Account
Field of Pikes

Field of Pikes

Самый нелюбимый музыкальный критик твоего самого нелюбимого артиста. Сценарист ряда роликов «Брокен Дэнс», «Кинопоиск», «Спасибо, послушаю», Uppercuts dj school, «Контрапункт» и др. Владивосток. Петр Полещук 16+ связь: @madeofstraw

Username
@fieldofpikes
Category
Music
Country
RussiaRussia
Created
, 6 years
Subscribers3,702
Avg views per post, 7d966−42.8% vs prev 7d
ERR26.09%last 7 days

Average views per post by day

By publication day

Show as table
DateAvg views per post
Oct 23, 20262,440
Oct 25, 20262,198
Oct 27, 20261,739
Oct 29, 20261,858
Oct 30, 20261,629
Oct 31, 20261,395
Nov 1, 20262,282
Nov 2, 20261,506
Nov 3, 20262,390
Nov 6, 20261,455
Nov 14, 2026697
Nov 15, 20261,235

Most viewed this month

  1. 01

    Аукцыон — Как я стал предателем Продолжаю рассказывать об альбомах, которые меня сформировали Сначала со мной случились дворовые песни из репертуара Кино и Гражданской Обороны, потом Аквариум — словом, верхушка айсберга русского рока. И русский рок действительно казался айсбергом — каким-то холодным, лишённым тепла человеческого тела. Ничего удивительного: я рос в эпоху, когда даже Мумий Тролль плавно переходил в разряд «отцов», а до «дедов» дела мне тем паче не было. Не зная перестроечного контекста, невозможно было почувствовать жизнь в записях этих групп. В конце концов, никто из них не качал. А потом я услышал «Нэпмана» — кстати, как раз в период увлечения Talking Heads, с которыми Аукцыон небезосновательно сравнивают. Я был поражён тем, что песня советской группы качала больше, чем бирновщина. Stop making sense, воистину. Я чувствовал, что группа Аукцыон опаснее, чем Talking Heads. И это до сих пор объективный факт. Разве этот альбом начинает качать не с названия? Если у человека есть мозги и характер, оно просто не может не понравиться. Чёрт, да я бы и группу так назвал. В нём ведь так много желания и стремления, причём не отложенного в будущее, а утверждённого как уже случившийся факт. Заявление осмелившихся и достигших — это утверждение полной автономии уже на уровне построения одного предложения. Такого названия нет ни у Talking Heads, ни у Radiohead, ни у Shortparis, ни у любой другой арт-рок-группы, что якобы бунтует внутри художественных миров, но никогда не обрушивает художественный мир в качестве жеста критики на материальный в должной степени. При всей экспериментальности эти группы в первую очередь обслуживали культурные институции, средний класс; в них, если и была радикальная потенция, то она никогда не получала бескомпромиссной реализации. Обслуживание уже сформированного богемно-буржуазного дискурса привлекало их больше, чем радикальный с ним разрыв. Так сказать, хорошие группы, но не The Doors. Аукцыон же историчны: они прорезали ткань реальности, как Владимир Весёлкин, учинивший, возможно, первое стриптиз-шоу в истории отечественного ТВ (не на пустом месте журнал «Работница» назвал их глэм-глиттер-группой!). При всех абстракциях про мёртвого красного стрелка или вынесенного на обложку жеста Рот Фронт с «фигой» ясно, что эта пластинка полностью вписана в контекст эпохи. Понятно, что «Осколки» высмеивают эстетику широкого жеста. Понятно, что «Нэпман» рифмует Перестройку и эпоху НЭПа (сатира разом и над жадностью капитализма, и над утопичностью коммунизма), а в «Бомбах» Аукцыон аудиально реанимируют Марка Шагала, взирая с высоты птичьего полёта на изуродованную Афганистаном позднесоветскую повседневность. Но Аукцыон прорезали ткань реальности не только номенклатурно-советской, но и плохо влиявшей на кожу ткань русского рока, невольно выставив его на своём фоне ещё одной номенклатурой. Они, образно говоря, предатели русского рока. Аукцыон, как и некоторые другие артисты, «предали» русский рок совершенно случайно: просто сочинив и сыграв тот максимум, который другие не могли, вдруг стало ясно, что вчерашнее статус-кво сегодня уже пережиток. Даже местами близкий по груву «Радио Африка» Аквариума, выпущенный за пять лет до записи КЯСП, зазвучал так, будто вышел на двадцать лет раньше, — не в смысле, что Аквариум записывались в 1968-м, а в смысле, что Аукцыон звучали будто из будущего. При этом именно Аукцыон стал одной из редких перестроечных рок-групп, открывших настоящую поэзию — ту поэзию, которую от русского рока все и ждали: поэзию звука. Разве «Охотник» — не самое близкое к «Озарениям» Рембо произведение в русской литературе именно из-за музыки? Разве «Мальчик, как мальчик» не звучит как интро к «Акире», если бы он был снят «Союзмультфильмом» и посвящён бедолаге-пионеру Железкину, жертве советского эксперимента? Разве саундскейп песни «Вечер мой» не сокрушает тревогой, подобно картинам экспрессионистов? После этого альбома любое утверждение, что отечественная культура априори депрессивна и текстоцентрична, есть настоящее предательство русской культуры.

