Posts of ВнешнийВраг

Поздравляем, друзья!

"Что может Германия еще сделать? Я думаю, что мы делаем уже многое". Мерц ушел от ответа на вопрос о новой помощи Берлина Киеву. И разрыдался.

Вот так непринужденно мы и добрались добрались до темы выборов в США, за которыми мы пристально наблюдаем в текущем режиме.

Креативные хулиганы из Творческого объединения «Синяя пляшечка» были обязаны на это отреагировать. 🍿И они отреагировали. #синяяпляшечка

Не согласны с Ниной. Категорически. Эмблема действительного организатора всего этого чудовищного беспредела выглядит так. 👇

Касательно пыточный в Киеве На фото организация данной «конторы» 🇷🇺 NinaVatt в Мax

Будни эстонского гестапо, товарищи. Ранее мы писали об этом случае. И опять никому не стыдно. Это норма для цивилизованной и просвещенной Европы.

Вывесившего плакат "смерть фашистской гадине!" жителя Эстонии заставили извиняться Под угрозой преследования антифашист "раскаялся", сообщила полиция. В ответ возбужденное дело прекратили. Плакат же эстонские "правоохранители" уничтожат. "Извините, фашистская гадина". Подписывайтесь на Baltnews в MAКС

Hello, America, how are You?

Новость про пыточную тюрьму под Киевом - это просто плевок в лицо «миротворцам» из Евросоюза. Женщина-врач Молодая сразу же в списки запрещенного «Миротворца» попала. И, что характерно, никаких выводов снова не будет. Хоть ковш расплавленного чугуния на голову вылей - все Божья роса.

Там правда нюансик "малюсенький" был, о котором Рыжему не поведали. США потеряли во Вьетнаме около 10 000 летательных аппаратов, из них 2 500 (плюс-минус) были не вертолеты а всякие истребители, бомбардировщики и пр. А все почему, а потому что у Вьетнама были свои ВВС а еще на земле были Советские специалисты на новейших тогда ЗРК С-75, которые сбили свыше тысячи самолетов ВВС и ВМС США. Но Рыжему не известно об этом, о всяких Лайнбекерах-2 и пр. Он честно жил ухилянтом, о которых так самозабвенно спел Джон Фогерти в бессмертной Fortunate Son.

⚖️ Главред The Insider* Роман Доброхотов** заочно приговорен к 5,5 года колонии по обвинению в организации деятельности нежелательной организации на территории РФ, сообщили в прокуратуре. *Включен в перечень нежелательных организаций, в реестр иноагентов **Признан в РФ иноагентом ✔ Подпишись на ТАСС в "Максе"

