Следующий текст будет интересен майнерам, я знаю, вас есть у меня⛏
В профильном чате всплыла довольно любопытная юридическая конструкция из нашего любимого 282-ФЗ. Вопрос следующий: смогут ли российские майнеры после 1 июля 2027 года продавать добытые биткоины напрямую иностранным покупателям или им придётся проводить все сделки через российских регулируемых посредников?
Напомню, что Федеральный закон № 282 устанавливает общее правило: резиденты, не являющиеся организаторами обращения цифровых валют, должны совершать сделки через таких организаторов или непосредственно с ними. Однако в подпункте 3 части 1 статьи 30 предусмотрено специальное исключение для майнеров и организаторов майнинг-пулов. Они вправе совершать сделки с нерезидентами в отношении криптовалют, полученных в результате майнинга и не учитываемых на цифровых счетах и адресах, администрируемых цифровыми депозитариями.
И вот тут, как будто, есть коллизия.
Возникло мнение, что последнюю часть нормы следует понимать как разграничение по видам криптовалют. То есть, если Bitcoin входит в число активов, которые могут быть допущены к публичным организованным торгам в России, то его необходимо учитывать в цифровом депозитарии и продавать через российских посредников. А вот Litecoin или Dogecoin, не соответствующий критериям такого допуска, майнеры смогут спокойно продавать нерезидентам.
Мысль очень любопытная, но, все же кажется, что юридически - утопичная.
Во-первых, возможность депозитарного учёта не означает обязанности такого учёта. Закон не требует от майнера в обязательном порядке зачислять добытые биткоины в цифровой депозитарий. Если BTC находятся на собственном кошельке майнера, не администрируемом депозитарием, то условие статьи 30 об отсутствии депозитарного учёта соблюдается.
Во-вторых, допуск цифровой валюты к публичным торгам и её учёт в депозитарии - разные юридические конструкции. Статья 31 действительно устанавливает критерии допуска криптовалют к организованным торгам, однако исключение для майнеров статьи 30 к этим критериям не отсылает.
В-третьих, статья 31 прямо предусматривает возможность не только зачисления добытых криптовалют в цифровой депозитарий, но и их последующего вывода за пределы этой инфраструктуры. Пункт 11 части 5 позволяет зачислять добытые монеты на цифровой счет, а пункт 3 части 8 допускает перевод криптовалюты майнером на адрес, не администрируемый цифровым депозитарием. Правда, Банк России вправе устанавливать количественные ограничения на такие переводы.
Получается вот какая конструкция:
— Майнер добыл BTC и хранит их на собственном кошельке - специальное исключение для сделки с нерезидентом применимо.
— Майнер зачислил BTC в цифровой депозитарий - условие отсутствия депозитарного учёта больше не выполняется.
— Майнер вывел свои BTC обратно на собственный внешний адрес - и вот тут возникает вопрос: возвращается ли возможность совершать сделки с нерезидентами напрямую?
На мой взгляд, если трактовать закон буквально, то да, такая возможность есть. Законодатель использовал формулировку "не учитываемыми", а не "ранее не учитывавшимися". Следовательно, речь может идти о текущем состоянии актива, а не обо всей истории его нахождения в регулируемой инфраструктуре. Впрочем, это лишь моя интерпретация.
И как всегда - есть нюанс. Закон разрешает майнерам сделки именно с нерезидентами, а не любые сделки на иностранных торговых площадках. Если BTC продаются по прямому OTC-договору иностранной компании, всё относительно понятно. А вот если продажа проходит через биржевой стакан, возникает отдельный вопрос о том, кто юридически является контрагентом. Иностранная юрисдикция биржи сама по себе ещё не гарантирует выполнения условий исключения.
В сухом остатке, я пока не вижу в 282-ФЗ оснований утверждать, что российские майнеры обязаны продавать добытый Bitcoin исключительно через российские криптообменники. Но и не вижу оснований делить добытые криптовалюты на Bitcoin, который как будто бы нельзя продавать напрямую нерезидентам, и остальные монеты, которые как будто бы можно. Существенное значение здесь имеют происхождение криптовалюты, её фактический учёт и статус контрагента.
А вот возможность повторного применения исключения для майнеров после вывода BTC из цифрового депозитария - действительно интересный вопрос, заслуживающий отдельного разъяснения от ЦБ.
PERSHIKOV
