Норин

Когда Василий Шуйский протолкнул в патриархи казанского митрополита Гермогена, он совершенно не имел в виду каких-то возвышенных соображений; просто Гермоген был жестким противником Лжедмитрия, ну, и Шуйский считал, что полезно иметь такого на ответственном посту из политического интереса. На самом деле, это была лучшая кадровая идея Шуйского за все его недлинное по срокам и катастрофическое по результатам правление. Потому что Гермоген оказался твердым как посох принципиальным человеком, бескомпромиссным и стойким. Что оказалось чрезвычайно полезно всей стране, когда всё пало в полное ничтожество. И вот этот железный дед Лже-Первому ку не делал, а второго Лже- вообще в гробу видел, а поляков с их проектами - еще и в белых тапках. Хотя ему реально угрожали, и всячески гнули, а он всех проклинал и требовал восстановить государство и найти ему нормального местного царя, или заставить внешних претендентов перекреститься в православие, а не пытаться обслуживать всех вот этих [длинный список прилагается]. В итоге его публицистические упражнения оказались очень полезными для идеологического оформления обоих ополчений и в итоге освобождения страны. При том, что умереть ему пришлось, еще этого не видя, в окружении врагов, и только с верой в то, что все будет правильно. Которая вера в нем была вообще непрошибаема. Я, честно, думаю, если бы Христос велел походить по воде ему, вот он бы не облажался. Старая православная железная палка. Пастырь плохих времен. Сломаться лучше, чем согнуться.

Якубович передаст армии два танка и почти три тысячи единиц оружия из музея "Поля чудес" Леонид Якубович принял решение передать на нужды российской армии всё оружие из музея шоу "Поле чудес". По словам Якубовича, арсенал музея включает в себе почти три тысячи единиц оружия и два танка Т-90. Такое заявление телеведущий сделал на фоне внесения его в базу данных ГУР Минобороны Украины. "Не все подарки от гостей мы могли афишировать. Теперь их время настало", — заявил Якубович.

Русская смута. Часть I. Время Бориса-царя Евгений НОРИН @norinea пишет, что время Бориса Годунова стало самым недооцененным в русской истории Читать на сайте Смута начала XVII века стала одним из определяющих сюжетов русской истории. Сменилась династия, Русское государство пережило бури века и смогло идти дальше — хотя были большие сомнения в том, что оно вообще уцелеет и не скатится в статус третьеразрядной периферии. Хотя в узком смысле Смута касается в первую очередь событий начала XVII века, от прихода к власти Бориса Годунова до замирения со Швецией и Польшей и утверждения на престоле Романовых, начать эту историю лучше с более раннего периода. Случайный царь Федор Иванович, сын Ивана Грозного, не должен был становиться царем. Он был третьим (и вторым, пережившим собственное детство) сыном царя и Анастасии Романовны, в девичестве Захарьиной-Юрьевой. Анастасия, добрая и психологически устойчивая, была прекрасной парой для того, мягко говоря, сложного человека, которым был царь Иван IV. К несчастью для Ивана, всей своей семьи, а возможно и всей страны, Анастасия умерла, когда Федору было всего три года. Основным наследником считался его старший брат Иван. Деятельный, взросший в атмосфере придворной жизни, он, пойди все как надо, стал бы государем в 30 лет, цветущий возраст. Однако 29 ноября 1581 года Иван Иванович умирает. Обстоятельства этой трагедии до конца неясны. Великая картина Репина демонстрирует только одну из версий случившегося. Что убило царевича на самом деле — болезнь, удар, нанесенный ему отцом, сочетание нескольких факторов — не выяснено до конца, и вряд ли когда-то станет известно с абсолютной точностью. Факт состоит в том, что Иван скончался, и наследником неожиданно оказался Федор. Федор воспитывался, можно сказать, по остаточному принципу. Как политическую фигуру его не рассматривали; излишняя самостоятельность при живом Иване была бы как раз дестабилизирующим фактором. Самый младший царевич, Дмитрий, родился в 1582 году, уже после смерти отца. Словом, Федору реальной альтернативы на престоле не было. Маленькая проблема состояла в том, что он совершенно не имел вкуса к государственным делам. Его называли умственно отсталым. На самом деле, если отрешиться от априорных оценок, мы не увидим никаких патологических черт. Федор действительно предпочитал церковь и вообще духовную жизнь, он был по уши погружен в молитвы и религиозные церемонии, хорошо разбирался в церковной музыке — сам умел и любил звонить в колокола. При этом он не был чужд простых человеческих радостей — пиры, кулачный и медвежий бой, музыка — короче говоря, ничего действительно ненормального в его поведении не было, как нет патологии в поведении обычного современного гика или даже хиппи, который предпочитает карьере какие-то другие вещи. Переучивать Федора было бессмысленно: когда умер Иван, ему уже было 24 года, вполне состоявшаяся личность. Полный текст на сайте РЕПОРТЁРОВ Сайт | Telegram | ВК | RuTube |YouTube | Max

