В чёрный понедельник, 19 октября 1987 года, американский рынок рухнул на 22%. Один трейдер встретил этот день с концентрированной ставкой на катастрофу и закончил год с доходностью 126%. Второй, узнав новости, спокойно доел обед, поехал домой, разобрался, что сломалось, и на следующий день забрал на арбитраже около $1 млн. Индустрия возвела на пьедестал первого, и это многое о ней говорит. Почему мы знаем имена Майкла Бьюрри и Кэти Вуд — но почти ничего не знаем об управляющих, которые 19 лет подряд работали без единого убыточного квартала? Почему один удачный прогноз превращает человека в пророка, а 227 прибыльных месяцев из 230 — всего лишь в очень богатого и неизвестного широкой публике математика? И почему управлять капиталом и увлекательно рассказывать об управлении капиталом — два разных бизнеса? Новое эссе — признаю, сильно запоздалое — галерея портретов и историй людей, которым однажды хватило гениальности, безумия или отваги сделать смелую ставку и оказаться правыми. И продолжить жить с последствиями. Вас ждут: — Black Monday и два сорта правоты; — бунтарь из Глазго, который однажды спросил у лондонского Сити: «Слабо дать денег сумасшедшему?» — и собрал больше $1 млрд.; — Кассандра по подписке; — история про крысу и рок-звезду; — и практическое руководство: как отличить настоящее мастерство от красивой биографии, удачного рыночного режима и хорошо упакованной случайности. Бывают ли безумцы гениальными? — Бывают. Но есть куда более практический и дорогой вопрос — как понять, кто перед вами — человек, которому однажды невероятно повезло на глазах у всего мира, или человек, способный ещё и ещё раз совершать невозможное? Всё таки аплодировать хорошему шоу и доверить свои деньги — очень разные вещи. Ну что, слабо дать денег сумасшедшему? Читать: Sponsr · Gapi Как обычно, много и плотно. Лучше читать не на бегу. Stay rich.
Open in Telegram
Ящер в Законе
Семейный капитал как форма бессмертия. Архитектура и психология богатства, воспитание наследников. Для тех, кто уже выиграл игру, и не хочет проиграть её обратно. Здесь и на https://gapi.ru/stayrich
Subscribers, 30 days
Nov 12 – Nov 15+33 (+1.5%)
Show as table
| Date | Subscribers |
|---|---|
| Nov 12, 2026 | 2,235 |
| Nov 13, 2026 | 2,237 |
| Nov 14, 2026 | 2,237 |
| Nov 15, 2026 | 2,268 |
Average views per post by day
By publication day
Show as table
| Date | Avg views per post |
|---|---|
| Oct 30, 2026 | 2,264 |
| Nov 9, 2026 | 1,272 |
Latest posts
Хорошие вопросы для регулярного анализа портфеля: «Что сегодня / за отчётный период материально изменилось в моём богатстве?» «Что изменилось в инвестиционных гипотезах, на которых основано владение этими активами?» «Не накапливаю ли я незаметно один и тот же риск через разные инструменты?»