    Photoedited
    Views2.83K
    Forwards36
    Reactions84
    Comments13
  2. 02

    No text

    Photoalbum
    Views2.65K
    Forwards20
    Reactions—
    Comments—
  3. 03

    No text

    Photoalbum
    Views2.61K
    Forwards21
    Reactions—
    Comments—
  4. 04

    Вопрос "норм или стрём проводить рейвы в библиотеке" упускает саму суть рейва. Этот вопрос обращается к этике и культурным нормам. Но рейвы не про этику и культурные нормы. Рейвы изначально были нелегальными, они были порождены эрой танцующих пиратов, странствующих с места на место и берущих любые пространства на абордаж. Что этичного в пиратстве? Ничего. Что этичного находит пожилой житель посёлка, рядом с которым всю ночь отплясывает орда весёлых парнишек и девчат? Ничего. Утверждение, что рейв в библиотеке это стрём, на самом деле утверждение, что стрём — рейв как таковой. Но рейв, конечно, музыкальный массив — он гораздо шире вопросов "норм или стрём". О том, как начался рейв в 80-х, почему люди в принципе ходят на рейвы, что делает рейв одним из главных социальных генераторов либидо, как техно и хаус работают с черной идентичностью, а главное, как рейв связан с пиратами (и зачем в Hacienda установили огромный пиратский корабль) — задаём эти вопросы (и отвечаем!) полтора часа в подкасте, который записывали еще до переезда в «Сноб». У нас с Аркадием Романовым в гостях Глеб Мишелович — вы помните его по подкасту о Егоре Летове, а еще по камео в подкасте о Моррисси. Я хотел поделиться этим подкастом позже (когда в нём появятся муз. фрагменты!), но он может послужить отличным разогревом перед предстоящим разговором о Stone Roses (о них тут, конечно, тоже говорим). Кроме того, у подкаста будет сиквел о 90-х. Так что — велком на бусти! РЕЙВ 1980-Х ИЛИ ВТОРОЕ ЛЕТО ЛЮБВИ — слушать по ссылке

    Photoedited
    Views2.39K
    Forwards20
    Reactions29
    Comments6
  5. 05
    Views2.2K
    Forwards26
    Reactions64
    Comments1

Latest posts

#2598Photo

Видеоэссе! «Мумий Тролль — последний герой Перестройки» Рассказал для «Спасибо, послушаю» историю своего, пожалуй, любимого отечественного музыканта. От 80-х до наших дней. «Мумий Тролль» я люблю какой-то особо нежной любовью. Поэтому и сценарий, и раскадровку делал с предельным погружением (ну, в той мере, в которой позволяет развлекательный формат ютюба). И хочу сказать: what a ride! Дело вот в чем. Раскадровку я делал 14 часов кряду и вдруг осознал как-то по-новому, телесно, что ли, какая же сумасшедшая карьера у Ильи Игоревича. Я начал рассказ о юноше, который записал первый альбом еще до любимых «Простых вещей» «Звуков Му» и еще более любимого «Как я стал предателем» «АукцЫона». То есть ранний Лагутенко — самый-самый советский из всех советских (и одновременно такой нездешний, такой, извините, ищущий за пределами своей культуры, как и любой истинно великий и свободный художник). Но, подбираясь к 2010-м, в истории вдруг появляются люди, с которыми я знаком лично, а с некоторыми и вовсе с 2020-х (привет, группа Hehehe!). Для этих же глав я стал рыскать в архивах Владивостока 2010-х, в том числе обнаружив видео с участием друзей по району. Не уверен, что есть еще хотя бы один артист, чья история могла бы вместить всё это. Меня, так сказать, вставило — и я вставился. Надеюсь, вставитесь и вы! Смотреть — https://youtu.be/pBG_pHZbe2w