Начало выше🔼 Кейс Тачи: приговор, «не отражающий чувства народа» И кейс Младича, и кейс Тачи отражают столкновение коллективной памяти этнического сообщества с памятью правовой. Однако во втором случае мы наблюдаем значительно более сглаженную реакцию на оспаривание правовой памяти со стороны ее основной группы-носителя — еврочиновников. 16 сентября 2026 г. Специальный суд по Косову в Гааге приговорил экс-президента непризнанной республики Хашима Тачи к 25 годам лишения свободы. Вместе с ним были осуждены его соратники — бывшие спикеры парламента Якуп Красничи и Кадри Весели, а также экс-депутат от партии «Самоопределение» Реджеп Селими (приговорены к 25, 18 и 13 годам тюрьмы соответственно). Согласно обвинительному акту, все четверо являлись членами АОК и в качестве таковых несут ответственность за преступления, совершенные в контексте не носящего международный характер конфликта в Косове. Они признаны виновными в военных преступлениях, включая незаконное задержание, жестокое обращение, пытки и убийства. Обвинения в преступлениях против человечности были сняты, поскольку прокуратура не смогла доказать «широкомасштабных и систематических атак против гражданского населения». Суд также отметил, что процесс не предполагал оценки легитимности АОК и поставленной ею цели создать независимое Косово. Реакция албанской общественности на приговор Специального суда Косово, власти которого выделили на защиту четырех обвиняемых 28,47 млн евро, ожидаемо оказалась негативной. В Ассоциации ветеранов АОК суд назвали «преступным», заявив, что судьям «удалось удовлетворить интересы Сербии и России». Премьер-министр Альбин Курти заявил: «Осуждение и такое суровое наказание для четырёх бывших лидеров ОАК — это неприемлемая несправедливость, большое и вредное наказание. Приговор, возможно, был формально вынесен от имени народа Косово, но эта пустая формула не должна путаться с чувствами народа». И.о. президента Косово Альбулена Хаджиу была несколько сдержаннее в оценка и, призвав всех к «миру, спокойствию и единству», отметила, что судебный процесс еще не завершен. Поддержку косоварам выразил спикер парламента Республики Северная Македония Афрым Гаши обозначивший, что «для албанского народа они были и остаются освободителями Косово». Парламент Албании дважды в феврале 2026 г. (в преддверии приговора) и в сентябре 2026 г. (уже после его оглашения) принимал декларацию о невиновности бывших лидеров АОК. Сразу после оглашения приговора бывшим лидерам АОК беспорядки вспыхнули в Гааге и в самом Косово. Сторонники Тачи и сотоварищей блокировали движение, запрыгивали на микроавтобусы и вступали в столкновения со спецназом. Албанская диаспора продемонстрировала впечатляющую солидарность: акции в поддержку осужденных прошли в Австрии, Германии, Канаде, США, Хорватии, Швейцарии. Протестующие в Приштине попытались взять штурмом миссию ЕС по верховенству права (EULEX). Тот факт, что атака оказалась направлена именно на представительство ЕС, а не на здание суда или правительства Косово, отражает восприятие EULEX как инструмента несправедливого правосудия, ассоциируемого с Брюсселем. Однако, в отличие от похорон Младича, попытка нападения на представительство ЕС в Приштине не вызвала сопоставимой реакции еврочиновников высшего уровня. Официальных заявлений с осуждением насилия со стороны руководства ЕС не последовало. При том, что EULEX остается ключевым элементом миссии, мнемонический вызов, брошенный протестующими, был проигнорирован. Выводы События сентября 2026 года продемонстрировали, что международное правосудие неспособно завершить конфликт интерпретаций югославских войн — оно лишь открывает его новую фазу. Приговоры МТБЮ и Специализированных палат, будучи правовой памятью, сконструированной внешними силами, не становятся разделяемой памятью сообществ. Вместо этого они опровергаются через ритуальные практики — государственные похороны в Белграде и массовые протесты в Приштине, — которые перекодируют осуждённых из «преступников» в «героев» и «жертв». Называя коммеморативные мероприятия вокруг Младича несовместимыми с европейскими ценностями, Брюссель использует публичное осуждение как рычаг давления на Сербию, чьи переговоры о вступлении в Евросоюз были фактически заморожены с 2021 г. при сохранении статуса страны-кандидата в ЕС. В свою очередь, игнорирование массовых протестов в Приштине обусловлено нежеланием публично признать факт атаки на собственную миссию (EULEX) со стороны тех, чьи сепаратистские движения в отношении Сербии ЕС последовательно поддерживал. Асимметричная реакция Брюсселя на попытки обеих этногрупп отстоять свою коллективную память в противовес правовой объясняется не различием в юридической природе трибуналов, а разницей в политической роли Сербии и Косово для ЕС: Сербия — объект давления, Косово — объект опеки. Это не случайность, а воспроизводимая модель: там, где Брюссель имеет рычаги, он требует «правильной» памяти; там, где он несет ответственность, выбирает молчание. Однако, даже будучи объяснима, вышеозначенная асимметрия подрывает нормативную легитимность ЕС на Балканах и создаёт пространство для альтернативных вариантов работы с исторической памятью. Для России это означает возможность расширения российско-сербского «альянса памяти» через инструменты «мнемонической дипломатии»: содержательное наполнение меморандумов, подписанных Национальным центром исторической памяти при Президенте РФ (НЦИП) с Сербской академией наук и искусств (САНУ) и Мемориальным комплексом Ясеновац, научные конференции, работу с диаспорой и молодёжью. Балканский кейс может стать тестом на способность российской модели работы с исторической памятью предложить убедительную рамку для осмысления травматичного прошлого, отличную от европейской правовой памяти. Анастасия Понамарёва для проекта ВнешнийВраг

