Мëртвый внутри

Не перевелись ещё мощные серьезные мужчины на Руси! Ещё можно успеть поучаствовать и стать частью истории! Скидываем фотки @Kitsune_003 , джентльмены! С пометкой "для календаря 2027". 🫡

А мое фото туда попадет?

Братан, ты после рехаба стал лучше выглядеть!

Ну раз тут уже 175 кто хотят календари, давайте договоримся. Мы поработаем для вас, вы - для всех. Тим, едрить его, Ворк. 1. Доблестные братишки! Отложив скромность ложную да истинную в сторонку, отправляем топовую свою фотку, которую не грех выставить в календарь, по адресу: @Kitsune_003 с пометкой "для календаря 27" И кратенько, как в рапорте на увольнительную, присылаете вместе с фото текст, что вы желаете увидеть  в подписи под фото. 2. Люди, дружественные с нашими воинами - простимулируйте их отправить фотку в календарь. Исходя из объёма месяцев в году, в календарь войдут только 12 братанов, отобранные самым строгим жюри. Календаря со шлюхоботами не будет! На сборы объявляем строгие 5 дней. В шаббат сбор закрывается, начинается работа очумелых ручек над созданием этого прекрасного подарка к празднику. Кстати, да. Купил себе - подари и другу! Пссс. Те, кто попадут отбором в календарь украшать серые трудовыебудни подписчиков, получат его от редакции канала без оплаты. Цену считаем, доведём до сведения в ближайшее время. Вольно! Пссссс номер 2. Дежурно напомню, как выглядел календарь за текущий год. Вашему вниманию эпически-героический Варг, доброго ему здравия!

No text

На улице начинало темнеть. Пока Леша укладывал лекарства в рюкзак, Илья остановился возле стены дома. Карабин все это время висел у него за спиной на двухтлчечном ремне. С обеих сторон его прикрывал сетчатый шарф, перекинутый через шею. Издалека оружие теряло привычный силуэт и выглядело просто как часть одежды.  Илья снял шарф с приклада. Одним плавным движением перевел карабин вперед. Теперь тот висел в патрульном положении. Он слегка подтянул ремень. Проверил, не цепляется ли оружие за одежду.  - Дальша плотная застройка, - сказал он. - Так удобнее.  Больше ничего не объяснял. Они прошли два двора. Тишина была настолько плотной, что отчетливо слышались собственные шаги. Потом появился человек. Он вышел из-за мусорного бака. Худой, очень высокий, небритый. В грязной рабочей куртке. Остановился.  Почти сразу из-за соседнего дома показались еще двое. Они не прятались. У одного в руках была арматура. Шли прямо навстречу. Маша почувствовала, как внутри все неприятно сжалось. Илья не ускорил шаг. Не замедлил. Только незаметно сместился так, чтобы оказаться между незнакомцами и своими спутниками. Мужчины остановились в нескольких метрах. Их взгляды сразу опустились на рюкзаки. - Богато идете, - усмехнулся самый высокий.  