Posts of nonpartisan

2. Современные реалисты считают безопасность единственным рациональным мотивом внешней политики. Миршаймер и Розато проговаривают это в своей книге. Сам Миршаймер критикует США за то, что они не стремятся к безопасности, а пытаются распространить свою идеологию по всему миру. Если Израиль делает то, что он делает, не только ради безопасности, то реализм вполне может это осуждать. И у нас есть все основания так считать. Израильские правые не просто безопасники — они националисты, которые считают, что земли, которые они сейчас не контролируют, им пообещал Бог. Отсюда идея «Великого Израиля». С точки зрения реализма, убивать людей за идеологию — это нонсенс. https://t.me/nonpartisan1/1137 Вот это интересный момент. Политический реализм (ПР) - это у нас вообще дескриптивная штука или нормативная? Потому что обычно ПР претендует именно на дескриптивность: дескать, мы описываем политическую реальность так, как она есть. Вот государства, вот их интересы. Тогда как теория справедливой войны (ТСВ) просто задает морально-этические стандарты и предписывает людям им следовать. Собственно, все предтечи ПР от Фукидида до Макиавелли выступали именно с таких позиций: давайте говорить о реальном положении дел, а не о наших фантазиях; о том, каким мир является, а не о том, каким мы его хотим видеть. Нынешние претензии ПР на "научность" - они из той же серии. Но при этом Миршаймер критикует США и Израиль за то, что они... не соответствуют нормативным стандартам ПР, да? Исходят не из "рациональных политических интересов", а руководствуются национализмом, религиозным фанатизмом и прочими странными вещами. То есть, оказывается, что ПР не так уж хорошо описывает реальность. Оказывается в этой реальности есть не только великие державы с объективными интересами. В реальности у власти в этих державах могут быть шизы самых разных оттенков: одни хотят Израиля от реки до моря, другие - Гренландию, Канаду и прочее Manifest destiny. И тут уже сторонники ПР превращают ее в нормативный символ веры: вы не того желаете для своих стран, надо желать совсем другого! С другой стороны ТСВ не такая уж нормативная. К догматам ТСВ относится то, что справедливая война должна иметь хорошие шансы на успех и потенциальный вред войны должен быть меньше того блага, которое она принесет. Вполне себе "реалистичные" и консеквенциалистские принципы. То есть, ТСВ вовсе не призывает ломиться в моральные крестовые походы сломя голову, в рамках ТСВ вполне можно учитывать "политические реалии". Итого, если ПР не дает адекватного описания реальности (якобы главное торговое преимущество ПР), а ТСВ может учитывать "политические реалии" (еще одно торговое преимущество ПР), то какой резон вообще выбирать ПР вместо ТСВ?