Начало выше🔼 Кейс Младича: похороны, «приостановившие движение Сербии к Евросоюзу» 22 ноября 2017 г. МТБЮ признал Ратко Младича виновным в «геноциде и преследованиях, истреблении, убийствах и бесчеловечном акте насильственного перемещения в районе Сребреницы в 1995 г.; в преследованиях, истреблении, убийствах, депортации и бесчеловечном акте насильственного перемещения в муниципалитетах по всей БиГ; в убийствах, терроре и незаконных нападениях на гражданских лиц в Сараево; и во взятии в заложники персонала ООН». Приговор, предполагавший пожизненное заключение, был подтверждён апелляционной инстанцией в 2021 г. Младич скончался в гаагской тюрьме 27 августа 2026 г. Разброс реакций на его смерть стал наглядным подтверждением того, что никакой вердикт никакого международного трибунала черту под трагедией 30-летней давности подвести не в состоянии. «Смерть не приносит прощения. Не исчезают массовые захоронения, не возвращаются убитые дети, отцы, матери, братья и сестры. Остаются лишь позор, приговор и кровавый след преступления», — написал в соцсетях боснийский министр обороны Зукан Хелез. В свою очередь, экс-президент Республики Сербской Милорад Додик заверил, что она не забудет роль генерала и, «несмотря на политику Сараево и давление Запада, останется верна делу Ратко Младича». Тело Младича доставили в Белград спецбортом сербского правительства. Покрытый государственными флагами Сербии и Республики Сербской гроб сопровождал (помимо родственников генерала) глава Минюста Сербии, а от самолета к катафалку его несли солдаты почетного караула сербской армии. Прошедшая 7 сентября панихида собрала несколько тысяч человек, включая официальных лиц и ветеранов югославских войн. Хотя Александр Вучич на похоронах не присутствовал, сославшись на переговоры с главой Узбекистана Шавкатом Мирзиёевым, со стороны представителей ЕС в адрес руководства страны посыпались обвинения в возвеличивании «военного преступника», способном нанести ущерб планам евроинтеграционным устремлениям Белграда. Председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен в соцсетях назвала элементы официальной поддержки похорон Младича «глубоко прискорбными» и противоречащими «ценностям, на которых основан путь Сербии в ЕС». Ее поддержала комиссар ЕС по вопросам расширения Марта Кос, отменившая запланированный визит в Белград. Отпевание Младича совершил глава Сербской православной церкви (СПЦ) патриарх Порфирий. В заявлении СПЦ, опубликованном накануне, генера-полковник был назван просто «православным христианином и сербским солдатом». Как обозначило болгарское информационное агентство BGNES: «Эти тщательно подобранные слова совершили знаковую трансформацию. Они изъяли Младича из зала суда и вернули его нации. Они заменили язык геноцида, преследований и убийств языком веры, военной службы и принадлежности. Уголовный приговор исчез; остался сербский солдат». В текущей конъюнктуре фигура Младича используется как символ пророссийского ревизионизма, что усиливает остроту европейского осуждения. При этом европейские институты адресуют свои претензии преимущественно государственным структурам и СПЦ, хотя основным носителем «прославления» Младича выступило само общество. В таком контексте давление на сербов со стороны ЕС укрепляет нарратив о предвзятости внерегиональных игроков по отношению к сербскому народу и отчасти маргинализирует прозападные силы, которые могли бы представить менее этноцентричную версию истории югославских войн. Столь резкая реакция именно болгарского СМИ — неслучайна: она отражает устойчивое неприятие проекта «Сербского мира» Болгарией, подкрепленное многолетними церковными (конкуренция за православное население Республики Северная Македония) и территориальными (статус так называемых Западных окраин) спорами.  Окончание ниже🔽