Никто не ответил.  - Рюкзаки оставили и разошлись.  Леша побледнел. Маша почувствовала, как ладони становятся влажными. Илья стоял совершенно спокойно. Правая рука висела рядом с прикладом. Карабин был прикрыт сеткой лишь частично. Теперь уже нельзя было ошибиться. Это было оружие.  Высокий заметил его. Заметил. И все равно усмехнулся. - Думаешь, напугаешь?  Илья посмотрел ему прямо в глаза. - Не подходи.  Несколько секунд никто не двигался.  Потом один из мужчин тихо сказал: - Он один. Второй кивнул. Высокий сделал еще шаг. - Не выстрелишь.  Он рванул певым. Все произошло почти одновременно. Илья сорвал карабин к плечу. Первый выстрел ударил по двору оглушительным эхом. Высокий отбросило назад. Он рухнул, словно ноги перестали его держать. Второй уже бежал к Илье, замахиваясь арматурой. Не останавливаясь, не думая. Наверное, хотел успеть раньше, чем Илья снова прицелится.  Второй выстрел прозвучал почти сразу. Мужчина споткнулся. Сделал два шага по инерции. И тяжело упал лицом вперед.  Третий застыл. Его взгляд метался между двумя неподвижными телами. Потом - на Илью. Карабин все еще смотрел прямо в него. Никто не произнес ни слова. Мужчина медленно сделал шаг назад. Потом еще один. Развернулся. И бросился бежать. Через несколько секунд он уже исчез между домами. Снова стало тихо. Маша стояла, не в силах пошевелиться. Двое людей лежали на асфальте. Еще минуту назад они разговаривали. Теперь не двигались. Ее затрясло. Она посмотрела на Илью. Он продолжал держать карабин у плеча. Потому, что еще не был уверен, что опасность закончилась. Прошла почти минута. Лишь тогда он медленно опустил оружие. Поставил на предохранитель. Натянул сетчатый шарф обратно поверх карабина. И только после этого глубоко выдохнул. Лицо оставалось спокойным. Но Маша заметила, что пальцы левой руки едва заметно дрожат.  - Нам нужно идти, - тихо сказал он. Она не сразу смогла сделать шаг. Перед глазами все еще стояли двое мужчин. Она вдруг поняла простую вещь. Эти люди умерли не потому, что были чудовищами. И не потому, что Илья хотел их убить. Они умерли потому, что решили проверить, действительно ли вооруженный человек готов стрелять.  В прежнем мире такой риск мог закончиться дракой, полицией или больницей. В новом мире цена одной ошибки оказалась жизнью. И только теперь Маша окончательно поняла, что домой они уже не вернутся. Мир, в котором она выросла исчез. #Ветер #ПокаМыЛюди Мертвый внутри