Open in TelegramНе ту цитату для билборда выбрали, лучшая цитата форума от Германа Оскаровича сегодня была другой: Спекуляции на миркоинах — это казино. Только бывают казино хорошие, а это — плохое, без бесплатного бара и такси домой (с) Отличное мероприятие получилось, рад был повидать старых и завести новых знакомых 🤝
Open in TelegramИ вот теперь самое интересное. Весь этот американский rocket science существует по одной причине: самый простой способ (см. первый этаж) американцам зарегулировали ещё в 1921 году. Продали бумагу в минус и купили ту же или практически идентичную в течение 30 дней до или после продажи — убыток не засчитают, это wash sale. Поэтому Wall St. и строит ракеты, чтобы перелететь через забор. А у нас забора по существу и нет, до сих пор! Продали бумагу в минус, на следующий день откупили (её же, буквально!) обратно — зафиксированный убыток уменьшил налог с прибыли по другим бумагам. Велосипед, на котором российский инвестор доедет туда, куда американцы долетят только на ракете. Главное не забывать про общий антизлоупотребительный контур ст. 54.1 НК (хотя и она тут не применима прям буквально, налоговикам надо будет притягивать её за уши), совершать сделки с объяснимой деловой целью и исполнять красиво — без внутридневных разворотов, по возможности удлинить паузу и заменить инструмент с буквально того же на сходный. Около года назад я написал об этом большой текст — «Деньги лежат на полу, просто поднимите их». Рекомендую прочитать полностью, но главные тезисы повторю здесь: — Налоговая альфа — самая надёжная и воспроизводимая форма альфы в мире. Законно отнять 1–2% годовых у налоговой проще, чем у рынка, где против вас тысячи CFA, PhD и роботов; — В налоговой эффективности не нужно быть умнее, быстрее, выше, сильнее конкурентов. Их просто нет; — Портфель без налоговой дисциплины — дырявое ведро, сложный процент в нём не удержится; — Ни один уважающий себя управляющий не имеет морального права игнорировать налоги. Это не бонус к сервису, а фидуциарная обязанность. Если ваш управляющий до 1 декабря ни разу не заговорил о налогах — pull the trigger поднимите тему сами. Кстати, с 2027 инвестдоходы переезжают в общую прогрессию, так что считать придётся в обе стороны. В 2026, возможно, выгоднее фиксировать не убытки, а прибыли по старой ставке 15%. А вот с 2027 каждый собранный рубль убытка будет экономить уже 18–22 копейки. IV квартал начался. Почти три месяца, чтобы спокойно всё посчитать и исполнить, а не метаться между корпоративами в последнюю неделю декабря. Планируйте и действуйте. Ставлю засечку в календаре. Через год, в начале IV квартала, я снова опубликую ссылку на этот лонгрид. И мне самому любопытно, какая его часть к тому времени устареет из-за налоговых новелл, а какая устоит. По-прежнему считаю, что несколько лет у нас ещё есть. Ну а закончу я цитатой Карла Маркса из далёкого 1850 года, статья «Классовая борьба во Франции»: «Когда французский крестьянин хочет представить себе чёрта, он представляет его в виде сборщика налогов» Stay rich.
Open in TelegramФинальный пост налоговой серии, неожиданно для меня самого выросшей из серии дурных новостей от Минфина — и, пожалуй, самый практичный. Читаю на днях новость, что IRS (американская налоговая служба) вышла на охоту за «Святым Граалем» — распространёнными на Wall St. стратегиями, позволяющими богатым клиентам срезать налоги не только с инвестиционной прибыли, но даже с доходов, как будто бы не относящихся напрямую к инвестициям — с зарплат и бонусов. Совершим для расширения кругозора прогулку по трём этажам системы «индустриальной» налоговой оптимизации в Штатах. Первый этаж — старый добрый tax loss harvesting. Для состоятельного американца это база, как почистить зубы два раза в день: делают все, и подвигом никто не считает. Но масштаб использования ограничен wash sale rules, эволюционирующими уже почти столетие. Второй этаж — tax-aware long/short. S&P 500 за десять лет вырос вчетверо, и у богатых инвесторов скопились горы бумажной прибыли, которую нечем сальдировать. Решение — портфель с плечом, условно 250% long и 150% short. Внутри сотен разнонаправленных позиций постоянно возникают проигравшие: их закрывают и фиксируют убыток, а прибыльным дают расти. Портфель в плюсе, налоговая отчётность в минусе = Профит. Но это всё ещё пока про инвестиционную прибыль — инвестиционными убытками зарплату и бонус не просальдируешь. А вот третий этаж и есть то, что шорт-селлер Нейт Коппикар из Orso Partners (поставивший деньги на сценарий жёсткого регуляторного вмешательства) называет Граалем: срезать налог с того, что к рынку вообще не относится, — с т.