Начало выше🔼 Правовая память и соревнование жертв При создании МТБЮ предполагалось, что с завершением судебных преследований собранные данные будут переданы в Отдел по менеджменту архивов и документов ООН в Нью-Йорке. Однако задачи апелляционного производства и защиты свидетелей, сохранившие актуальность и после заключительного процесса, потребовали управления архивами как судебными (а не историческими) записями. Эти функции перешли к Международному остаточному механизму для уголовных трибуналов — институту, созданному в 2010 г. Разделяя подход британского специалиста по вопросам переходного правосудия Кристен Кэмпбелл, мы полагаем, что архив МТБЮ «не пассивно записывает воспоминания, а активно конструирует память как объект в настоящем через свою юридическую, международную и переходную структуру». «Правовой архив строит память через интерпретативные шаблоны права, делая ее тем самым, прочной надписью (durable inscription). Он создаёт «память» как «объект» в правовой форме». При этом, это создание — не просто диахроническое движение прошлого в настоящее. Скорее, это движение всегда устремлено в будущее, поскольку оно включает будущее коллективности. В той же теоретической рамке мы рассматриваем деятельность Специализированных судебных палат и специализированного офиса прокурора по Косово. При этом необходимо оговориться, что формально МТБЮ и Специализированные палаты не находятся в иерархической связи. Однако между ними существует некоторая преемственность: дела о преступлениях АОК, не завершенные МТБЮ, фактически перешли к Специализированным палатам, созданным на основе доклада Дика Марти, который, в свою очередь, опирался на материалы бывшего прокурора МТБЮ Карлы дель Понте. При этом МТБЮ, утвержденный резолюцией СБ ООН, действовал от имени всего международного сообщества, а Специализированные палаты были сформированы совместно Косово и ЕС и фактически представляют собой международный суд внутри национальной системы. В области работы с прошлым деятельность международных трибуналов обычно ориентирована на создание сообщества разделяемой памяти. Тем не менее, склонность большинства постъюгославских республик виктимизировать национальную идентичность препятствует аполитичной мемориализации примирения на основе признания страданий каждой из вовлеченных в конфликт этногрупп. Последние ведут непрерывное соревнование за статус «самой большой жертвы». Это проявляется и в переосмыслении наследия Второй Мировой войны, и интерпретации событий 1990-х годов. Пока травмы, пережитые в прошлом, служат обоснованием морального превосходства в настоящем, общество остается заложником «войн памяти». Приговоры международных трибуналов, таким образом, не прерывают конфликт интерпретаций, а встраиваются в него — в качестве «внешнего» акта, который можно опровергнуть через ритуал. В данном контексте народные похороны осужденного МТБЮ генерал-полковника Младича и массовые протесты недовольных гаагским правосудием сторонников Тачи допустимо рассматривать в качестве ритуальных практик. Данные практики телесно и публично отвергают судебные нарративы, переводят осужденных из разряда «преступников» в разряд «героев / жертв» и создают альтернативную иерархию памяти. В докладе Дика Марти «Бесчеловечное обращение с людьми и незаконная торговля человеческими органами в Косово», представленном 12 декабря 2010 г. на заседании комитета Совета Европы по юридическим вопросам и правам человека в Страсбурге, сообщалось, что после войны 1999 г. в Косово и Албании действовала сеть неофициальных лагерей, где боевики АОК, связанные с группировкой «Дреница», содержали пленных сербов, а также албанцев, считавшихся «предателями». Также в докладе содержались сведения о пытках и убийствах, незаконном извлечении органов у части заключённых для последующей продажи на чёрном рынке; подчёркивалось, что эти преступления были системными и сопровождались похищениями сотен людей, запугиванием свидетелей и фактическим замалчиванием со стороны международных структур; обозначалась необходимость проведения независимого расследования.  Продолжение ниже🔽

