Журнал Зенитовца

Дмитрий Сенников: Карпукас в «Зените» играет гораздо сильнее, чем Батраков в «Галатасарае» Двукратный чемпион России в составе «Локомотива» Дмитрий Сенников поделился впечатлениями от игры полузащитника «Галатасарая» Алексея Батракова. В матче 10-го тура чемпионата Турции «Галатасарай» одержал крупную победу над «Коньяспором» со счетом 4:0. Алексей Батраков забил гол и отдал результативную передачу. Для российского футболиста это дебютный гол в Суперлиге Турции. «От Батракова ждут больше комбинационных действий, чтобы он регулировал ход матча. Эпизодически у него что-то получается, но не могу сказать, что Алексей выделяется в «Галатасарае». Карпукас в «Зените» играет гораздо сильнее, чем Батраков в «Галатасарае». Артем пришел и сразу ведет игру петербуржцев. Не понимаю, как Вендела будут ставить. Батраков забивает, но у него и позиция другая, и с мячом он должен чаще встречаться. Адаптация идет хорошо. Хочется, чтобы Батраков был на первом плане в «Галатасарае», — сказал Сенников.

💙💙💙Таблица, что радует глаз💙💙💙

ДАААА!!! ТОЛЬКО ЧТО ИЛЬЯ ХРАБРЫЙ СДЕЛАЛ ГОЛЕВУЮ ПЕРЕДАЧУ В ЮФЛ-3!!! ОФИЦИАЛЬНО У НЕГО ДОЛЖНО БЫТЬ 27 ГОЛЕВЫХ НАШ СЛОНЯРА В ЮФЛ-3💙💙💙 ТЕПЕРЬ РЕКОРД ВАДИМА ШИЛОВА ТОЧНО ДОЛЖЕН БЫЛ БЫТЬ ПОБИТ ОФИЦИАЛЬНО

Сергей Семак: «Когда сборную допустят к соревнованиям, главный тренер будет понимать, кто из просмотренных игроков ему нужен» — Вы были капитаном сборной России на Евро-2008, потом работали в тренерском штабе. Есть ли нереализованная мечта или желание поработать с главной командой страны? — Пока нет. Помощником я уже поработал, знаю, что это такое. Работа тренера сборной очень сильно отличается от работы в клубе. — Это две разные профессии? — Профессия, может быть, одна, но различия очень большие, в том числе в плане влияния на игру. Есть свои плюсы и минусы. В клубе у тебя есть возможность ежедневно нарабатывать какие-то моменты, работать с утра до вечера. В сборной больше анализа кандидатов: нужно определиться с людьми, которые будут понимать твои требования и будут готовы их выполнять. Сборы краткосрочные. Сейчас форматы немного поменялись: у сборных есть практически три недели, это уже серьёзный период. До этого команды собирались несколько раз в год на две недели. Возможностей для ежедневной работы и наработки каких-то моментов значительно меньше. — Вам всё-таки ближе клубный футбол? — Пока да. Ты больше вовлечён, работа более насыщенная. — Можно ли создать стиль игры команды, если футболисты приезжают на шесть дней? — Конечно, можно. Вопрос в том, чтобы правильно выбрать игроков, которые поймут требования. — То есть нужен какой-то базис? — Да. Многие тренеры и раньше, и сейчас приглашают знакомых игроков не только потому, что они лучше, но и потому, что они быстрее впитают требования. Тренеру проще донести до них, что он хочет увидеть. — Если брать нынешнюю ситуацию, есть ли профессиональный смысл сейчас принимать сборную? Кажется, риск для тренера слишком велик: результаты, с одной стороны, неважны, но при этом можно утонуть в критике болельщиков и экспертов. Не то чтобы игра не стоит свеч, но решение неоднозначное. — Мнения могут быть разными, но считаю, что есть сборная России и она должна жить. Хорошо, что есть возможность показывать всем: у нас есть сборная, которая играет. Не всегда получается найти соперников высокого уровня, но практически во всех городах, где она играет, приходит много болельщиков. Людям по всей стране интересно видеть сборную России. У тренера есть возможность посмотреть большое количество кандидатов. Дай бог, когда нас допустят к соревнованиям, уже будет чёткое понимание и по перспективным игрокам, и по тем, кто играет сейчас. Круг кандидатов, которых удалось рассмотреть тренерскому штабу, настолько большой, что это пойдёт в плюс: главный тренер будет понимать, кто ему нужен. — Что стало бы для вас значимым итогом карьеры: международный титул со сборной, победа в еврокубке? — Для меня это всё гипотетические рассуждения… — Не любите такое? — Нет, не люблю. Объясню почему. Спортивная жизнь важна, это часть жизни. Если брать затраченное время – большая часть. Но когда говорим о будущем, о том, что я хотел бы видеть, для меня как человека самое важное другое. На первом месте – то, что я православный христианин, на втором – семья, на третьем – работа. Хотя, если взять время, потраченное на каждый из этих пунктов, будет всё наоборот. Работа занимает практически всё свободное время… Но вряд ли в конце жизни буду думать о том, что выиграл, а чего не выиграл. Для меня это не имеет большого значения. https://www.sovsport.ru/football/articles/vryad-li-v-koncze-zhizni-budu-dumat-o-tom-chto-vyigral-a-chto-net-intervyu-sergeya-semaka

