(продолжение предыдущего поста)
Главный редактор «Нефти и Капитала» Владимир Бобылев:
Ситуация двоякая. С одной стороны, рост цен на нефть по всему миру приводит к росту цен на российское нефтяное сырьё. Ормуз по-прежнему не открыт, плюс ко всему Трамп грозит очередными ударами по Ирану. Иранская нефть с рынка практически выключена. Иран не может поставлять нефть на внешние рынки из-за американской блокады. Усиление ударов против Ирана в очередной раз дестабилизирует ситуацию с правой стороны Аравийского полуострова. С левой же стороны хуситы продолжают наносить удары по объектам Саудовской Аравии, что тоже влияет и на объём добычи, и главное на поставки нефти.
Всё это все ведёт к росту цен на нефть, в том числе, росту цен на российскую нефть, которая держится выше 100 долларов уже достаточно продолжительное время. Это, безусловно, положительно влияет и на экспортную выручку компаний, и, соответственно, на доходы бюджета. Но у этой медали есть обратная сторона. Нефть становится слишком дорогой для того, чтобы целый ряд стран мог позволить закупать её в прежних объемах. Та же самая Индия ищет поставок на споте, потому что на споте зачастую цены ниже, чем на приобретение российской нефти по долгосрочным контрактам. В то же время альтернатив на рынке достаточно мало. В том случае, если Китай перестанет растрачивать свои запасы и вернётся к пополнению своих хранилищ новыми запасами нефти, российская нефть окажется одной из наиболее привлекательных.
Аналитик ФГ «Финам» Николай Дудченко:
Достижение ценой на нефть уровня $120/б возможно уже в ближайшее время. Касаемо более высоких уровней – это во многом будет зависеть от траектории развития ситуации на Ближнем Востоке. В настоящее время выросли опасения относительно возможности возобновления горячей фазы конфликта после выборов в Израиле и США. Соответственно, рынок «закладывается» под дальнейшую эскалацию, что мы уже наблюдаем в ценах. В дальнейшем, если этой эскалации не случится, по всей видимости, нас будет ожидать коррекция. Вместе с тем одним из ключевых геополитических событий мы полагаем, является также саммит АТЭС, где возможна встреча Путина, Трампа и Си Цзиньпина. Возможно, что будут достигнуты некие договорённости, которые позволят разрядить обстановку. Наш взгляд на текущую картину умеренно пессимистичный. Мы полагаем, что всё же пока более вероятен сценарий ещё одного витка эскалации. Мы также допускаем возможность проведения американцами ограниченной наземной операции с целью установления контроля над Ормузским проливом.
Касаемо российских макроэкономических показателей, на своём последнем заседании Банк России уже скорректировал прогноз по средней цене на российскую нефть до $72/б в текущем году. Между тем важно помнить, что нефтегазовые доходы российского бюджета зависят не только от цен на нефть на мировых рынках, но также и от спрэдов на российские сорта нефти, объёмов экспорта (который, в свою очередь, зависит от спроса крупнейших покупателей российской нефти), курса российской валюты. Кроме этого, важно учитывать демпферные и акцизные выплаты. Так, например, в августе средняя цена на нефть марки Urals составляла примерно $67/б. При этом средняя цена на нефть марки Brent составляла $86,8/б. Нефтегазовые доходы российского бюджета в сентябре (расчёт цифры за текущий месяц производится на основе средней цены на нефть предыдущего месяца) составили 452,4 млрд руб., незначительно увеличившись по сравнению с августом. Причиной в том числе стал рост демпферных выплат до более чем 300 млрд руб.