н. ordinary income — а именно с зарплат и бонусов, где ставка до 37%, почти вдвое выше, чем на долгосрочный прирост капитала. Фокус в том, чтобы убыток вышел тоже «обычным», того же сорта, что и доход, а прибыль осталась инвестиционной. Для этого используются валютные форварды, свопы и фьючерсы: экономически они почти близнецы, но налоговый кодекс квалифицирует их по-разному. Масштаб, с которым индустрия взялась за конструирование, скажем так, «налогово-продвинутых» продуктов для клиентов впечатляет: за 3 года в такие стратегии пришло больше $150 (!) млрд. Фонд Delphi Plus от AQR на $6,6 млрд за 2025 дал «обычных» убытков на 28% капитала.Вложил $10 млн — получил $2,8 млн «обычного» бумажного убытка, который при подходящей налоговой ситуации можно использовать в том числе против зарплаты и бонуса. Сколько именно получится зачесть в текущем году, зависит от индивидуальных ограничений. А прибыль догонит потом — уже по льготной ставке. Тот же Коппикар из Orso Partners раскопал в проспектах одного из других продуктов AQR прогноз налоговых убытков в 723% (!!) от вложенных денег за десять лет. Но вот пришло 28 сентября, и IRS выпустила Notice 2026-62 и предупредила, что рассматривает дальнейшие разъяснения и ограничения — прицельно именно в те сделки (валютные трейды и связки свопов с фьючерсами), которые посягают на доселе немыслимое — ordinary income taxes. Так и написали — некоторые фонды «мотивированы прежде всего налогами, а не доходом от настоящей инвестиционной деятельности». То есть охотиться будут за конструкциями, где налог — цель, а инвестиции — декорация. А ещё сказали, что новые правила могут применить задним числом. Ещё один экспонат из того же пакета — так называемые «конверсии 351», по номеру статьи американского налогового кодекса. Схема изящная: инвестор не продаёт свой портфель подорожавших акций, а вносит его в новый ETF в обмен на паи — без налога, как будто ничего не произошло. Дальше фонд в рамках обычной ETF-механики потихоньку перекладывается во что нужно без налоговых последствий для владельца. Получается оптимизация capital gains и диверсификация за один ход. Браво! Что интересно, стратегии налоговой оптимизации на широких портфелях акций ведомство признало «техниками укладывающимися в давно устоявшиеся рамки».
Open in TelegramПара деталей к предыдущему посту, которые слишком сочны, чтобы о них не упомянуть. Первая — про Хельмута Хортена, того самого, из-за которого появился lex Horten. Свою империю он основал в 1936: купил ниже рыночной цены универмаг Alsberg в Дуйсбурге у еврейских владельцев, у которых в связи с известными обстоятельствами с 1933 года появились веские причины продать дело и срочно эмигрировать. Отъезд к тому времени уже стоил четверть имущества — тот самый веймарский Reichsfluchtsteuer. До войны по той же схеме к первому универмагу добавилось ещё с полдюжины. Получается, человек, чьё имя носит современный немецкий налог на выход, строил свою империю, покупая активы у вынужденных продавцов (и по distressed ценам, ясное дело!), которые платили предыдущую итерацию этого налога. А сам вышел из своего концерна с 1,2 млрд марок, не заплатив Германии ничего: закон назвали его именем уже вдогонку. Но, как говорится, karma is a bitch. В 2023 году Christie's продал драгоценности его вдовы Хайди Хортен за рекордные $202 млн. — это, на минуточку, дороже коллекции Элизабет Тейлор. Разговор о том, откуда у семьи деньги, получился занимательным настолько, что второй аукцион, назначенный на ноябрь, пришлось отменить. От налога на выход деньги убежать смогли, а вот от истории — нет. Вторая — про американский порог в $2 млн., который не индексируется с 2004 года. В том же самом законе есть второй критерий — средний подоходный налог за последние пять лет. А вот его индексируют прилежно: $124k в 2004, $211k сейчас. Одна цифра в законе живёт с учётом инфляции, другая (how convenient!) — нет. Если бы порог по состоянию индексировался на инфляцию, сегодня он был бы около $3,4 млн. У экономистов для этого есть термин bracket creep, что очень вольно можно перевести как «ползучесть налоговых порогов»: ставку никто не повышает, инфляция сама тихо переводит вас в другую категорию. И это, увы, не только американская история. Пороги нашей российской прогрессивной шкалы НДФЛ — 2.4, 5, 20 и 50 млн. рублей — записаны в Налоговом кодексе цифрами, без всякой индексации. При инфляции 6–7% в год за десять лет они похудеют почти вдвое: 22% будут начинаться с дохода, который в сегодняшних деньгах стоит уже не 50 млн, а 25–28 млн. А если в эту же шкалу действительно переедут дивиденды и купоны (в чём никто уже не сомневается), эта самая bracket creep ползти будет прямо по нашему портфелю. Stay rich.
