Forwarded from ЗеРада
🧩🇺🇦🧩 Борщага Контекст: пыточные камеры. Пыточные камеры давно стали украинской реальностью. Ещё с 2014 года это никакой не секрет: в рамках АТО пыточные процветали. О чем есть множество свидетельств жителей Донбасса. Сегодня пыточные вообще стали незаменимым элементом устрашение при мобилизации: не хочешь в пыточную иди в штурмы или плати деньги. Что там говорить, если всем известно, что лично глава СБУ Поклад принимал активное участие в пытках в подвале СБУ. Поэтому пытки стали не очень приятной, но естественной частью текущей украинской реальности. Все о них знают, но стараются молчать. Нарратив. Именно поэтому часть украинских политиков, причем не только работающих на банковую, определили это как антиукраинский нарратив. То есть поднятие вопроса о пыточных, это уже сам по себе для них антиукраинский нарратив. Они прекрасно понимают, что текущая украинская квази-государственность держится на нескольких элементах. И ключевой элемент контроля над обществом это запугивание. Запугивание за счет безнаказанности. Именно пыточные играют в этом важную роль. Поэтому многие политики (даже такие антагонизирующие Банковой, как Железняк) сейчас формулируют, что это антиукраинский нарратив. Технологии. Уже очевидно, что были применены технологии раскачки протестов. Большинство приемов Шарп описал очень давно. Например, девушка, стоящая на коленях перед силовиками - классика цветной революции. Это еще раз доказывает нашу правоту в плане того, что современном мире технологии решают все. Юрий Романенко пишет про то, что несколько месяцев назад он описывал ситуацию с пытками и даже убийствами, но она не вызвала какого-то резонанса в обществе, а здесь случился такой резонанс. Разница в том, что он пытался естественно развить свой кейс, а в ситуации на Борщаговке были применены технологии цветной революции. Реакция властей. Реакция властей была очень непрофессиональной, учитывая что там практически все медийщики. В какой-то момент мы даже заметили нотки паники, когда они повытаскивали все свои медиа-консервы (даже самые запрятанные, типа Скороход) и таким образом засветили их перед широкой публикой. Зеля демонстративно отстранился, настолько кейс токсичен. Общество. Общество накалено до предела и готово реагировать на такие вопиющие случаи. При этом закон уже не становится чем-то ограничивающим действия, потому что люди на себе ощущают отсутствие закона. Это приучает их тому, что в стране действует один закон - закон силы. Именно поэтому такие организации как Азов устраивают феодальные системы в которых они устраивают пытки. Соответственно происходит эрозия государственной ткани.
Open in Telegram