Илья поднял руку. Они замерли. Несколько секунд слушали. - Люди, - прошептала Маша. - Да.  - Может им нужна помощь?  Илья посмотрел на нее. Она все еще оставалась наивной. - Может. А может и нет.  Она поняла. Не каждый выживщий ищет спасение. Некоторые ищут добычу. Они стояли еще минуту. Потом Илья развернулся. - Идем. Маша посмотрела на огромный темный торговый центр. Ей вдруг стало страшно не от пустого города. А от того, что город снова стал наполняться людьми.   Они поднялись на насыпль Кольцевой почти молча. Асфальт под ногами потрескался. В нескольких местах ограждение было смято, будто огромная рука согнула металл. На полосах движения стояли автомобили. Некоторые почти целые. Другие превратились в обугленные куски металла.  Маша поднялась последней. Сделала несколько шагов. И остановилась. Перед ними лежал аэропорт. Вернее... Место, где еще три недели назад был аэропорт. Над Пулково все еще поднимался дым. Не густой, не черный. Серый и ленивый. Он медленно тянулся к небу широкими полосами, словно земля продолжала тлеть изнутри. - Господи... - едва слышно произнесла Маша. Никто не ответил. Даже отсюда было видно, что терминалы исчезли. Там, где раньше стеклянные фасады отражали солнце, теперь торчали обломки бетонного каркаса. Посадочные галереи обрушились на перрон. Все вокруг было покрыто огромными черными пятнами копоти. На летном поле виднелись искореженные силуэты самолетов. Один лежал на брюхе. Другие были разорваны на части. От некоторых остались только хвосты. С такого расстояния они казались игрушками, которые ребенок сломал в приступе злости.  Ветер донес запах. Керосин, гарь, горелый пластик, и еще что-то сладковатое. От этого запаха Маша невольно задержала дыхание. В тишине вдруг раздался глухой хлопок. Через несколько секунд еще один. Где-то внтури руин что-то еще продолжало взрываться. Не сильно. Словно огромный костер медленно доедал все, что еще могло гореть.  Леша долго смотрез вниз. - Сколько топлива... Он говорил скорее сам с собой. - Авиационный керосин, масла, композитные материалы...Если огонь ушел внутрь терминалов... Он не договорил. Не было смысла. Все и так понимали.  Илья перевел взгляд на взлетную полосу. Потом - на окружающие здания. На крыши. На многоэтажные парковки. Он будто искал кого-то или что-то. - Уходим.  Маша не сразу услышала. - Но... - Сейчас. Она посмотрела на него. - Почему? - Потому что мы стоим выше всех.  Он показал рукой на КАД. - А значит, сейчас нас видно как на ладони. Она оглянулась. И только теперь поняла. Они действительно стояли как на сцене.  На фоне серого неба. Без единого укрытия. И если кто-то наблюдал за дорогой... Он уже давно их заметил.  Не сказав больше ни слова, Илья первым начал спускаться с насыпи. За их спинами еще долго тянулся серый дым. Казалось, город все еще продолжал гореть.    К вечеру они стали отдаляться от насыпи КАД. Наверху ветер не умолкал ни на минуту. Здесь, между домами, было почти безветренно. Только изредка шевелились высохшие ветви деревьев да хлопала на балконе чья-то давно забытая простыня.  Шушары выглядили так, словно люди исчезли посреди рабочего дня. Во дворах стояли автомобили. На детской площадке валялся детский самокат. Открытая коляска медленно покачивалась от слабого ветра.  Маша поймала себя на мысли, что все еще ждет уидеть кого-нибудь в проеме окна. Но окна оставались пустыми.  Они нашли аптеку на первом этаже жилого дома. Вывеска чудом уцелела. Дверь сорвана с петель. Внутри все уже давно перевернули вверх дном. Лекарств не осталось. Леша молча обходил стеллажи. Каждый раз надеясь увидеть хоть что-нибудь. Каждый раз находя только мусор. - Все... - Не все, - спокойно ответил Илья. Он внимательно осматривал помещение. Потом подошел к подсобке. Дверь открывалась лишь наполовину. Что-то мешало. Он протиснулся боком. Через несколько минутвернулся. В руках были бинты, антисептик, несколько упаковок антибиотиков и обезбаливающее. Леша даже улыбнулся. #Ветер #ПокаМыЛюди Мертвый внутри