Почему реалисты не любят Израиль Недавно Пожарский написал занятный пост с критикой политического реализма. Михаил обратил внимание на противоречие. С одной стороны, реалисты считают агрессивную внешнюю политику рациональной. С другой — некоторые из них, например Джон Миршаймер, критикуют Израиль. Но разве еврейское государство не действует по реалистической методичке: буллит соседей и пытается стать царём горы? Далее я покажу, что реалист вполне может критиковать Нетаньяху, Бен-Гвира и Смотрича. 1. Действия Израиля могут подрывать его собственную безопасность. Теория Миршаймера предполагает, что агрессивная внешняя политика имеет смысл для великих держав. Израиль — это небольшое государство, у которого нет достаточных ресурсов на то, чтобы полностью разгромить своих соперников. В отсутствие военной победы Израиль создаёт ситуацию вечной войны, которая несёт риски для него самого. Война в Газе с таким количеством жертв, скорее всего, создала новых террористов, которые потом пойдут убивать евреев. Наверное, Миршаймер мог бы признать, что полноценная этническая чистка Газы или переселение могли бы быть рациональными с точки зрения реализма. Однако они, скорее всего, спровоцируют разрыв отношений с США и войну с Египтом, что вряд ли хорошо скажется на безопасности Израиля. Миршаймер также считает экономику важной: ведь деньги конвертируются в военную мощь, которая обеспечивает безопасность. Вечная война мешает экономическому развитию. Она также способствует тому, чтобы талантливые люди уезжали в другие страны. Более умеренные реалисты, на мой взгляд, предлагают ещё более сильный аргумент. Такие авторы, как Кеннет Уолц и Стивен Уолт, пишут, что государства имеют тенденцию объединяться против слишком сильного и/или слишком агрессивного государства. Своими действиями Израиль рискует создать против себя большую коалицию недовольных. И кто знает, чем это всё закончится, если США не придут на помощь. И то, что они не придут, очень вероятно, ведь война в Газе настроила против Израиля как американских левых, так и правых. 2. Современные реалисты считают безопасность единственным рациональным мотивом внешней политики. Миршаймер и Розато проговаривают это в своей книге. Сам Миршаймер критикует США за то, что они не стремятся к безопасности, а пытаются распространить свою идеологию по всему миру. Если Израиль делает то, что он делает, не только ради безопасности, то реализм вполне может это осуждать. И у нас есть все основания так считать. Израильские правые не просто безопасники — они националисты, которые считают, что земли, которые они сейчас не контролируют, им пообещал Бог. Отсюда идея «Великого Израиля». С точки зрения реализма, убивать людей за идеологию — это нонсенс. Я не считаю себя реалистом. Я считаю, что они слишком часто преувеличивают неспособность государств к сотрудничеству, а также слишком часто объясняют безопасностью то, что делается по другим причинам. Я также согласен с Михаилом в том, что у них часто двойные стандарты. Однако я считаю реалистическую критику Израиля вполне разумной. В одной из статей Миршаймер пишет, что Израиль нужно спасти от самого себя. Я думаю, что это очень точная формулировка. @nonpartisan1

Вы наверняка видели нейрослоп о мигрантах на Западе. Толпы нейромигрантов грабят магазины. Нейродевушка, окружённая толпой, призывает к депортациям. Выяснилось, что такие видео о чёрных, азиатах и людях с Ближнего Востока часто делают... сами чёрные, азиаты и люди с Ближнего Востока. Дело в том, что такой нейрослоп приносит деньги. Фейсбук платит создателям за вовлечённость. И больше всего можно получить за лайки и репосты жителей Запада — ведь они самая платёжеспособная аудитория. У создателей контента из условного Глобального Юга появляется стимул создавать нейрохрючево, которое потенциально может стать вирусным на Западе. И контент о мигрантах заходит лучше всего: 1. Есть большое количество людей, которые не любят мигрантов. 2. Эти люди не всегда могут отличить реальное видео от нейрослопа. 3. А даже если и могут, то им такое может нравиться. Все мы помним видео, где Чарли Кирк обнимается с Иисусом на небесах... В общем, у создателей нейрослопа в каком-нибудь Пакистане или на Филиппинах теперь есть отличная возможность заработать на базовичках. Это целая индустрия. В этих странах блогеры-миллионники продают курсы о таком способе заработка. Сначала вас научат делать видосы про котиков, а потом — про то, как ваши соотечественники уничтожают Запад. @nonpartisan1

Это нормализовал Дональд Трамп. Не нравятся результаты голосования — объяви их сфальсифицированными. Причем я напоминаю, насколько это было плохо. Он начал говорить о том, что выборы украдут ещё за полгода до того, как они случились. А когда проиграл, сначала попытался надавить на местные власти (то есть он сам пытался эти выборы украсть), а потом отправил своих сторонников штурмовать Капитолий, чтобы помешать утверждению результатов. И его никто не посадил, даже дали избраться во второй раз. Потом тоже самое начали делать другие правые: Болсонару-старший, теперь вот Биби. Так работают нормы — их нарушение расширяет пространство возможного. Возможно, в какой-то момент у базовичков станет правилом хорошего тона не признавать результаты голосования. В каком-то смысле это следует из идеи глубинного государства: если правительство тайно контролируют глобалисты-либерахи, то они, конечно, не дадут выиграть "настоящему" народному избраннику. @nonpartisan1

