Кабинет

Посты канала Последний адрес

сначала новые

#422Фотоальбом

Переслано из лед под ногами

Без текста

Открыть в Telegram
Просмотры195−82%к среднему
Пересылки3
Реакции—
Комментарии—
Динамика просмотровСкрыть динамику

Рост просмотров

Часов после публикации

Показать таблицей
Часов после публикацииПросмотры
0 ч0
56 ч191
68 ч195
  1. Всего сейчас195
#421Фотоальбом

Переслано из лед под ногами

На фасаде жилого дома по Тверской улице, торжественно, в присутствии заместителя Мэра Москвы, открыли памятную доску жившему здесь ученому-экономисту Николаю Кондратьеву. На мемориальной доске написано: «В 30х годах ХХ века здесь стоял дом, в котором работал выдающийся экономист, основоположник теории экономических циклов Кондратьев Николай Дмитриевич» Ученый работает всегда, с этим не поспоришь. И даже в Бутырке, куда отсюда увезли Николая Дмитриевича, им была создана рукопись. Продолжал Кондратьев работать и в Суздальской тюрьме, куда отправился после приговора к 8 годам заключения. Там были написаны не только научные работы, но и романс для жены и сказка для дочери, где были такие строки: «Пусть цель нашего стремления Где-то очень далеко: Тот достоин преклоненья, Кто ей верит глубоко» И хотя Николай Дмитриевич практически отбыл свой срок, его не освободили, а расстреляли — 17 сентября 1938 года по приговору Военной коллегии Верховного суда СССР. Но эту подробность биографии выдающегося ученого не стали вспоминать на торжественной церемонии. Не пишет о ней и пресса, освещающая событие, приуроченное ко Дню экономиста. «Я поставлен в безвыходное положение. Развертывается волна невиданных преследований. В деревне террор и ужас. В городах насилие и издевательство; от интеллигенции требуют публичного покаяния, отказа от всех своих взглядов, раболепства и т.д. Кругом паника. Быстро растут самоубийства. Большинство сдается. Отказывающихся единицы, и участь их ужасна…» Это строки из письма Николая Кондратьева другому ученому, своему другу юности, социологу и культурологу Питириму Сорокину, написанные в 1930 году. Дальше Кондратьев пишет: «Сейчас лишили меня всякой работы. В наших условиях это голодная смерть. В ближайшем будущем, если я не сдамся, будет неизмеримо хуже. Что именно, я не знаю, но может быть все, что угодно, решительно все, что угодно... Хочу надеяться, что ты поймешь меня, бросишь все и сделаешь все, что только в силах человека. Речь идет буквально о моем физическом и моральном спасении». Письмо было тайно переправлено в США через Финляндию. Но изгнанник, выдворенный из страны вместе с другими известными деятелями науки и культуры в 1922 году, уже никак не мог помочь другу.   «Мы вспоминаем Николая Дмитриевича не только как великого ученого, но и как человека, который остался верен Родине, своим убеждениям и научной истине до конца. Открытие памятной доски — признание его заслуг и знак того, что Россия и Москва помнят свои великие умы. Пусть она напоминает, что российская экономическая мысль была и остается частью мировой науки на ее передовых рубежах» — сказала на торжественной церемонии открытия мемориальной доски убитому ученому Мария Баргеева, заместитель Мэра Москвы.   Кондратьева арестовали по громкому делу «Трудовой крестьянской партии». Такой партии никогда не существовало в реальности. Это была вымышленная ОГПУ подпольная вредительская организация, и по полностью сфабрикованным делам было арестовано больше тысячи человек — все они были реабилитированы после пересмотра дела в 1987 году.   В 1930 году в США было основано Экономическое общество (The Econometric Society), международная ассоциация экономистов. В 1933 году Николай Кондратьев, уже находясь в тюрьме, был избран действительным членом Экономического общества. Международное признание такого уровня стало огромной моральной поддержкой для ученого, но никак не повлияло на его палачей.   Табличка «Последнего адреса» исчезла со стены дома на Тверской в 2023 году вместе с памятными знаками директору МХАТа Якову Боярскому, юристу Николаю Попову, экономисту Иосифу Гольденбергу, связисту Исидору Членову. И только усилиями волонтеров картонные дубликаты знаков, напоминающие о расправе над невиновными людьми, снова и снова появляются на стене… #лпн_улицы

Открыть в Telegram
Просмотры194−82%к среднему
Пересылки3
Реакции47
Комментарии0
Динамика просмотровСкрыть динамику

Рост просмотров

Часов после публикации

Показать таблицей
Часов после публикацииПросмотры
0 ч0
56 ч190
68 ч194
  1. Всего сейчас194
#420Текстизменён
Просмотры212−80%к среднему
Пересылки2
Реакции22
Комментарии0
Динамика просмотровСкрыть динамику

Рост просмотров

Часов после публикации

Показать таблицей
Часов после публикацииПросмотры
0 ч0
56 ч208
68 ч212
  1. Всего сейчас212
#419Фотоизменён
Просмотры420−61%к среднему
Пересылки8
Реакции47
Комментарии0
#418Фотоальбом

