Труба от качелей

О внешней политике США после промежуточных выборов Как и ожидалось, республиканцы проиграли промежуточные выборы в Палату представителей и Сенат, потеряв большинство в обеих палатах. Что дальше, и что нам с этого? Войны. Внешняя, как и оборонная, политика определяются в Белом доме. Поэтому ничего не поменяется. Трамп и дальше будет продолжать вести те войны, которые посчитает нужным. Согласно «Резолюции о военных полномочиях» 1973 года у Президента США есть возможность принимать решение о начале войны, не спрашивая предварительного разрешения Конгресса, и вести ее не больше 60 дней. Так он поступил в феврале этого года в Иране, так поступали его предшественники: Трумен в Корее в 1950 г., Бил Клинтон в Югославии в 1999 г. или Обама в Ливии в 2011 г. "Демократический" Конгресс Трампа не остановит. Новая война с Ираном – аргументы против. Предыдущий раунд войны был непопулярен среди американских избирателей, прежде всего потому, что те справедливо связывали рост цен на топливо с проблемами с вывозом нефти через Ормузский пролив. Согласно опросу Pew Research, в октябре 64% американцев не одобряли действия Трампа в Иране. Главным (и оправдавшимся) опасением избирателей был именно рост цены на газ и топливо – 73% опрошенных, после жертв среди американских военных (71%) и посылки войск для наземной операции (58%). Война с Ираном – аргументы ЗА. Можно возразить, что мнение «среднего» избирателя мало волнует американских политиков, потому что выборы выигрываются при помощи сторонников своей партии и неопределившихся. А большинство республиканцев все-так поддержали Трампа и одобрили его войну с Ираном – 63% в октябре согласно Pew Research. Напомним, что Трамп прекратил оказывать безвозмездную помощь Украине в ответ на запрос со стороны республиканских избирателей (несмотря на большую непопулярность такого решения среди демократов). Вторая, не менее важная причина, это еврейское лобби в США. Оно точно будет пытаться воспользоваться уникально высокой благорасположенностью Трампа к чаяниям государства Израиль с тем, чтобы «окончательно» разрешить Иранский вопрос. Другого такого президента США евреям еще придется долго ждать. Тот же Вэнс настроен гораздо более скептично по отношению к помощи Израилю. Внешняя политика в отношении России/Украины. Что касается настроений избирателей, то согласно самому свежему опросу YouGov, доля республиканцев, поддерживающих посылку военной помощи Украине, снизилась с 41% в июле до 28% в октябре (среди демократов осталась на уровне около 69%). Наибольшее падение произошло у «ядерного электората» Трампа - MAGA республиканцев – с 45% до 26%. Республиканцы в следующие 2 года будут наиболее озабочены набором очков среди избирателей в преддверии президентских выборов. До тех пор, пока популярность поддержки Украину будет оставаться низкой среди их избирателей, курс вряд ли изменится. Трамп уже анонсировал, что он будет активно пользоваться правом вето, как произошло недавно с жестким антироссийским законом Грэма Блюменталя. Сделки с Россией. На наш взгляд, Трамп хочет воспользоваться уникальностью момента. Мир на Украине неизбежен, вслед за которым последует частичная нормализация отношений между Россией и Западом. После взятия контроля над Венесуэлой, дестабилизации Ближнего Востока, самое время договориться с Россией. Пока Европа еще продолжает двигаться по инерции, Трамп через своих друзей хочет по максимуму влезть в российский нефтегазовый экспорт. Этим объясняется дизельная сделка; раньше писали об интересе американцев к Северному потоку, и только что – к зарубежным активам Лукойла. В отличии от эфемерной ресурсной сделки с Украиной, российский нефтегазовый экспорт – это действительно очень большой бизнес, здесь и сейчас. Рискнем утверждать, что чем больше в США появится «шкурных» заинтересантов в поддержании мира на приемлемых условиях, тем нам лучше. Мы не видим ничего плохого в появлении лоббистов наших интересов в США.