Open in TelegramНалог на выход Налоговые сюрпризы от Минфина нас всех, мягко говоря, расстроили. Но, объективности ради и в качестве психотерапии, давайте посмотрим, чё там у пиндосов как бывает в других странах — и до чего наша ФНС пока (пока!!!) ещё не дошла. Мой приятель Саша Кубышкин (канал "ФинФак") — единственный человек в мире, который знает больше аббревиатур credit facilities от ФРС, чем Золтан Позжар, и, по моему скромному мнению, один из лучших русскоязычных аналитиков по global macro и — порекомендовал мне обратить внимание моих уважаемых читателей на немецкий Wegzugssteuer — «налог на отъезд». В чём его суть? Владеете долей хотя бы 1% любой компании и уезжаете из Германии — государство считает, что в день отъезда вы продали долю по рыночной цене. Живых денег никто не получал, но налог — около 28% с нереализованного capital gain, который существует только на бумаге, — извольте занести в кассу. И это только начало. Налог на наследство ещё пять лет после отъезда считает немецкого гражданина резидентом. А уехавшего в налоговую гавань с бизнесом в Германии держит на «расширенном» налоговом поводке все десять. Родился этот налог из-за одного человека. Хельмут Хортен, король универмагов, переехал в Швейцарию и продал акции своего концерна больше чем за миллиард марок, не заплатив Германии ни пфеннига. В 1972 приняли закон, который до сих пор называют lex Horten. Тогда он касался долей больше 25% в немецких компаниях. Сегодня — от 1% в любой компании мира. Порог упал в двадцать пять раз. А беспроцентную «вечную» отсрочку при переезде внутри ЕС в 2022 отменили: платите сразу или в рассрочку на семь лет, обычно под залог. У этого налога есть предок пострашнее. В декабре 1931 правительство Брюнинга — ещё веймарское — чрезвычайным декретом ввело Reichsfluchtsteuer, «налог на бегство из Рейха»: 25% имущества при отъезде, если оно дороже 200 000 рейхсмарок. Временно, до конца 1932. И задним числом. Дальше вы догадываетесь. Меру продлили, потом ещё раз, потом сделали бессрочной. В 1934 порог снизили вчетверо, а налоговая получила право требовать обеспечение авансом (!) — вдумайтесь!! — при одном подозрении (!!!), что вы собираетесь уехать. Нас, впрочем, этим не удивить. 3 августа 1972 года, за пять недель до lex Horten, Президиум Верховного Совета СССР издал Указ о «возмещении государственных затрат на обучение» для уезжающих. Выпускник МГУ платил 12 200 рублей при средней зарплате около 130. Протест 21 нобелевского лауреата, поправка Джексона–Вэника в Конгрессе — и к весне 1973 сбор тихо прекратили. Изящно, правда? В одном и том же 1972 две системы независимо друг от друга изобрели налог на выход с того, что считала главным активом. Капиталистическая обложила капитал финансовый. Социалистическая — человеческий. И, наконец, чемпион. США облагают налогом по факту гражданства, где бы граждане ни жили. Так делают ровно две страны мира: Штаты и Эритрея. Отказываетесь от американского паспорта с состоянием от $2 млн. — государство считает, что накануне вы продали всё имущество по всему миру, и облагает прирост сверх $910 тысяч. А если потом что-то подарите или оставите детям-американцам, они заплатят 40%, даже через тридцать лет. Помните, недавно мы говорили о налоговой базе, у которой есть ноги? Налог на выход — это счёт, который государство выставляет этим ногам, когда они стоят на пороге на выход. Такие налоги начинаются как мера против нескольких очень богатых людей, а потом пороги