Ладно, патриотизм не пошатнулся.

К истории на Украине Вот когда мы про это все говорили, то в ответ слышали, что это туфта и "распятый мальчик". И вот сами украинцы выводят из пыточного подвала в буквальном смысле мальчика, который выглядит так, будто его там распяли.

Кстати, Хеллоуин приходит в гости и ко вражеским комбатантам. Спасибо и анониму, кинувшему 100 000 рублей. Мы покупаем теплак и уже смотрим в таблицу по поводу следующих в очереди заказов - а там мерзкое, летающее, жужжащее - и сулящее кое-кому воистину фатальные последствия.

Зачем рейв в ргб, я тоже не понял. Но честно говоря, столько всего уже назапрещали, что чисто по принципу пусть хоть что-то не запретят, это ок

Борцуны с хеллоуином слабоумные, кстати.

Собираем на теплак в одно из подразделений. Осталось около 100к. Можно и дело доброе сделать, и поучаствовать в розыгрыше прикольного приза от дроноводов. Участвуют все донаты от 500 рублей. Задонатил косарь - шансов больше в два раза. Два - в четыре, и так далее. Итоги подведем уже скоро. В дело идет каждый рубль. 4276380188155837 - Сергей.

Шейла Фицпатрик, "Кратчайшая история Советского Союза" Фицпатрик - австралийка, занимающаяся изучением истории СССР с 60-х годов, она очень много пишет про Союз, много бывала и в СССР, и в России. Короче говоря, это тот случай, когда с одной стороны, не хочется ругать, а с другой - не скажешь "не судите строго", с чего бы не судить строго человека, который посвятил вопросу более полувека жизни. Причем у Фицпатрик хватает совершенно серьезных и очень хороших работ по истории СССР. И вот тут начинаешь откровенно хмыкать. Сразу скажу, Фицпатрик поставила себе чрезвычайно амбициозную задачу. Вбить в 250 страниц чистого текста (на взгляд тысяч 300 знаков, остальное - иллюстрации, литература и пр.) ей предстояло семидесятилетнюю историю Союза, плюс кратенько последние годы империи и РФ до 2022 года. Насколько плотно была насыщена событиями история СССР, даже говорить не приходится, по большому счету, 300 тысяч знаков может занять аннотация его полноценной истории. Поэтому потери были неизбежны. Не надо думать, что короткую книгу написать легче, чем длинную; часто все ровно наоборот. Так что все ниже воспринимайте с этой поправкой: планку она сразу себе задрала очень высоко. Фицпатрик явно стремилась создать не столько точную работу, сколько увлекательную. Адресат совершенно понятен - люди, для которых наша история вообще не предмет интереса, кто хотел бы за 1-2 вечера получить представление о предмете. Тут я с легким ужасом узнаю собственную манеру, потому что в большинстве случаев именно такова моя аудитория и цель. И я думаю, что с этой точки зрения текст бьет в десяточку. Она динамичная, даже задорная, легко понять, почему она стала бестселлером на западе... ...Но для российского читателя она выглядит как собрание общих мест. Фицпатрик с лихостью программы "Намедни" сочетает факты с человеческими моментами, вплоть до исторических анекдотов. При этом она, к большой чести, не забывает подчеркнуть некоторые не очевидные для тамошнего читателя особенности - например, тот факт, что ранний СССР поощрял рост национального самосознания (у автора даже жестче - нерусский национализм) на окраинах - он, вероятно, выглядит для тамошнего читателя максимально неожиданно; тут автор даже подчеркивает, что СССР не был империей в том понимании, которое было принято на западе, и стрелы, которые мечут в