Шансы «Краснодара» на чемпионство упали в 3 раза с начала сезона. «Зенит» – явный фаворит у букмекеров, «Спартак» – 2-й, «Динамо» – 3-е Победитель РПЛ в сезоне-2026/27 по версии букмекеров: 1. «Зенит» – 1.40 2. «Спартак» – 5.75 3. «Динамо» – 10.00 4-5. «Краснодар» – 17.00 4-5. ЦСКА – 17.00 Остальные – от 1000.00

Без текста

Вкусы Андрея Сергеевича немного специфичны)

— Приходилось ли отказываться от футбольной идеи ради результата? Я имею в виду тактическую мысль, что-то, что хотелось попробовать. — Конечно, это происходит постоянно. Если задача – результат, отталкиваешься от неё. Когда он первостепенен, можешь пойти на снижение зрелищности и отказаться от других элементов. Нужно больше работать, больше отрабатывать в обороне. Когда на тебя давит результат, понимаешь, насколько высока цена ошибки. Чем она ниже, тем спокойнее можешь быть, меньше требовать с игроков в каких-то моментах, больше играть так, как хочется. Но в команде, задача которой – первое место, для экспериментов очень мало времени. Никто не будет ждать. — Где тот путь между зрелищностью игры и результатом? — Это субъективное понятие. Для кого-то зрелищность – количество забитых мячей, для кого-то – количество передач, для кого-то – эмоции. Игра может быть простой, но эмоциональной, и зритель останется доволен. Не все понимают и не всем нравится даже тики-така Гвардиолы. Не всем нравится футбол Гасперини, а многим – нравится. На вкус и цвет… Сложно объяснить, что для каждого значит зрелищный футбол. Наверное, наиболее распространённое мнение – количество создаваемых моментов и забитых мячей. — Не хочется придумать что-то новое в футболе? — Нет. После каждого человека, если говорим о спорте, остаются какие-то голые цифры. Спустя пятьдесят лет, за редкими исключениями, никто не вспомнит, что это был за человек, что сделал, – помнят результаты. Есть люди, которые застали то время, есть наследие в виде журналистских работ. По ним мы можем судить о человеке и сформировать мнение, но оно будет субъективным. Это не полная картина: нам передают мнение другого человека. И здесь то же самое – можем вспоминать то, что человек оставил после себя, результаты его труда. — Есть ли тренер, с которым хотелось бы провести вечер за разговором о футболе? — Конечно, со всеми. Я прекрасно понимаю, что такое работа тренера, какое постоянное давление он испытывает. Мне очень нравится работа Гвардиолы, Клоппа. С некоторыми посчастливилось играть друг против друга или хотя бы недолго общаться. Есть много российских тренеров, с которыми мы с удовольствием встречаемся, разговариваем, и иностранных, работа которых оставляет самые приятные впечатления. — Есть ли у вас футбольная мечта? Или матч, который мечтаете провести? — Мечтаю работать столько, сколько хватит сил и насколько буду востребован.