Open in Telegram
Views1,235−31%vs avg
Forwards29
Reactions49
Comments2
Views growthHide views growth

Views growth

Hours after publication

Show as table
Hours after publicationViews
0 h0
4 h883
18 h1,235
  1. After 6 hours883
  2. After 24 hours1,235
  3. Total to date1,235
#2593Photoedited

The Doors (1967) как образец претенциозности (+ подкаст) Продолжаю рассказывать про любимые альбомы. В прошлый раз были Аукцыон, Joy Division и Pixies. The Doors были моей самой любимой группой. Это до сих пор единственный бэнд, у которого я помню наизусть вообще все песни. С 2010-го года их дебютный альбом сместился в моём личном топе с первого места лишь единожды — когда я услышал The Stone Roses (то есть The Doors сместились с первого на второе). Словить в подростковом возрасте философский краш по Джиму Моррисону было жизненно необходимо. Открой я в тот момент дверь в творчество другой группы, уверен, я не был бы тем критиком, которым стал. Потому что быть критиком — это значит желать бросать вызов, желать представлять альтернативы, а не просто работать эскортом доминирующего дискурса. В конце концов, любой художник, предлагающий новое, — невольный критик старого. Характерно, что и профессия музыкального критика плюс-минус в том виде, в котором мы знаем её сегодня, зародилась как раз в 60-е. Так вот, The Doors только и делали, что бросали вызов, только и делали, что желали. В сущности, они были главными музыкальными критиками 60-х. Голова кругом, когда понимаешь, что с тех пор прошло столько же лет, сколько в 60-х миновало с начала ХХ века (это как если бы Rolling Stones начали играть в 1898-м!). На дистанции в 60 лет может возникнуть ощущение, что The Doors — идеальная группа для критиков. Претензия на интеллектуальность, преемственность с радикальной культурой прошлого, первое превращение рока в театр. Но занятно, что в «эру Водолея» далеко не все критики были к The Doors благосклонны. Ранние альбомы The Doors не без оснований обвиняли в претенциозности. Ну и правда: только претенциозный чертила напишет и споёт «Cancel my subscription to the resurrection» так, будто не понимает, как это выглядит со стороны. В скором времени претенциозность и правда сгубит рок-н-ролл, превратив его в прог-рок. Однако влияние арт-рок-группы The Doors на прог едва ли существенно, тогда как для панк-рока эта группа оказалась одной из важнейших. Почему? А потому что, когда Моррисон претенциозно просил «отменить подписку на воскрешение», он и правда знал, как выглядит со стороны, — как человек, который действительно в особых отношениях с жизнью и смертью. Иными словами, его словесная претенциозность полностью соответствовала образу жизни. Это не столько вопрос аутентичности, сколько решимости, благодаря которой претенциозность не просто прощается, но принимается как обязательное условие. Даже в самых изощрённых песнях The Doors отличались от прог-рокеров самым главным: они проламывали социальные табу, их искусство всегда было про удар художественного пространства по материальному миру, они не позволяли себе запереться в концептуальщине, оторванной от повседневности и образа жизни. Их музыка подлинно интеллектуальная не из-за хитрых музыкальных узоров, а из-за своей бунтарской натуры. Даже сегодня эдипальный финал The End звучит жутко: он всё ещё не растерял своего контркультурного заряда. Об одной из самых любимых групп сложно говорить только в рамках поста, поэтому я записал полноценный подкаст. За сто рублей час рассказываю о всей сути The Doors: о философии Джима Моррисона, влиянии Ницше, театра жестокости Антонена Арто, поэзии Артюра Рембо; почему использование The End в «Апокалипсисе сегодня» страшнее, чем кажется; почему в музыке группы, восставшей против «поколения Синатры», слышен след Фрэнка Синатры. И о многом другом (в первую очередь,конечно, о музыке). The Doors: первая готическая группа. Слушать — здесь.

