте, но я аж на месте остановился, перестав бежать. Першкина обоснованно отмечает, что эти заметки Писарева сильно повредили восприятию текстов Щедрина и задали его паттерн для многих поколений читателей. Имею я «своё» мнение, как же! И ещё с кем «совпал» — с этим глубоко мне неприятным Дмитрием Писаревым, которого я, мягко скажем, не очень люблю! Он всегда для меня был ухудшенной версией Белинского, реалистом от реализма дошедший с этим до крайности. Да ладно бы просто совпасть с Дмитрием Писаревым, это ещё можно пережить. Но я почувствовал себя его болванчиком, такой вот говорящей куклой, которая текст Салтыкова хоть и читала, но смотрела на него не своими глазами. Чудовищное чувство! Приходится признать положение и сделать из него вывода. Салтыкова и его «Историю одного города» буду перечитывать теперь, «выйдя из писаревской пещеры». А за Дмитрием Писаревым следует признать его литературное дарование, прежде мной отрицаемое. Ведь как иначе объяснить, что статья Писарева из «Русского слова» написана аж 164! Сто шестьдесят четыре года назад, а предубедила меня сегодняшнего? Платоновская эпистемология в действии, ничего не скажешь! И ладно бы Горгий или Протагор лично бы убедили меня в ложной доксе, посредством своего прославленного красноречия. А нет же, Дмитрий Писарев, причем еще и опосредованно сумел сложить в моей душе знание из убеждения. Никогда не знаешь за каким поворотом тебя ждет проблема формирования правильного мнения. Анастасии Першкиной же респект за курс лекций!

Open in Telegram
Views339−16%vs avg
Forwards2
Reactions24
Comments6
Views growthHide views growth

Views growth

Hours after publication

Show as table
Hours after publicationViews
0 h71
12 h195
25 h234
79 h339
  1. After 1 hour71
  2. After 24 hours234
  3. Total to date339
#1233Textedited

Платон решает задачу со звездочкой Само деление внутри платоновской философии составляет внутреннюю проблему. Сократ, как рассказал нам Платон в диалоге «Федр», ничего не записывал, но сам старик Платон скрывал невидимое в зримом и не пронумеровал своих диалогов. То есть составить из иерархию требует внутреннего усилия от любого читателя. Нынешние издания Платона по своей структуре восходят к тетралогиям, составленным в I веке придворным астрологом императора Тиберия Трасиллом, и к ним немало вопросов. Например, Трасилл как астролог сильно угорал по неопифагорейству и подгонял число платоновских диалогов под четвёрку, чтобы оно соответствовало нужным числам, вплоть до того, что приписывал Платону точно не его диалоги, чтобы их в итоге было 36, как четыре девятки. Но главное, что внутренней ясности для порядка чтения это не даёт. Откуда и куда это читать? Лично я пришёл к такому внутренне-содержательному измерению. Часть диалогов представляет собой расширенную апологию Сократа, преследующую прагматическую задачу: сохранить речь учителя и ответить на несправедливые обвинения против него. Платон пережил любимого учителя больше чем на полвека, но не простил афинянам их преступления, несмотря на формальное признание ошибки через пару лет. Такие диалоги — это «Евтифрон», «Апология», «Горгий», «Протагор», «Критон», «Федр». В них, мне кажется, ярче всего выступают именно Сократ и его речь. В «Евтифроне» Сократ встречает собеседника у портика архонта-басилея, суд Сократа будет относиться к его ведению. В «Горгии» Калликл предупреждает, что философ окажется беспомощен, если его потащат в суд, а Сократ отвечает, что в таком это будет действо , где повар обвиняет врача перед судом из детей. В «Критоне» он отказывается бежать из тюрьмы и от лица Законов с которыми сам ведет воображаемую беседу объясняет, почему несправедливый приговор не даёт права отвечать несправедливостью и он готов принять свою смерть. Так возникает образ бесстрашного героя, который в отличие от Ахилла в Одиссеи не пеняет на свою гибель, но принимает её как никакие герои из мифов с их божественным происхождением. Но Платон не был бы Платоном, если бы ограничился лишь мемориальной задачей. В истории мысли много людей, которые главной своей задачей делали сохранение памяти о том или ином мыслителе. У Сократа есть такой Ксенофонт, который посвятил свои «Воспоминания о Сократе» именно последовательному опровержению обвинений, но опровергая их он принимает саму их возможность и логику. Но Платон отличается от Ксенофонта тем, что ставит перед собой задачу не только апологетическую: он спрашивает, как должен быть устроен мир, чтобы такой ситуации вообще не возникло. Каким должен быть мир, в котором Сократ не был бы обречён на казнь? Каково метафизическое обязательство, которое сделало бы его царём? И вот «Государство», «Пир», «Тимей», «Парменид», «Теэтет» и «Софист» как раз решают задачу обрисовать метафизический принцип блага и его действие. Это уже задачка со звездочкой, которая, как известно, нужна для того, чтобы дать ученику нечто больше, чем программа конкурентного урока. Дать возможность проявить себя. Этим философия, конечно, и отличается от простого отстаивания. Защита отвечает обвинителям на их собственном языке: доказывает, что Сократ чтил богов и не портил юношей. Но что такое справедливость, если справедливого человека можно по закону приговорить к смерти? Что делает знание основанием власти? Для ответа мало восстановить репутацию учителя, но необходимо показать, на чём держится порядок, в котором истина и власть совпадают. Это сделало Платона Платоном, и кем-то больше, чем лишь учеником Сократа и больше всей досократической философии. В этом его несомненное преимущество и то, почему платоники оказались столь влиятельны и почему какие-нибудь эпикурейцы остались менее востребованными. Платон, конечно, крутой, что тут сказать!

Open in Telegram
Views331−18%vs avg
Forwards2
Reactions17
Comments9
#1232Photoalbum

Forwarded from Практики Свободы. Школа современного искусства.

No text

Open in Telegram
Views433+8%vs avg
Forwards1
Reactions—
Comments—
#1231Photoalbum

Forwarded from Практики Свободы. Школа современного искусства.

No text

Open in Telegram
Views430+7%vs avg
Forwards1
Reactions—
Comments—
#1230Photoalbum

Forwarded from Практики Свободы. Школа современного искусства.

No text

Open in Telegram
Views425+6%vs avg
Forwards1
Reactions—
Comments—
#1229Photoalbum

Forwarded from Практики Свободы. Школа современного искусства.

No text

Open in Telegram
Views4020%vs avg
Forwards1
Reactions—
Comments—

All posts

Connections