А.М. Понамарева, кандидат социологических наук, старший научный сотрудник Центра междисциплинарных исследований ИНИОН РАН «Несовместимо с европейскими ценностями»: Младич, Тачи и войны памяти на Балканах Два события сентября 2026 г. — похороны осужденного за геноцид в Сребренице генерал-полковника Ратко Младича и приговор лидерам Армии освобождения Косово (АОК) в Гааге — спровоцировали очередной виток войн памяти на постъюгославском пространстве. Международные трибуналы обладают качествами мнемонических акторов, производя «правовую память» через фиксацию определенных исторических нарративов в своих приговорах. Однако сконструированная на институциональном уровне, внешними силами (или при активном посредничестве последних) правовая память не обязательно разделяется теми сообществами, которым адресована. Проблема ее несоответствия сформировавшейся «снизу» коллективной памяти особенно остро проявляется на территории Западных Балкан в моменты, когда государства пытаются выстроить общую повестку — будь то в рамках европейской интеграции или же в контексте регионального партнерства. Уже одна эта коллизия могла бы стать поводом к сравнительному анализу мнемонических стратегий сербов и албанцев в условиях столкновения этнических версий истории с правовой памятью, насаждаемой внешними игроками. Однако дополнительную актуальность сюжету придает асимметричная реакция ЕС на несогласие этногрупп с вердиктами международных трибуналов. В то время как организация торжественных похорон Младичу спровоцировала волну критики Белграда со стороны Еврокомиссии (вплоть до отмены визита Марты Кос в столицу Сербии), атака косовских албанцев недовольных приговором Хашиму Тачи на представительство EULEX в Приштине не получила сопоставимой реакции. Так почему же борьба одной этнической группы за собственный исторический нарратив, противоречащий правовой памяти, осуждается Брюсселем, а аналогичные действия другой группы — игнорируются? Для современной России анализ этого противоречия имеет не только академическое, но и прикладное значение. Западные Балканы в новом геополитическом противостоянии остаются зоной культурного пограничья, где сталкиваются интересы «великих держав». Кейсы Младича и Тачи обнажают механизмы, посредством которых внешние игроки конструируют правовую память, претендующую на универсальность, и одновременно демонстрируют хрупкость этой конструкции при столкновении с коллективной памятью сообществ. Для России это открывает возможность не только расширить тематический охват существующего «альянса памяти» с Сербией, но и отработать инструменты «мнемонической дипломатии», которые в перспективе могут быть востребованы в других постконфликтных регионах Евразии, где также идет борьба за контроль над историческим нарративом. Продолжение ниже🔽

🇬🇪 🇪🇺 🇷🇺 Грузины — мудрые люди. Они не хотят быть пушечным мясом Запада, заявил РИА Новости экс-генсек ОДКБ Бордюжа. "Они поняли, куда их ведут и как используют. Украина не поняла, а грузины поняли. Им предлагали открыть второй фронт, когда началась СВО, они отказались. И очень мудро от этого отошли". По его словам, Европе совершенно не нужна Грузия в ЕС. А Украина — тем более. Грузинский премьер Кобахидзе неоднократно заявлял, что внешние силы пытались открыть в стране "второй фронт" против России и втянуть Грузию в войну, но власти не допустили этого. 🔴 Спутник Ближнее зарубежье в MAКС