Open in Telegram
Views1,479−18%vs avg
Forwards19
Reactions45
Comments9
#2592Photoedited

Вопрос "норм или стрём проводить рейвы в библиотеке" упускает саму суть рейва. Этот вопрос обращается к этике и культурным нормам. Но рейвы не про этику и культурные нормы. Рейвы изначально были нелегальными, они были порождены эрой танцующих пиратов, странствующих с места на место и берущих любые пространства на абордаж. Что этичного в пиратстве? Ничего. Что этичного находит пожилой житель посёлка, рядом с которым всю ночь отплясывает орда весёлых парнишек и девчат? Ничего. Утверждение, что рейв в библиотеке это стрём, на самом деле утверждение, что стрём — рейв как таковой. Но рейв, конечно, музыкальный массив — он гораздо шире вопросов "норм или стрём". О том, как начался рейв в 80-х, почему люди в принципе ходят на рейвы, что делает рейв одним из главных социальных генераторов либидо, как техно и хаус работают с черной идентичностью, а главное, как рейв связан с пиратами (и зачем в Hacienda установили огромный пиратский корабль) — задаём эти вопросы (и отвечаем!) полтора часа в подкасте, который записывали еще до переезда в «Сноб». У нас с Аркадием Романовым в гостях Глеб Мишелович — вы помните его по подкасту о Егоре Летове, а еще по камео в подкасте о Моррисси. Я хотел поделиться этим подкастом позже (когда в нём появятся муз. фрагменты!), но он может послужить отличным разогревом перед предстоящим разговором о Stone Roses (о них тут, конечно, тоже говорим). Кроме того, у подкаста будет сиквел о 90-х. Так что — велком на бусти! РЕЙВ 1980-Х ИЛИ ВТОРОЕ ЛЕТО ЛЮБВИ — слушать по ссылке

Open in Telegram
Views2,390+33%vs avg
Forwards20
Reactions29
Comments6
#2591Video message

Forwarded from МИМО НОТ

No text

Open in Telegram
Views1,385−23%vs avg
Forwards4
Reactions23
Comments0
#2590Photoedited

Не стало Хуана Аткинса, одного из отцов жанра техно Но можно сказать не "одного из", а прям самого-самого отца, бати, фазера. Ведь именно Аткинс научил обращаться с пультом Дэрека Мэя и Кевина Сандерсона. Скажу честно, я из лагеря не детройтского техно, а чикагского хауса. Человек я простой, мне пост-диско эйфория всегда казалась попросту более радостной и вдохновляющей, чем лабораторная футурология техно. Хотя, как и часто бывает в истории музыки, жанровые различия не совсем жанровые. Известно, что деление на техно и хаус было попросту выгодно с маркетинговой стороны. В принципе сложно услышать вот прям техно-техно в мэевском Strings of Life, а тем более в сондерсоновских Big Fun и Good Life. Но если кто и отвечал из белвиллской троицы за футуризм, наследие Kraftwerk, то это был Аткинс. Если бы я делал видео, фильм или еще какой-то биографический документ об Аткинсе, я бы назвал его The Modern Man. Думаю, в истории второй половины ХХ века Аткинс был одним из самых последовательных футурологов. И таковым, как ему казалось, остался. В 2020-х Аткинс сильно заинтересовался ИИ, что, конечно, логично продолжает его интерес к гибридизации человека и машины (суть техно). Действительно ли ИИ — технология будущего, ну, вопрос дискуссионный. Я убеждён, что сам факт использования ИИ не делает артиста по умолчанию футурологом или ретроградом. Аткинс, думаю, заблуждался в отношении с ИИ во многих аспектах. Но именно это мне и нравится. Сбой, ошибка, заблуждение как цена любопытства — очень по-людски. К добру или к худу, наивность вообще неразрывно связана с первооткрывательством. В этом смысле, Аткинс до конца оставался человеком любопытствующим. А значит, человеком в принципе, каким бы апологетом слияния с технологией он бы не выступал. Об Аткинсе и истории техно рассказывал в видеоэссе канала Uppercuts, посмотрите.