двигаются только в одну сторону — вниз. Американские $2 млн не индексируются с 2004 года, и тот самый «тихий налог» из первой части «Сосуда и огня» без единого заголовка срезал порог на 43%: в тех деньгах сегодня это уже $1,13 млн. А подписали тот закон в октябре 2004 и применили с июня. Задним числом, конечно, как по-другому?) В России пока (пока!!!) ничего подобного нет, по крайней мере для своих. Для чужих уже действует: уходящая из России иностранная компания платит «добровольный взнос» — 35% рыночной стоимости активов. Механизм обкатан, осталось только развернуть его лицом к своим. Судя по всему, exit tax дойдёт и до нас. Но несколько лет, думаю, у нас ещё есть. Как потратить их с пользой — в следующем посте.
Open in TelegramТретий зубец вилки Мортона Спасибо уважаемому Дмитрию за подачу — и за историческую рамку, которая даже лучше, чем кажется на первый взгляд. Ну, во-первых, отдельно хочется отметить преемственность в умении регуляторов изящно сообщить дерьмовые новости: меняется только словарь. Поборы Мортона оформлялись как «добровольное приношение». Пять с лишним столетий спустя Минфин объясняет повышение налогов целью «унификации уровня налогообложения доходов граждан». Такая вот загогулина. Теперь о главном. Логически кажется, что вилка Мортона сработала, потому что богатому подданному некуда было деться. Но, это не совсем так, и правда ещё интереснее. Уехать богатый человек как раз мог. Статут 1381 года запрещал покидать королевство без королевской лицензии всем, кроме пэров, крупных купцов и солдат. То есть английский закон ещё шестьсот с лишним лет назад прямо записал, что мобильность — привилегия богатых и влиятельных. А вот деньги уехать не могли. Вывоз монеты и серебра в слитках был запрещён. Продать поместье и отплыть в Кале было можно — с перспективой оказаться за морем с почти пустыми руками. Ну ладно, окей, не с пустыми, хавально-вексельные механизмы, драгоценности, торговый кредит существовали всегда, но производительное ядро капитала было стреножено. Человек был свободен, а вот продуктивный капитал оставался пленником короля. И вот тут начинается самое вкусное. Запрет на вывоз приходилось переиздавать снова и снова. Ювелиры отбирали полновесные монеты, переплавляли их и сбывали за границей, где серебро стоило дороже. Нумизмат Уиттон сухо заметил, что сам факт постоянного переиздания этих статутов лучше всего доказывает, насколько они были бесполезны. Более точной иллюстрации эффективности capital controls и валютных ограничений во все времена и не придумаешь. За пять веков изменилось то, что теперь вслед за капиталистом легально уезжает и его доход. Бизнес, недвижимость и российские акции остаются на месте — перемещаются владелец, структура владения и перенаправляется денежный поток. А издержки редомициляции компенсируются налоговой и другой экономией. Важная техническая деталь к предыдущему посту — те самые 10% с российских дивидендов, причитающихся налоговому резиденту ОАЭ, получает Россия как государство источника дохода. Эмираты с личного инвестиционного дохода не берут ничего. Им не нужен процент с вашего денежного потока — они возьмут своё с трат этого потока — на недвижимость, потребление, бизнес, family office, даже Emirates заработают на дополнительно возникающем трафике. С тем, что на ситуацию стоит посмотреть глазами правительства, я согласен полностью. Только сейчас глазами правительства она выглядит не как вилка Мортона, а как задача потруднее: как собрать побольше налогов с базы, у которой есть ноги. Особенно если верхние 6% этой базы умеют считать, имеют доступ к дорогим консультантам, family office, недоступной ритейлу инфраструктуре, а размер капитала делает любую экономию ощутимой в абсолютных цифрах. Государство может назначить почти любую ставку налога. Оно не может назначить размер базы, которая после этого согласится остаться под его юрисдикцией. Поэтому вопрос не только в том, справедливы или несправедливы 22%. Вопрос ещё и в реакции базы. Кто-то заплатит, кто-то поменяет структуру владения, кто-то — набор активов. А кто-то — налоговое резидентство. Но нулевой эта реакция точно не будет. Это как у инвестиционного управляющего: можно получать высокую комиссию с маленького AUM, а можно — маленькую с большого. Кстати, история уже вынесла этой аргументации свой вердикт. «Вилка Мортона» вошла в учебники не как образец налоговой мудрости, а как название логической ошибки — разновидности ложной дилеммы, при которой два противоположных факта используются для обоснования одного и того же, заранее известного и желаемого вывода. Так что Вилка Мортона - это хорошая иллюстрация перспектив любой системы, построенной на предположении, что у налогоплательщика нет выбора.
Open in TelegramНе люблю писать горячее на злобу дня. Мой стиль - как следует рассмотреть с дистанции недель, месяцев, покрутить, увидеть неочевидные связи, углы и следствия. Но тут не могу сдержаться. Выборы прошли, и буквально следом, 24 сентября, Минфин внёс в правительство бюджетный пакет. Вот совпадение, никто и подумать не мог! Его суть для нас с вами: «пассивные» доходы предлагают перенести в основную налоговую базу НДФЛ. То есть дивиденды, проценты по вкладам, операции с ценными бумагами и цифровыми правами, продажу имущества и долей, страхование и дарение — всё то, что сейчас облагается по плоской двухступенчатой шкале 13/15%, — загоняют в общую прогрессию 13 / 15 / 18 / 20 / 22%. Формулировка Минфина слышится как полный bullshit трогательно нежно: «в целях унификации уровня налогообложения доходов граждан». Аргумент, который транслируют в прессе, звучит так: почему высокооплачиваемый специалист платит 22%, а крупный акционер с тем же доходом — максимум 15%? Потому что законы во всех странах мира, что бы ни думали наивные избиратели, пишутся богатыми для богатых, и платить 15% с миллиардных дивидендов было одним из немногих очень крутых "нечестных" налоговых преимуществ российских капиталистов. Было...) Что самое важное (и плохое) — базы складываются. Дивиденды теперь лягут поверх всего остального дохода и будут облагаться по вашей предельной ставке, а не по своей собственной. Таким образом, среди уважаемых читателей этого канала почти не останется тех, кто платит меньше 18, а то и 20%. Второе, менее замеченное прессой, но не менее важное для нас: ПИФы предлагают обязать платить налог на прибыль с пассивных доходов по ставке 15%. Если это пройдёт в таком виде, налоговая эффективность ЗПИФ заметно тускнеет. Сегодня ПИФ налог на прибыль не платит вовсе — это имущественный комплекс без образования юрлица, и вся конструкция ЗПИФ построена именно на отсрочке налога до выплаты или погашения паёв. Детали механизма (в частности, будет ли зачёт при последующем налогообложении пайщика) из доступных материалов пока не ясны — но если отсрочку на дивидендный поток внутри фонда действительно срезают, это бьёт по одному из немногих оставшихся у нас инструментов