Читаю замечательную книгу историка Челси Фоллетт о том, как «прекрасно» жилось людям до промышленной революции. Оказывается, одна из гипотез, объясняющих высокую детскую смертность в прошлом, связана с повсеместным употреблением алкоголя. Люди пили настолько много и часто, что беременным женщинам было трудно избежать этого. Более того, врачи часто рекомендовали беременным употреблять алкоголь. Порой удивляешься, как много людей романтизируют прошлое. Прогресс недооценен. @nonpartisan1

Левые политические комментаторы часто объясняют протесты во Франции государственной экономией. Мол злые "неолибералы" перестали тратить деньги на бедных граждан. Давайте посмотрим на цифры. Я попросил ChatGPT сравнить социальные расходы Франции, Великобритании и брежневского СССР. Для СССР взяты данные за 1976 год, для Франции — за 2024-й, а для Великобритании — за 2025/26 финансовый год. Как видно на графиках, Франция и Англия тратят на социальную защиту и здравоохранение большую долю своего ВВП, чем Советский Союз. То же самое касается расходов на образование. Что это говорит нам? Во-первых, европейская модель социального государства эффективнее социализма советского типа. В этих странах нет плановой экономики. Из-за этого они богаче и могут позволить себе тратить на своих граждан больше денег. Во-вторых, французские протесты нельзя объяснить тем, что государство тратит мало денег на своих граждан. Франция тратит на социальную защиту, здравоохранение и образование огромные суммы — больше, чем при социализме. Возможно, молодые люди недовольны тем, что значительная часть этих денег уходит на пожилых. Однако нельзя сказать, что на них тратят мало. Я думаю, что основные причины протестов — это рост стоимости жизни и распространение социальных сетей, которые очень сильно изменили то, как мы говорим и думам о политике. P.S. Здесь надо оговориться, что данные по СССР не учитывают потребительские субсидии и социальные услуги, которые финансировались госпредприятиями. Если учесть эти расходы, разрыв будет меньше, но, скорее всего, Франция и Великобритания сегодня всё равно тратят больше. @nonpartisan1

No text

Я думаю, что одна из причин такой жесткости на протестах во Франции — это социальные сети. Франция — это действительно страна с устоявшейся культурой протестов. Эти протесты часто были массовыми, однако не были такими же жестокими и разрушительными, как сейчас. 1. Социальные сети не контролируются политическими элитами. Благодаря алгоритмам вы можете распространять довольно радикальную критику властей, и никто не сможет заткнуть вам рот. 2. В социальных сетях недовольные могут организовать протест. Раньше во Франции протесты управлялись профсоюзами. Теперь не нужны никакие организации, чтобы выходить на улицу. Можно просто оставить призыв — и алгоритмы сделают так, чтобы он дошел до того, до кого надо. 3. Протест получается спонтанным, им никто не управляет. У профсоюзов были стимулы устранять радикалов, а также канал коммуникации с властями. Теперь у протестного движения попросту нет внутреннего механизма борьбы с радикалами. Остановить их может только полиция. Однако подавление таких протестов насильственным образом, скорее всего, потребует пролить кровь, что может привести к еще большему разрастанию протестов. В итоге выходит довольно занятная ситуация. Сегодня организовать массовый протест стало гораздо проще, а управлять им — гораздо сложнее. @nonpartisan1