Переслано из лед под ногами

Без текста

Открыть в Telegram
Просмотры566−48%к среднему
Пересылки6
Реакции—
Комментарии—
#417Фотоальбом

Переслано из лед под ногами

Без текста

Открыть в Telegram
Просмотры575−47%к среднему
Пересылки6
Реакции—
Комментарии—
#416Фотоальбом

Переслано из лед под ногами

Без текста

Открыть в Telegram
Просмотры480−56%к среднему
Пересылки6
Реакции—
Комментарии—
#415Фотоальбом

Переслано из лед под ногами

Без текста

Открыть в Telegram
Просмотры485−55%к среднему
Пересылки6
Реакции—
Комментарии—
#414Фотоальбом

Переслано из лед под ногами

«Дом Ино» — так называли дом, расположенный по адресу улица Орджоникизде, 5, корпус 3. Четырехэтажный кирпичный дом строили вместе с Московским заводом револьверных станков, известным потом как Московский станкостроительный завод имени Серго Орджоникидзе. Решение о строительстве завода было принято в 1929 году, и это кардинально изменило облик некогда глухой городской окраины, до этого видавшую только огороды Донского монастыря. Участок в 22 гектара выделили московские власти для будущего индустриального гиганта. Завод должен был усилить обороноспособность страны, хотя название «револьверный» не имело отношения к производству оружия. Revolve по-английски значит «вращать», и револьверные станки позволяли работать сразу с несколькими инструментами, просто поворачивая насадку, что экономило время. Мало было построить цеха — нужно было еще завезти оборудование из-за рубежа. Первоначально завод укомплектовывался исключительно импортной техникой — английской, американской, швейцарской, но большей частью немецкой. Многие станки были в новинку и в Европе. По договоренности с фирмами-поставщиками оборудования, в Москву приехали специалисты, чтобы провести монтаж и наладку техники, и обучить работе на ней. Специально для иностранцев и был построен дом рядом с заводом, отсюда и такое необычное название, в духе модных тогда сокращений — «Дом Ино». Дом добротный, с газом, водопроводом и всеми удобствами, поскольку договор с поставщиками предусматривал комфортабельное жилье для сотрудников. На Станкострое таким образом возникла иностранная колония, состоявшая из инженеров, техников, наладчиков, и не только. Здесь же поселились политэмигранты, приехавшие строить социализм из Венгрии, Румынии, Германии. Многие из них участвовали в строительстве завода и жилых корпусов, а потом и сами работали на новом предприятии. Заводская газета-многотиражка даже завела специальную немецкую страничку. К середине 1930-х на Станкострое остались только те, кто принял решение выбрать Советский Союз страной постоянного проживания и принял советскую действительность. В цехах завода проводились стахановские пятидневки, и имена иностранных передовиков производства попадали на страницы «Комсомольской правды» и брошюры «Стахановцы Станкозавода». Жители дома благоустроили территорию двора, разбили клумбы, обустроили волейбольную площадку, а зимой заливали каток. Культурная жизнь тоже была бурной, на Станкострой приглашали певца Эрнста Буша, здесь выступала и звезда немецкого экрана и сцены, муза Бертольда Брехта, Карола Нейер. Вместе с мужем, румынским инженером-конструктором Анатолем Беккером, она приехала в СССР в 1933 году, где Беккер устроился на Станкостроительный завод контролером-инженером. В 1937 по всей стране шла волна так называемых «национальных» операций НКВД. 20 июля Сталин пишет записку к постановлению Политбюро ВКП (б), с которой и начались репрессии против немцев: «Предложить т. Ежову дать немедля приказ по органам НКВД об аресте всех немцев, работающих на оборонных заводах (артиллерийские, снарядные, винтовочно-пулеметные, патронные, пороховые и т.п.), и высылке части арестованных за границу». Многие жители «Дома Ино» попали под каток репрессий. 16 табличек с именами жертв напоминают об этой трагедии. Появились эти знаки благодаря учителям истории и выпускникам школы этого района. Они же проделали большую работу по поиску информации, документов, фотографий. Благодаря этим усилиям внук одного из погибшего, Эвальда Риппергера, живущий в Германии, десять лет назад приехал в Москву, чтобы принять участие в церемонии установки памятного знака своему деду. #лпн_улицы

Открыть в Telegram
Просмотры454−58%к среднему
Пересылки6
Реакции38
Комментарии0
#410Фотоальбом
Просмотры2 403+121%к среднему
Пересылки11
Реакции84
Комментарии0
#409Превью ссылки
Просмотры1 327+22%к среднему
Пересылки19
Реакции80
Комментарии0
#404Фотоальбом
Просмотры965−11%к среднему
Пересылки5
Реакции84
Комментарии0
#403Текст

Переслано из 29 октября live — Возвращение имен

Без текста

Открыть в Telegram
Просмотры1 048−4%к среднему
Пересылки9
Реакции45
Комментарии0