Советский Союз, в этом отношении сильно мимо цели. Тут другой вопрос, что если об этом напишет кто угодно в России, спросят, а в чем шлягер-то, это же очевидно. Очень многие вещи крайне упрощены; иногда довольно удачно (запутка с Распутиным двумя словами, но дает понять, о чем речь), иногда настолько, что это очень сильно смещает фокус. Простой пример. Гамсахурдия описывается как бывший диссидент, которого сменил бывший глава МИД СССР Шеварднадзе. Это формально чистая правда, но представьте, что об истории Германии сказано, что страну возглавил бывший художник и ветеран Первой мировой, которого сменил экс-мэр Кельна. Формально это соответствует биографиям Гитлера и Аденауэра, но чего-то явно не хватает. Но ладно Гамсахурдия - это как бы формально уже на краю, а то и за пределами темы разговора. Но вот описание событий Карибского кризиса, например, просто катастрофически плохо, буквально "все было наоборот" - а ведь Карибский кризис, мягко говоря, не был незначительным событием для СССР. То, что космическая программа уложилась в одно предложение (вот Спутник, вот Гагарин) - это я понимаю, ограничения формата, а вот тут просто косяк, причем принципиальный. В этом смысле интересен поглавный список дополнительной литературы. Он явно не исчерпывающий, но избранная библиография такова. Так вот, к главе, посвященной революции и Гражданской войне, приложен список из четырех позиций: работа Роберта Хендерсона о Ленине в Лондоне, Пайпс, "Ленин в Цюрихе" Солженицына и "Записки о революции" Суханова. Ей-Богу, неужели топ-4 может выглядеть так! Главный вопрос - и, как следствие, главный недостаток этой книги - кто мешал взять в качестве консультанта человека, который бы смог адаптировать книгу для нашего читателя, серьезно ее дополнив - при участии, конечно, автора. Научным редактором значится некий Никита Ломакин (прим.: не историк блокады Ломагин). Такой человек с более-менее подходящим бэкграундом мне известен только один - сотрудник "Мемориала", и видимо, он и есть. Ну, и получилось то, что получилось. Зачем было не взять, я не знаю, кого-то с "Цифровой истории" хотя бы для равновесия, неизвестно. Мне кажется, это бы серьезно могло усилить книгу. Причем - снова похвалю - чувствуется, что автор очень старается давать картинку не из-под пробкового шлема, а представить еще и взгляд внутренний. Начиная от проблемы образа СССР как империи, и заканчивая констатацией, что Горбачев в русской истории народом вовсе не воспринимается как хороший парень, и к тому есть основания. За это огромный плюс, в том числе и в первую очередь с учетом целевой аудитории. В текущем варианте ощущения остаются максимально странные. Это книга, написанная человеком, которому безусловно интересна тема; и она совершенно необязательна на русском языке для русской и русскоязычной аудитории. Ее стоило бы серьезно доработать за счет усилий российских специалистов, и было бы желание, такие бы легко нашлись - повторюсь, несмотря на все проблемы, Фицпатрик производит впечатление человека, которому интересно; а ее имя само по себе гарантировало бы желание многих толковых людей с книгой поработать. Но вот есть то, что есть. Эта книга деконструирует мифы, но не те, которые есть у нас; она сообщает много интересных фактов, но совершенно не таких, какие были бы реально любопытны для тех из нас, кто хотя бы освоил школьную программу. Прикольно, но на русском языке смотрится как посылка не по адресу.