Они продолжили путь. Петербург медленно менялся. Центр остался позади. Меньше старых фасадов. Больше промышленной зоны. Больше пустых пространств. Город словно заканчивался постепенно, не замечая собственного исчезновения. Раньше здесь были пробки, гул машин, сигналы. Люди, спешащие по своим делам. Теперь дорога пренадлежит ветру. Иногда им попадались машины. Брошенные, разбитые. Один автомобиль стоял у обочины с открытой дверью. Внутри лежали вещи. Детская куртка, пустая бутылка, игрушечная машинка. Маша отвернулась. Она больше не спрашивала, что произошло. Ответ всегда был одинаковым. Кто-то не успел. К вечеру они начали искать место для ночлега. Илья выбрал обычный жилой дом. - Почему здесь?  - Высокий этаж. - Это хорошо?  - Не всегда. Но чаще лучше. Внутри подъезд пах сыростью. На стенах объявления, которым уже никто не верил. "Сдам квартиру". "Ремонт". "Куплю технику". Словно из другой жизни.  Они поднялись на пятй этаж. Одна квартира была открыта. Внутри все выглядело так, будто люди ушли в спешке. На кухне стояла кружка. На столе лежала книга. В коридоре - пара мужских ботинок. Маша задержалась у двери.  - Они же не вернутся?  Илья не ответил сразу.  - Не знаю.  Это был, наверное, самый честный ответ из всех возможных.  Они выбирали комнату. Илья проверил окна, затем занял место ближе к стене. Маша заметила. - Ты специально выбираешь место, где будешь видеть дверь?  Илья посмотрел на нее. - Привычка.  - Плохая?  - В мирное время - да.  Илья прошел на кухню. На столе открытая книга. Рядом кружка с уже непонятным густым содержимым. Илья взял ее в руку. На лицевой стороне крупными буквами было написано:  "ВСЁ, ЧТО МЫ ДЕЛАЕМ В ЖИЗНИ, ОТЗЫВАЕТСЯ В ВЕЧНОСТИ".  Он перевернул кружку. На обратной стороне был изображен волк, а под ним надпись:  "Логово Варга". Илья несколько секунд рассматривал рисунок, потом поставил кружку обратно. Взял со стола книгу. Обложка была слегка потертой, угол загнулся, сама книга выглядела так, будто ее читали не раз. "Странник" Сергей Смирнов.  Илья провел большим пальцем по корешку. На секунду задержался. Потом сунул книгу под мышку. Он снова посмотрел на кружку. И вдруг подумал, что, возможно, именно такие мелочи и остаются от человека, когда он ушел. Не документы, не фотографии, не вещи которые кажутся важными. Кружка. Книга. И чужая жизнь в безысвестности.   Ночью они спали по очереди распределив дежурства. Илья первый. Потом Маша. Потом Леша.  Она проснулась через несколько часов и увидела отца. Он сидел у окна. Не спал. Поменялся с Ильей. - Пап? Он повернулся. - Спи. Он улыбнулся. Той самой улыбкой, которую она помнила с детства.  Они вышли рано. Дождь усилился. Мелкий, холодный. Тот самый петербургский дождь, который не льет стеной, а просто медленно забирается под одежду.  К середине дня они вышли к Пулковскому направлению. Здесь все казалось более пустым. Большие дороги. Огромные здания. Места, где раньше всегда были люди. Первым они нашли спортивный магазин. Вернее то, что от него осталось. Стекла были выбиты. Внутри царил хаос. Но раграблено было не все. Люди забирали дорогие вещи. Илья быстро осмотрел ряды.  - Берем теплую одежду. Маша ничего не скачала, но все равно было не привычно. Брать. Не спрашивать. Не платить. Не ждать продавца. Просто брать то, что может помочь выжить.  В дальнем углу они нашли палатку. Порванную. С поврежденной молнией. Маша подняла ее. - Забираем. Илья посмотрел. - Она почти бесполезна. - Почти. Я ее зашью.  Он хотел возразить, но не стал. - Ладно. Она впервые заметила, что он иногда соглашался не потому, что менял мнение. А потому, что доверял.  В "Метро кэш энд керри" они нашли воду. Всего несколько бутылок. Остальное было пусто. Огромный магазин выглядел страшнее любого разграбленного дома. Здесь раньше было много всего. Сотни людей. Сотни стеллажей. Тсячи товаров. Теперь - только пустые стеллажи.  Когда они подошли к ТРК "Лето", Илья остановился. Маша сначала не поняла почему. Потом услышала. Голоса. Тихие. Кто-то был внутри.  #Ветер #ПокаМыЛюди Мертвый внутри