Пока нет никаких признаков того, что «дизельная сделка» Трампа с Россией как-то помогает республиканцам сохранить даже большинство в Сенате, не говоря уже о Палате представителей. Трампу удалось сбить розничную цену на дизель с рекордного 6.5 долл за галлон до 6.2 долл, однако она опять поползла вверх до около 6.3 долл. И это несмотря на объявленную сделку с Россией и обещания Европы и G7 поставок дополнительных объёмов дизеля и нефти из запасов на рынок. Начало войны с Ираном (28 февраля) резко снизило шансы республиканцев сохранить большинство в Сенате – с марта вероятность его сохранения ушла в зону менее 50% согласно ставкам на платформе Polymarket. Далее, пока цены на дизель держалась не выше 5.5 долл. за галлон, шансы республиканцев сохранить большинство в Сенате оставались по оценке Polymarket на уровне близком, хотя и чуть ниже 50%. Но после некоторой стабилизации на уровне около 35%, которая совпадает со стабилизацией цен на дизель, снова упали, теперь уже до уровня чуть выше 30%. Хороший вопрос, как долго проживет дизельная сделка с Россией после того, когда (и если) республиканцы потеряют большинство в Сенате? Дизельная сделка была нужна под выборы 3 ноября, после которых необходимость в ней, можно предположить, отпадает. Еще одна причина ее сохранения – встреча G20 в середине декабря, где, как полагают некоторые, Трамп хотел бы объявить о мирной сделке по Украине. Но если мирной сделки не будет, то нужно ли будет сохранять дизельный «пряник» и дальше? И наконец последняя причина, почему Трампу нужна дизельная (как и другие сделки, которые, как пишут, уже обсуждаются) с Россией – он хочет по максимуму насколько возможно залезть в нефтегазовую торговлю России с Европой. И здесь речь идет о потенциальном восстановлении того же Северного потока, но уже при участии американцев. Если расчет Трампа верен, что рано или поздно энергетическое сотрудничество Европы с Россией восстановится, то ему бы хотелось застолбить своим друзьям кусок этого пирога, пока есть шанс. Так что, проиграют республиканцы выборы в Сенат или нет, может быть не так уж и важно. Главным мотивом может быть и чисто бизнес, но под прикрытием выборов.

Когда в Шереметьево объявлена воздушная тревога, и все московские аэропорты закрыты из-за атак украинских дронов, хотим вернуться к тому, что мы писали 2 сентября (заранее извиняемся за самоцитирование):   «Как правильно реагировать на угрозу нашим гражданским самолетам? Симметричных ответов у нас в запасе нет. На Украине остановлено авиасообщение. Удары по оставшимся неработающим гражданским аэропортам вряд ли кого-то испугают или сильно затронут. Поэтому самыми адекватными стали бы удары по жд вокзалам, начиная с Киева, и ключевым автомобильным магистралям, развязкам и мостам, включая пограничные переезды. Более того, мы считаем, что, когда нам угрожают начать сбивать наши самолеты, НЕ правильно дожидаться первой трагедии. Нужно озвучить ответные меры заранее и громко вслух и такие, чтобы отвадить Киев даже размышлять о реализации таких угроз. Рассуждения о том, что Киеву не нужно мешать - своими действиями он только приближает попадание в список «государств-спонсоров терроризма», и рано или поздно Запад от него отвернется, нам не близки. Нам придется уплатить за это лишком большую цену. Да и напомним, что на сбитый над Украиной Боинг Запад закрыл глаза в еще мирное время, а уж сейчас закроет и подавно.» Наша тактика ударов по тылам заметно ужесточилась в последние три месяца. Лучшим подтверждением эффективности являются жалобы европейцев и Киева, и их призывы пойти на перемирие. Однако, мы пока не хотим переходить к новому уровню эскалации с целью принудить Киев даже думать перестать о целенаправленных ударах по крупным гражданским объектам. А есть ли у нас в арсенале такие средства? Последние 3 месяца однозначно продемонстрировали, что у нас в достатке средств, чтобы наносить точечные удары по нужным нам целям на всей территории Украины и прежде всего в Киеве, и то, что небо над Киевом стало сильно дырявым. Все лица в Киеве, принимающие решения об осуществлении ассиметричных атак именно на гражданские объекты в России, которые могут быть чреваты массовыми жертвами, а также те лица, которые причастны к правящему режиму, до сих пор лично ничего не боятся. Рискнем сделать предположение, что ничего не боятся, не потому что мы не можем создать угрозу, а потому что не хотим. Не настало ли время вслед за украинской энергетической инфраструктурой и логистикой резать еще одну «священную корову»?