Что такое популизм? Я долго хотел сделать большой материал о феномене популизма, но у меня никак не доходили руки оформить его в подробный и обстоятельный рассказ. Поэтому для первого экспериментального видео на канале выбрал именно эту тему: — Откуда появилось понятие «популизм» и что оно вообще означает? Пройдемся от американской политики на рубеже XIX и XX веков до современности. — Правда ли популизм стал очередным buzzword: ярлыком в адрес несимпатичных политических сил? Немного покритикуем это понятие. — Почему за последние десятилетия политики и партии, которых называют популистскими, добиваются все больших успехов на выборах? Дело в неравенстве, миграции, развитии интернета или чем-то еще? Вычисляем подозреваемых. — Насколько популисты действительно угрожают демократии и экономической стабильности? И что могут сделать с ростом популизма мейнстримные силы? Простых ответов на эти вопросы нет, и я не буду их раздавать — зато подкину несколько тем для более глубокого размышления. https://youtu.be/BdcVEv7A5N0?si=pogg_fjRjUPayhEP&t=1 https://youtu.be/BdcVEv7A5N0?si=pogg_fjRjUPayhEP&t=1 https://youtu.be/BdcVEv7A5N0?si=pogg_fjRjUPayhEP&t=1 Поддержать развитие блога: Бусти | Патреон | Телеграм

На фоне кризиса в Ормузском проливе люди начали покупать больше электромобилей. Возможно, зеленые недооценивают Трампа и Нетаньяху :) @nonpartisan1

Жизнь до капитализма была отвратительной В одном из ответов на мой вчерашний пост прозвучал следующий тезис: Забавно читать всё те же заключения о просто невероятной, якобы тотальной бедности несовременных, т. н. «докапиталистических» обществ. Действительно ли жизнь до капитализма была ужасной? Чтобы избежать путаницы, необходимо начать с определений. Капитализм — это экономический порядок, основанный на широких правах частной собственности, рыночном обмене и иерархических фирмах, работающих в интересах владельцев. Частная собственность и рыночный обмен существовали еще в древности. Однако экономическая жизнь большинства обществ во многом определялась традициями, сословными ограничениями и различными формами принуждения. Капитализм, при котором рынки и институт собственности стали играть центральную роль в экономике, начал складываться в Западной Европе в XVI–XVII веках, прежде всего в Нидерландах и Англии. Большую часть человеческой истории подавляющее большинство людей жило в условиях крайней бедности. Но примерно два столетия назад ситуация начала очень быстро меняться. Как видно на графике, ВВП на душу населения резко вырос. Одновременно увеличилась продолжительность жизни и существенно сократилась крайняя бедность. Экономические историки сходятся на том, что основной причиной роста благосостояния стал капитализм. Промышленная революция началась в Англии, где к тому времени уже сформировались капиталистические отношения. Частная собственность, конкуренция и возможность получать прибыль способствовала экономической активности. Вместе с развитием науки это позволило добиться беспрецедентного экономического роста, который постепенно перекинулся и на другие регионы. Впрочем, графики могут показаться слишком абстрактными. Нам сейчас трудно представить себе, как жил обычный человек до промышленной революции. Это означало ютиться огромной семьей в маленькой конуре. Жить в условиях антисанитарии. Знать, что ваш ребенок с высокой вероятностью может умереть в раннем детстве. И так можно продолжать до бесконечности. До промышленной революции жизнь была борьбой за выживание. И капитализм помог людям выбраться из этой ловушки. Действительно забавно читать, как идеология мешает людям принять этот базовый факт нашей истории. И нет абсолютно ничего удивительного в том, что повальная бедность не способствовала развитию доверия, солидарности и сотрудничества между людьми. P. S. Даже несмотря на мою критику, призываю вас подписаться на автора — у него отличный блог про Иран. @nonpartisan1