🇷🇺 🇪🇺 🇺🇸 "Ее мнения никто не спрашивал": Захарова ответила на возмущение Каллас приглашением Путина на саммит G20 в США. "Каллас стала пугалом в "прекрасном саду" Евросоюза. Обычно пугало ставят отгонять птиц, чтобы те не склевали урожай. Но в Евросоюзе урожая давно нет из-за своих собственных садовников-неумех". Саммит G20 пройдет в декабре в Майами. Трамп пригласил Владимира Путина на встречу лидеров стран "Двадцатки". 🔴 Спутник Ближнее зарубежье в MAКС

Поэтому финны постоянно ездили в Петербург? Где обжирались водки и спали на скамейках и земле обоссавшись. Это они так презрение к русским выражали. Прекрасные синие цветы из европейского цветущего сада.

🇦🇲 Суд в Армении отклонил жалобы защиты по делу Соны Мнацаканян, погибшей под колесами кортежа Пашиняна, — обвиняемого водителя приговорили к 1,5 годам лишения свободы. 26 апреля 2022 года автомобиль дорожной полиции, сопровождавший Пашиняна, сбил беременную женщину. Водитель машины — майор полиции Навасардян не остановился и уехал с места происшествия. Однако спустя два часа вернулся и принял участие в следственных действиях. В качестве меры пресечения в его отношении была избрана подписка о невыезде, пишет @SputnikARM. Ранее адвокат заявил, что уголовное преследование по этому делу возбуждено не будет. 🔴 Спутник Ближнее зарубежье в MAКС

Вот хорошо прям. Отдел политической карикатуры - всем премию. И мне тоже. Потому что я этих бандитов собрал и воспитал. Как Макаренко Ушинского.

Немного добрых музыкальных комментариев.

Такое наша цензура пропускает. #карикатурадня

«Не собираюсь обсуждать безопасность Варшавы в присутствии «русских портянок», — глава МИД Польши Радослав Сикорский об участии оппозиции в заседании Совета нацбезопасности 👍Раптли теперь в МАКС | 👍Прислать новость

Советуем заранее запастись памперсами и только после этого не сдерживаться. #срочновномер

Всю ночь наш Отдел политической карикатуры рисовал картинки про то, как бравые армянские народные избранники дубасят друг друга резиновыми фаллоимитаторами по лбу. Злая цензура в моем лице не пропустила. - Надо иметь меру, - авторитетно подчеркнул главный редактор и авторитетно раскурил трубку. Михаил Боркунов

🇦🇲🇦🇿 Спикер парламента Армении не исключил обсуждений с Азербайджаном по вопросу новой армянской Конституции, сообщает @SputnikARM По словам Рубиняна, "ответы на связанные с Конституцией вопросы могут звучать из разных источников, в том числе из Азербайджана". Также, по его утверждению, нельзя говорить о том, что из Конституции уберут ссылку на Декларацию независимости (как того требует Баку из-за упоминания в документе Карабаха). Речь идёт о принятии новой Конституции, написанной с нуля, а значит это не будет считаться убиранием чего-либо. 🔴 Спутник Ближнее зарубежье в MAКС