- Когда долго занимаешься этим... перестаешь замечать, что замечаешь. Он поднялся. Его лицо снова стало непроницаемым. - Они прошли недавно. Маша бросила взгляд на проспект. Ей вдруг показалось, что город не умер. Он просто затаился. И внимательно наблюдает за каждым, кто осмелился выйти на его улицы. #Ветер #ПокаМыЛюди Мертвый внутри

Илья замер, прислушиваясь. Звук больше не повторился. Прошла минута. Потом еще одна. Тишина. Такая густая, что слышно было, как ветер шуршит полиэтиленовым пакетом, зацепившимся за ветви старой березе. Илья медленно выпрямился. - Не показалось, - тихо сказал он. Маша посмотрела вопросительным взглядом. - Тот, кто шумел, после этого тоже замер. Леша молча кивнул. Он понял. Если где-то рядом есть люди, они сейчас прислушиваются точно так же. - Пошли. Только спокойно. Без суеты. Они вышли со двора и направились к Большому проспекту Петроградской стороны. Маша невольно огляделась. Она столько раз проходила здесь раньше, что могла бы идти с закрытыми глазами. Когда-то по этим тротуарам спешили люди с бумажными стаканчиками кофе. Открывались булочные. На летних верандах смеялись компании студентов. Из открытых окон доносилась музыка. Теперь улица казалась чужой. Витрины были выбиты. Над одним из магазинов покачивалась покосившаяся вывеска, тихо поскрипывая на ветру. Двери нескольких магазинов были распахнуты настежь. Внутри темнели пустые стеллажи. Кое-где на асфальте еще лежали рассыпавшиеся упаковки крупы, давно размокшие под дождем. Несколько автомобилей столкнулись прямо посреди дороги. Дальше, почти поперек проспекта, застыл городской автобус. Его двери оставались открытыми. Будто водитель просто вышел на минуту. Воздух становился тяжелее. Запах гари почти исчез. Теперь сильнее чувствовалась сырость. Мокрый бетон. Плесень. И сладковатый, тяжелый запах разложения, который невозможно было спутать ни с чем. Он словно въелся в сам город. Леша невольно закашлялся. Прижал к губам кулак. Когда кашель отпустил, он быстро убрал руку в карман. Маша заметила на перчатке едва различимое темное пятно. Сердце неприятно кольнуло. Она ничего не сказала. Пока нет. Во дворе одного из домов они остановились. У детской площадки лежали тела. Двое взрослых. И ребенок. Осенние дожди сделали свое дело. Одежда промокла, потемнела и покрылась серой пылью. Лица уже невозможно было различить. Качели медленно покачивались от ветра. Тихо. Мерно. Будто кто-то невидимый только что с них встал. Маша застыла. Ноги перестали слушаться. Илья не торопил ее. Лишь негромко произнес: - Не задерживай взгляд. Она медленно повернулась к нему. - Почему? - Потому что потом будешь видеть их каждый раз, когда закроешь глаза. Он говорил спокойно. Без привычной суровости. Словно говорил это не впервые. Маша отвела взгляд. Но краем глаза все равно успела заметить маленький красный сапожок, выглядывающий из-под детской куртки. Этого оказалось достаточно. Они пошли дальше. Несколько кварталов прошли молча. Даже ветер здесь звучал иначе. Без городского шума Петербург оказался непривычно громким. Скрипели дорожные знаки. Где-то хлопала незакрытая дверь. Каждый звук заставлял вздрагивать. Илья неожиданно поднял сжатый кулак. Все остановились. Несколько секунд он просто смотрел вперед. Потом медленно присел возле края дороги. Грязь хорошо сохраняла следы. Несколько человек проходили здесь недавно. Не просто прошли. Останавливались. Маша увидела, как Илья провел пальцами рядом с отпечатком ботинка. - Пять человек, - тихо сказал он. - Может, больше. Леша нахмурился. - Ты уверен? Илья кивнул. - Здесь стояли. Он указал на несколько углублений в грязи. - Видишь? Нагрузка на пятки другая. Когда человек просто идет, след получается чуть длиннее. А здесь они остановились. Маша присмотрелась. Она бы никогда ничего не заметила. Для нее это была просто грязь. Илья прошел немного дальше. Остановился возле более глубокого отпечатка. - А здесь кто-то поставил оружие. Леша посмотрел внимательнее. В пыли сохранилась небольшая вмятина. Илья коснулся края следа. - Поставили прикладом вниз. Стояли некоторое время. Он поднялся. - Значит, они не бежали. - А что это значит? Илья посмотрел в сторону улицы. - Что они были спокойны. Или думали, что были в безопасности. Маша удивленно посмотрела на него. - Ты все это читаешь по следам? Илья едва заметно пожал плечами. #Ветер #ПокаМыЛюди Мертвый внутри