Недавно мэр Нью Йорка Зоран Мамдани пришел на акцию памяти жертв 7 октября. Там его освистали люди из его же лагеря — левые активисты. Сам Мамдани называет действия Израиля в Газе геноцидом, предлагает арестовать Нетаньяху и передать его в Международный уголовный суд. Однако для части леваков даже эта позиция оказалась недостаточно радикальной. Этот пример очень хорошо показывает то, о чем я давно пишу. Активисты, на самом деле, не хотят социальных изменений. Представим, что вы гражданин США и вы хотите сделать так, чтобы Америка перестала оказывать поддержку Израилю. Ваша задача — убедить как можно больше американцев в своей правоте. Для этого нужно сделать свою позицию менее радикальной. Показать, что критика Израиля не имеет ничего общего с антисемитизмом, что вы сочувствуете жертвам 7 октября и осуждаете ХАМАС. Именно это пытался сделать Мамдани, когда пришел на памятную акцию. Макс Вебер сравнивал политику с «медленным бурением твердых досок». Она требует терпения и компромиссов. Если бы активисты действительно хотели перемен, они бы это понимали. Но, похоже, многим просто нравится быть активистами. Это позволяет чувствовать себя частью группы и демонстрировать собственное моральное превосходство. Чем радикальнее твоя позиция, тем больше тебя уважают свои. На самом деле, Мамдани гораздо опаснее для Израиля, чем пропалестинские активисты. У него гораздо больше шансов убедить медианного избирателя в том, что американские деньги не должны превращаться в бомбы, убивающие палестинцев. @nonpartisan1

Капитализм делает нас лучше Как у правых, так и у левых можно найти схожую критику капитализма. Да, говорят критики, мы стали богаче, но в процессе потеряли что-то важное. В своей новой книге вице-президент США Джей Ди Вэнс пишет: Мы стали более разобщенными, одинокими и отчужденными, несмотря на беспрецедентное материальное благополучие. Схожую мысль можно встретить в «Манифесте коммунистической партии»: Буржуазия [...] не оставила между людьми никакой другой связи, кроме голого интереса, бессердечного чистогана. Вэнс, Маркс и Энгельс считают, что капитализм делает людей более эгоистичными. По их мнению, раньше люди были беднее, зато добрее, щедрее и больше доверяли друг другу. Но с развитием капитализма все изменилось. Люди стали больше думать о собственной выгоде и меньше заботиться о других. Но так ли это на самом деле? Подобную критику капитализма можно услышать довольно часто. При этом критики обычно считают свои утверждения настолько очевидными, что даже не пытаются их проверить. Исследования же показывают совсем другую картину. Антрополог Джозеф Хенрич и его коллеги решили выяснить, как развитие рыночных отношений связано с готовностью людей делиться с незнакомцами и наказывать за несправедливость. Для этого они провели серию экспериментов с использованием экономических игр среди представителей 15 обществ с разной степенью вовлеченности в рынок: от охотников-собирателей, земледельцев и скотоводов до жителей современных городов. В одном из экспериментов использовалась игра «Ультиматум». Одному участнику дают деньги, которые он должен разделить со вторым. Второй может принять предложение или отказаться. Если он отказывается, оба остаются без денег. В другой игре, «Диктатор», второй участник не может отказаться, поэтому первый может оставить все деньги себе. Выяснилось, что чем меньше общество вовлечено в рыночные отношения, тем менее охотно его представители делятся деньгами с другими. Кроме того, жители небольших нерыночных сообществ реже наказывали других за несправедливость. Чтобы понять, почему так происходит, стоит посмотреть на социальную структуру нерыночных традиционных обществ. Возьмем индейцев мачигенга, живущих в перуанской Амазонии, которых изучал Хенрич. Они почти не участвуют в рыночных отношениях, живут небольшими изолированными группами и редко сотрудничают с людьми за пределами собственной семьи. В рыночной экономике все устроено иначе. Люди вынуждены постоянно работать с незнакомцами. Для этого им приходится учиться доверять другим, соблюдать договоренности и учитывать чужие интересы. Рынок способствует распространению доверия и сотрудничества за пределы семьи и близкого круга. Также можно предположить, что чем богаче человек, тем больше он будет склонен делиться с другими — ведь он сам меньше в чем-то нуждается. В докапиталистических сообществах люди были не просто бедными — они также были разобщенными. Капитализм не только сделал нас богаче, он научил нас думать о ком-то, помимо себя и своей семьи. Левые и правые популисты навязывают людям тоску по прошлому, которого никогда не существовало. @nonpartisan1