Не в газ, а в глаз Армянские власти всё активнее обсуждают возможность закупки природного газа у Азербайджана. Секретарь Совета безопасности Армении заявил, что Ереван рассматривает различные источники поставок, включая Россию, Иран и Азербайджан. Однако за политическими заявлениями пока не последовало главного — конкретных экономических расчётов, условий поставок и объяснений, какую выгоду от этого получит население Армении. Сегодня Армения получает российский газ по цене 177,5 доллара за тысячу кубометров на границе. Это один из важнейших факторов, обеспечивающих относительную стабильность энергетической системы страны. Для сравнения: согласно оценке армянского аналитического центра ACSES, средняя цена азербайджанского газа в 2025 году составляла около 289 долларов за тысячу кубометров. Разница — более 60%. В этом контексте возникает вполне закономерный вопрос: если сегодня мы получаем газ по 177,5 доллара, то зачем переходить на потенциально более дорогой источник, не представив обществу ни одного убедительного экономического обоснования? Приведём простой расчёт. Если Армения закупит один миллиард кубометров азербайджанского газа по условной цене 289 долларов вместо российского по 177,5 доллара, дополнительные расходы составят 111,5 миллиона долларов в год. А при объёме в два миллиарда кубометров — уже 223 миллиона долларов. И это без учёта возможных дополнительных расходов на транспортировку. Кто будет оплачивать эту разницу? Государственный бюджет, предприятия или обычные граждане? Сегодня население Армении платит за газ по базовому тарифу 143,7 драма за кубометр, а социально уязвимые группы — 100 драмов. Газ используется не только для отопления квартир и домов, но и для производства электроэнергии, работы предприятий, теплиц и других отраслей экономики. Поэтому изменение стоимости импортируемого газа способно отразиться не только на коммунальных платежах, но и на себестоимости товаров и услуг. Хотя прямой автоматической зависимости между импортной ценой и конечным тарифом нет, дополнительные затраты в любом случае должны кем-то покрываться. Не менее важен вопрос энергетической безопасности. Армения десятилетиями выстраивала систему газоснабжения, основанную преимущественно на российских поставках. Дополнительным источником остаётся Иран, с которым действует механизм обмена газа на электроэнергию. Диверсификация - хорошо, однако, она должна укреплять энергетическую безопасность, а не создавать новые угрозы. Особенно когда речь идёт об Азербайджане — государстве, с которым у Армении сохраняются серьёзные политические и вопросы безопасности. Кто гарантирует, что в случае очередного обострения отношений поставки газа не превратятся в инструмент политического давления? Какие механизмы защиты будут предусмотрены в контракте? Будут ли долгосрочные гарантии цены и объёмов? И самое главное — кто понесёт ответственность, если поставки окажутся под угрозой? Отдельный вопрос — маршрут транспортировки. Одним из возможных вариантов является поставка через территорию Грузии. Но это означает необходимость дополнительных договорённостей о транзите, использовании инфраструктуры и соответствующих расходах. Следовательно, сравнивать необходимо не только цену газа на границе страны-производителя, но и окончательную стоимость его доставки в Армению. На этом фоне особенно примечательно, что параллельно обсуждаются возможные изменения условий поставок российского газа. В представленном в октябре докладе представителей четырёх стран ЕАЭС рассматривался сценарий повышения его стоимости до 300 долларов за тысячу кубометров в случае изменения экономических отношений Армении с евразийским объединением. Получается противоречивая картина. С одной стороны, власти говорят о необходимости диверсификации. С другой — общественности пока не представлены расчёты, подтверждающие, что возможные закупки азербайджанского газа будут экономически выгодными и безопасными. При этом никто не выступает против расширения энергетических возможностей Армении. Напротив, чем больше у государства надёжных альтернативных источников, тем устойчивее его экономика. Но альтернатива должна быть действительно выгодной, а не существовать исключительно в плоскости политических заявлений. Армении необходимы дешёвый газ, стабильные поставки и энергетическая независимость. А не ситуация, при которой ради уменьшения зависимости от одного государства мы рискуем оказаться в зависимости от другого, причём потенциально на менее выгодных экономических условиях. Поэтому прежде чем говорить об азербайджанском газе как о новом достижении, правительство обязано представить обществу конкретные цифры: цену, объёмы, маршрут, гарантии и возможное влияние на тарифы. В конечном счёте гражданам Армении совершенно не важно, какого происхождения газ поступает в их дома. Им важно, сколько они за него платят, насколько надёжны поставки и не станет ли энергетика очередным инструментом политического давления. Артур Петросян, @vneshvrag

Оффтоп. Шутка из цикла "Земля и люди". Вопрос армянскому радио: -Как называется служебное помещение охранника, следящего за порядком на кладбище? -Живой уголок.

Но все равно скучновато. Без огонька. Надо их кортиками и штык-ножами вооружить. Ну или хотя бы саперными лопатками.