упаковки даже больнее, чем НДФЛ. Здесь лично для меня сюрприза не было. Про ЗПИФы я знал ещё в мае, и многим клиентам и коллегам на встречах говорил: готовьтесь! Нововведения коснутся, по оценке Минфина, около 4 млн человек — не более 6% населения (ну то есть тем, чем статистически можно пренебречь, особенно после выборов). Только вот по данным UBS Global Wealth Report один лишь верхний процент россиян владеет 56% всего личного богатства страны — первое место в мире. А коэффициент Джини по богатству у нас 0.82: второе место планеты, сразу за ОАЭ. Запомните эту деталь про Эмираты. Она сейчас пригодится. И вот теперь минутка грустной философии об инвестиционном патриотизме. С 1 января 2026 года вступило в силу новое соглашение об избежании двойного налогообложения между Россией и ОАЭ. Старое соглашение 2011 года распространялось только на госструктуры и суверенные фонды, новое — распространяется на частный бизнес и на физических лиц. Формула налогообложения проста «10—10—10»: ставка налога у источника при выплате дивидендов, процентов и роялти — 10% (в отличие от 15% для обычного нерезидента). Ну а подоходного налога на дивиденды в ОАЭ нет вовсе. Пошуршим циферками? Российский налоговый резидент с крупным дивидендным потоком в перспективе платит 18–22%. Налоговый резидент ОАЭ с тем же самым портфелем тех же самых российских акций платит 10%. И всё. И вот тут, на мой взгляд, нужно провести важную линию. Патриотизм — вещь, которая позволяет философски посмотреть на очень многое. Бензин по сто двадцать и очереди на заправках в лучшем случае, и его отсутствие как такового в худшем (особенно доставляет, когда ты находишься в мотопутешествии в сотнях километров от дома, рекомендую!!). Всякие ушедшие бренды и прочие мелкие бытовые неудобства, которые ещё пять лет назад казались немыслимыми. Но у любого терпения есть порог конвертации в арифметику. И когда государство доводит разницу до двух с лишним раз на одном и том же активе (сам факт владения которым последние несколько лет — уже само по себе патриотический подвиг) — язык ценностей постепенно трансформируется в язык цифр. Особенно если они большие. А на языке цифр отвечают цифрами. И мы их скоро увидим. Stay rich. UPD. Минфин уточнил: уплаченный ПИФом налог будет засчитываться при налогообложении пайщика. То есть риск прямого двойного налогообложения вроде бы как снимается. Но как минимум 2 проблемы остаются: 1) часть дохода перестаёт капитализироваться внутри фонда до выхода пайщика — теряется compounding на отложенном налоге и 2) большой вопрос, как будет отлажен учёт в больших фондах с тысячами пайщиков. В ситуации ЗПИФ с единицами пайщиков механика более-менее понятна, осталось сформировать реальную практику.
Open in TelegramКоллеги, с праздником! Кстати, если среди моих уважаемых читателей есть резиденты AIFC, напишите мне пожалуйста в личку, давайте увидимся на мероприятии завтра-послезавтра.
Open in TelegramConnections
Similar channels
Unexpected Value@unexpectedvalueEconomics9.47K
Тренды и Трейды@trendyitreidyEconomics3.76K
Баблонавт@bablonautsEconomics3.84K
Political Animals@politicanimalisPolitics17.9K
АЗС России@rusfuelEconomics2.26K
ЕДИНЫЙ ЦУПИС@ru1cupisEconomics2.29K
Без шума, но по делу@podely_newsEconomics2.3K
Союз Спасения Сбережений Россиян (СССР)@angrybonds2Economics2.22K
Mentioned by
Mentions
Unexpected Value@unexpectedvalue1 mention, 1 repost
Political Animals@politicanimalis1 repost
Тренды и Трейды@trendyitreidy1 repost