Книги по этике воруют из библиотек чаще других философских книг. @nonpartisan1

Друзья, привет! Многие ценят мой канал в том числе за чат, где можно обсуждать самые разные интеллектуальные темы. Однако, чтобы поддерживать культуру дискуссии и обеспечивать безопасность участников, нужна модерация. К сожалению, сообщений стало так много, что я физически не успеваю все читать и модерировать. Мне очень не хотелось бы закрывать чат или вводить платную подписку, чтобы сократить число сообщений. Поэтому я был бы очень благодарен, если бы кто-то из участников согласился помочь мне с модерацией. Разумеется, я не ожидаю, что один человек будет читать абсолютно все сообщения. В идеале хотелось бы найти 2–3 активных участников, которые и так регулярно читают чат. Они могли бы вместе следить за порядком и реагировать на обращения участников, когда меня нет. Если вы готовы помочь, напишите в личные сообщения канала. Со своей стороны могу предложить модераторам доступ к эксклюзивному контенту. Большое спасибо за понимание! И отдельное спасибо всем, кто делает наш чат местом для интересных и содержательных дискуссий!

Подоходный налог — как богачи сделали большой подарок левакам Принято считать, что подоходный налог появился тогда, когда появились демократии. Бедные получили право голоса и потребовали перераспределения богатства в свою пользу. Государство было вынуждено ввести новый налог. Политологи Изабела Марес и Дидак Керальт обнаружили, что все было наоборот. Первыми подоходный налог стали вводить страны с ограниченным избирательным правом и высоким имущественным неравенством. Например, в Великобритании постоянный подоходный налог появился в 1842 году, когда право голоса имели всего 13% населения. Выходит, что богатые элиты сами согласились платить новый налог, без всякого народного давления. Почему так? Авторы предлагают два объяснения. Во-первых, происходила борьба между старыми и новыми элитами. В XIX веке землевладельцы постепенно теряли экономическое влияние из-за индустриализации. Подоходный налог позволял им переложить часть налогового бремени на своих конкурентов — промышленников и торговцев. Поэтому консервативные политики, которые представляли интересы землевладельцев, активно поддерживали его введение. Во-вторых, подоходный налог мог помогать элитам сохранять политическую власть. В некоторых странах XIX века право голоса зависело от уплаты прямых налогов. Поскольку подоходный налог платили прежде всего обеспеченные граждане, его можно было использовать для ограничения политического участия бедных. Это было выгодно как землевладельцам, так и промышленникам, которые в остальном часто конфликтовали между собой. Получается довольно забавная история. Один из главных инструментов современного перераспределения богатства возник во многом благодаря богатым, которые хотели переложить налоги на других богатых и не дать бедным права голоса. @nonpartisan1