Open in Telegram
Views1,626−9%vs avg
Forwards12
Reactions34
Comments0
#2589Photoedited

Аукцыон — Как я стал предателем Продолжаю рассказывать об альбомах, которые меня сформировали Сначала со мной случились дворовые песни из репертуара Кино и Гражданской Обороны, потом Аквариум — словом, верхушка айсберга русского рока. И русский рок действительно казался айсбергом — каким-то холодным, лишённым тепла человеческого тела. Ничего удивительного: я рос в эпоху, когда даже Мумий Тролль плавно переходил в разряд «отцов», а до «дедов» дела мне тем паче не было. Не зная перестроечного контекста, невозможно было почувствовать жизнь в записях этих групп. В конце концов, никто из них не качал. А потом я услышал «Нэпмана» — кстати, как раз в период увлечения Talking Heads, с которыми Аукцыон небезосновательно сравнивают. Я был поражён тем, что песня советской группы качала больше, чем бирновщина. Stop making sense, воистину. Я чувствовал, что группа Аукцыон опаснее, чем Talking Heads. И это до сих пор объективный факт. Разве этот альбом начинает качать не с названия? Если у человека есть мозги и характер, оно просто не может не понравиться. Чёрт, да я бы и группу так назвал. В нём ведь так много желания и стремления, причём не отложенного в будущее, а утверждённого как уже случившийся факт. Заявление осмелившихся и достигших — это утверждение полной автономии уже на уровне построения одного предложения. Такого названия нет ни у Talking Heads, ни у Radiohead, ни у Shortparis, ни у любой другой арт-рок-группы, что якобы бунтует внутри художественных миров, но никогда не обрушивает художественный мир в качестве жеста критики на материальный в должной степени. При всей экспериментальности эти группы в первую очередь обслуживали культурные институции, средний класс; в них, если и была радикальная потенция, то она никогда не получала бескомпромиссной реализации. Обслуживание уже сформированного богемно-буржуазного дискурса привлекало их больше, чем радикальный с ним разрыв. Так сказать, хорошие группы, но не The Doors. Аукцыон же историчны: они прорезали ткань реальности, как Владимир Весёлкин, учинивший, возможно, первое стриптиз-шоу в истории отечественного ТВ (не на пустом месте журнал «Работница» назвал их глэм-глиттер-группой!). При всех абстракциях про мёртвого красного стрелка или вынесенного на обложку жеста Рот Фронт с «фигой» ясно, что эта пластинка полностью вписана в контекст эпохи. Понятно, что «Осколки» высмеивают эстетику широкого жеста. Понятно, что «Нэпман» рифмует Перестройку и эпоху НЭПа (сатира разом и над жадностью капитализма, и над утопичностью коммунизма), а в «Бомбах» Аукцыон аудиально реанимируют Марка Шагала, взирая с высоты птичьего полёта на изуродованную Афганистаном позднесоветскую повседневность. Но Аукцыон прорезали ткань реальности не только номенклатурно-советской, но и плохо влиявшей на кожу ткань русского рока, невольно выставив его на своём фоне ещё одной номенклатурой. Они, образно говоря, предатели русского рока. Аукцыон, как и некоторые другие артисты, «предали» русский рок совершенно случайно: просто сочинив и сыграв тот максимум, который другие не могли, вдруг стало ясно, что вчерашнее статус-кво сегодня уже пережиток. Даже местами близкий по груву «Радио Африка» Аквариума, выпущенный за пять лет до записи КЯСП, зазвучал так, будто вышел на двадцать лет раньше, — не в смысле, что Аквариум записывались в 1968-м, а в смысле, что Аукцыон звучали будто из будущего. При этом именно Аукцыон стал одной из редких перестроечных рок-групп, открывших настоящую поэзию — ту поэзию, которую от русского рока все и ждали: поэзию звука. Разве «Охотник» — не самое близкое к «Озарениям» Рембо произведение в русской литературе именно из-за музыки? Разве «Мальчик, как мальчик» не звучит как интро к «Акире», если бы он был снят «Союзмультфильмом» и посвящён бедолаге-пионеру Железкину, жертве советского эксперимента? Разве саундскейп песни «Вечер мой» не сокрушает тревогой, подобно картинам экспрессионистов? После этого альбома любое утверждение, что отечественная культура априори депрессивна и текстоцентрична, есть настоящее предательство русской культуры.

Open in Telegram
Views2,833+58%vs avg
Forwards36
Reactions84
Comments13

All posts

Connections