Семак: сожаления и мечты — Был ли несостоявшийся переход, который мог кардинально изменить вашу карьеру? — В раннем юношеском возрасте был переход в «Фейеноорд», который сорвался, наверное, на последних секундах. Были и другие возможности уехать, в том числе предметный интерес из Греции. Но в итоге я уехал в «Пари Сен-Жермен». Провёл там немного времени, однако у меня сформировалось понимание европейского футбола: как там готовятся, как живут люди. Это тоже хороший опыт. — Тот «ПСЖ» был ровней нынешнему? — Конечно, нет. Тот «Пари Сен-Жермен» практически не выигрывал. Команда квалифицировалась в Лигу чемпионов с Халилходжичем, но в следующем сезоне результаты были уже другими. За время моего пребывания сменилось три тренера. Ни о какой борьбе за чемпионство речи тогда не шло. — А по организации работы? — По организации это всё равно был клуб европейского уровня. — Разницу почувствовали? — Абсолютно. На тот момент по организационной составляющей наши клубы находились гораздо ниже, чем сейчас. Понимание, дисциплина, множество вещей, которые неукоснительно выполнялись и игроками, и клубом… — Вы говорили, что не стали бы переписывать свою жизнь. Но нет ли сожалений об игровой карьере? Вы играли в двух топовых клубах, выигравших еврокубки: один победил уже без вас, другой – ещё до вас. Получилось, что ни туда, ни туда не попали. — У каждого свой путь. Не жалею. Я уже сказал: получил определённый жизненный, тренерский и игровой опыт. На момент отъезда мне было 29 лет – достаточный возраст, чтобы попробовать что-то поменять. — Есть ли талантливый футболист, которого, как вы теперь понимаете, могли раскрыть ярче, полнее? — Само понятие «раскрыть кого-то» сложное. Нужно обоюдное желание. Нельзя научить – можно научиться. Если человек расположен к тому, чтобы воспринимать информацию, результат будет. Если нет – гораздо меньше. Со своей стороны я пытаюсь сделать максимум для любого игрока. Насколько получается – сложный вопрос. Никто не ответит однозначно, почему не заиграл один, второй, третий: футболист назовёт одни причины, тренер – другие, специалисты – третьи. — Вопрос о сожалениях. Их не было? — Не помню такого. Многим ребятам сложно, особенно с российским паспортом. Они приходят к нам, хотят играть в стартовом составе, но по тем или иным причинам не получается. Мы уже говорили о возможностях: стараемся брать тех, кого можем, а не тех, кого хотим. Приглашая доступных нам игроков, понимаем, что у них есть шансы. Как и в случае с молодыми, вопрос в том, насколько футболист сможет спрогрессировать, возможно, неожиданно. Россиянам сложно: конкуренция высокая, далеко не всем удаётся здесь задержаться. Мы берём их, понимая, что из-за лимита нам необходимы российские игроки. С иностранцами проще: берём футболиста и понимаем, на какую позицию. Россияне должны быть в составе, но найти игрока с российским паспортом, который станет лидером или основным футболистом, непросто. За такими гоняются все клубы, претендующие на первое место в нашем чемпионате. — Был ли матч, который кардинально изменил ваше представление о футболе? Не о составе или тактике – что-то щёлкнуло, и футбол стал для вас другим? — Скорее изменилась моя жизнь. Это 1992 год, когда сборная Дании выиграла чемпионат Европы. Я как раз приехал в Москву, был сложный период адаптации, остался один. Думал: «Может, вернуться поближе к дому?» Именно сборная Дании ещё раз показала, что в футболе возможно всё. Нужно работать и верить.

Без текста