Исследования России на Западе — это часто предвзятая, но все еще качественная социальная наука. Исследователи задают конкретные вопросы о том, как работают институты в современной России, и пытаются отвечать на них с опорой на данные и статистические методы. В прошлом, однако, все было гораздо хуже: вестоиды пытались понять русскую душу. И в процессе была придумана куча уморительных теорий. Сегодня расскажу о своей любимой и, наверное, самой кринжевой — ее иногда называют "пеленочной гипотезой". После Второй мировой войны американские военные захотели понять русский национальный характер, чтобы эффективнее противостоять СССР. Для этого привлекли знаменитого антрополога Маргарет Мид и ее коллегу Джеффри Горера. Они интервьюировали эмигрантов и читали русские книги, пытаясь разгадать загадку русской души. Горер и Мид пришли к выводу, что русская тяга к сильной руке объясняется тем, что в России младенцев принято туго пеленать. Такое пеленание якобы сформировало особое отношение к власти. Когда дети скованы и не могут пошевелиться, они впадают в депрессию и постепенно начинают воспринимать состояние несвободы как часть естественного порядка вещей. Горер и Мид также считали, что тугое пеленание привило русским мышление в черно-белых категориях. Ребенок воспринимает власть как нечто абсолютное: ты либо имеешь ее полностью, либо не имеешь вовсе. Советологи в основном потешались над Горером и Мид. Однако она снискала популярность в политических кругах. Как пишут Сэм Грин и Грэм Робертсон, ястребы находили в ней подтверждение необходимости жесткой конфронтации с СССР. Если русские воспринимают власть в черно-белых категориях, то они будут воспринимать любую уступку как слабость. Любителям порассуждать о русском национальном характере на заметку. Возможно, российскую демократию задушили еще в колыбели. @nonpartisan1

No text

Трамп порезал легальную миграцию сильнее, чем нелегальную. Американские консерваторы часто говорят, что они выступают исключительно против нелегалов. Я думаю, что они врут. На самом деле, они просто не любят иностранцев — вне зависимости от их юридического статуса и уровня компетенций. Пускать в страну только компетентных людей на основании юридической процедуры — это хорошо. Европейская миграционная система не справляется с этой задачей — и ее можно разумно критиковать за все это. Но не пускать в страну людей просто на основании их происхождения — совсем другое. Это самый обычный расизм, который прикрывается разговорами об экономике и преступности. Иначе мне сложно как-то объяснить те препятствия, которые администрация Трампа создает для иностранных студентов и квалифицированных работников. @nonpartisan1

Опросы в демократиях показывают забавную вещь: 1. Избиратели хотят больше социальных пособий. 2. Но при этом не хотят платить больше налогов или позже выходить на пенсию. Эти хотелки, очевидно, противоречат друг другу. У экономиста Николаса Декера я нашел забавное объяснение: медианный избиратель — это на самом деле маоист. Мао не верил в компромиссы и ограничения. Энтузиазм масс, по его мнению, мог преодолеть даже законы природы и общества. У противника есть атомная бомба? Пофиг, затащим на энтузиазме. Не хватает железа? Ну пусть крестьяне расплавят свои воки. Что приоритизировать: сельское хозяйство или промышленность? Можно развивать все сразу, если очень захотеть. Примерно так же рассуждает медианный избиратель. Он плохо понимает идею трейдоффа и верит, что хорошие политики смогут как-нибудь все порешать. Это своего рода магическое мышление. Возможно, деньги можно где-нибудь найти: потрясти богачей, обложить налогами крупный бизнес или просто напечатать. Но за каждое такое решение приходится платить. Обычно нас ставят перед выбором между демократией и автократией. И, наверное, демократии выиграют в общем зачете. Но это не значит, что у них нет серьезных проблем. У избирателя практически нет стимулов разбираться в политике. Разбираться долго, а один голос почти ничего не решает. Поэтому люди вполне рационально остаются плохо информированными и верят в то, во что им приятно верить. А мысль о том, что ради одной хорошей вещи придется пожертвовать другой, попросту неприятна. Для политиков это создает плохие стимулы. Можно рассказать избирателям про ограничения и проиграть выборы. А можно пообещать все сразу и надеяться, что пиздец не успеет случиться до следующих выборов. Возможно, отсюда и растет кризис легитимности западных демократий. Избиратели верят, что политики могут свернуть горы, а политики вынуждены поддерживать эту иллюзию. Реальность оказывается хуже обещаний, и люди решают, что их снова обманули или что система не работает. При этом мало кому приходит в голову, что проблема может быть в самих требованиях. Демократия постоянно сталкивается с запросом на невозможное — и политикам приходится делать вид, что они способны его выполнить. @nonpartisan1