Ставим на победу Не все поклонники знаменитого русского военного стратега Александра Свечина делают акцент на то, что его концепция затяжной войны «на истощение» не только строится на сильной экономической и социальной крепости в тылу, но и подразумевает активное разрушение экономики противника. Эта теория столетней давности прекрасно укладывается в логику противостояния на Украине, но, пожалуй, только в этом году Россия смогла комплексно подойти к реализации общего замысла — действуя одновременно на сухопутном фронте, в дипломатических баталиях, обрезая логистику, морское сообщение, подрывая тыловую консолидацию населения и, наконец, оказывая прямое давление на украинскую экономику. Именно эта конфигурация войны позволяет предположить, что запас прочности у Киева в ближайший зимний сезон подойдет к концу. А значит, мы увидим многочисленные попытки оппонентов вырвать у Москвы ситуативную паузу. Российское руководство пока дает четко понять, что не согласно на временные компромиссы и понимает все риски потери инициативы. Пространство для диалога принципиально сузилось. Почему к ударам по производственным мощностям и логистическим коммуникациям Украины нельзя было прибегнуть раньше, вопрос отдельный, и ответ на него имеет как политическое, так и военное обоснование. Деградировавшее социально-экономическое пространство, прошедшее деиндустриализацию и хаотичную милитаризацию, — крайне опасный сосед, который будет создавать проблемы десятилетиями. В то же время обрушить инфраструктурный и промышленный комплекс страны, которую полвека готовили чуть ли не к ядерной войне с Западом, та еще задача — пожалуй, только сейчас ВС РФ получили достаточные мощности и технологии для ее решения. В любом случае главный итог кампании 2026 года заключается в том, что российское руководство приняло окончательное решение добиться победы на Украине, невзирая на геополитические расклады, позицию «партнеров» и сантименты по поводу былых «братских» отношений с украинцами. При этом экономя людей на фронте и используя огромный ресурсный и технологический перевес своего ВПК. И это объяснимо. Последнее десятилетие отношений с Западом наглядно учит не воспринимать близко к сердцу реверансы мировой политики, и именно украинский кризис, требующий постоянных и предметных консультаций, лучше всего показывает профнепригодность и постоянное лицемерие западных элит. Конечно, за время СВО геополитические расклады заметно изменились. США при Трампе переложили политическую и финансовую ответственность за Киев на Европу. Стало очевидно, что НАТО даже на фоне расширения числа стран-участниц в принципе не готово идти на конфликт с Россией. А фундаментальная зависимость планеты от энергоресурсов фундирует позиции России и даже теоретически не позволяет выкинуть ее из числа ключевых мировых стейкхолдеров. Это принципиально новые основания правил многополярного общежития, которые продолжают переписываться в режиме реального времени. И в то же время базовая ситуация вокруг СВО остается неизменной. Украина, пока дают деньги, будет драться до своего конца, Европа — разменивать экономическое развитие на милитаризацию, США — продавать оружие, а Россия — возводить систему национальной безопасности. Конечно, действующие лица среди элит могут и будут ротироваться, но сохранится сам принцип конфронтации, заложенный в природу столкновения цивилизационных «тектонических плит». Поэтому верить, что Запад отдаст или даже обменяет украинский актив, наивно: его придется забирать, и при таких раскладах, вероятно, полностью, а не по частям. На этом фоне ситуативные электоральные метания Дональда Трампа, современная повесть о том, как поссорился украинский «Иван Иванович» с американским «Иваном Никифоровичем», терзания европейских представителей коллективного западного «Миргорода» нам интересны исключительно в военном разрезе. Эти проблемы не сделают Зеленского сговорчивее. Они приблизят победу России и сократят страдания граждан — заложников киевского режима. «Монокль» https://t.me/sowa_expert

Оценки ущерба экономике Украины и его последствий Основной целью нанесения ударов по отдельным отраслям или предприятиям украинской экономики и инфраструктуры заявляется снижение потенциала военной промышленности и сокращение поставок военных грузов. Мы же хотим оценить их экономические последствия. Экономика Украины в целом. По оценке МВФ, в реальном выражении ВВП Украины снизился с 2021 по 2025 гг. на 21% до 158 млрд долл (в номинальном +7% до 214 млрд). Такое падение соответствует сокращению одного из основных факторов производства - уменьшению территории (около 20%), но существенно меньше потерь населения - от 30% (Укрстат) до более 50% (Николай Азаров, б. премьер). Отметим также, что после провала в 2022 г на 29%, с 2023 г. шло восстановление, хотя и с замедляющимся темпом: + 5.5%, + 3.2% в 2024 и +1.8% в 2025. В 2026 г. до интенсификации ударов по основным секторам экономики Украины, инфраструктуры и логистики, МВФ прогнозировал рост ВВП на 1.8-2.5%. Значимость наиболее пострадавших секторов для экономики. На сельское хозяйство, включая лесную и рыболовные отрасли, пришлось около 14% ВВП в 2025 г., а на черную металлургию, включая добычу железной руды, - 5.5% ВВП. При этом нужно понимать, что пострадала только часть из этих отраслей – экспорт сельхозпродукции и производство стали. Если производство стали остановилось в октябре, то экспорт железной руды в августе упал всего на 26% год-к-году, но не так сильно с начала года - всего на 27%. ЕБРР прогнозирует падение экспорта сельхозпродукции в 2ом полугодии 2026 г. в 50-60%. Последствия для экономики в целом. Dragon Capital, один из крупнейших местных брокеров, в середине октября понизил прогноз ВВП на 2026 г с +1.5% до -0.5%, и на 2027 г. с +0.5% до -1%. Эти прогнозы, однако, выглядят скорее оптимистично, так как «основаны на предположении, что украинская система противовоздушной обороны со временем сможет более эффективно противостоять дронам с реактивными двигателями». Исходя из номинального ВВП Украины снижение прогноза на 2% пункта на 2026 г. означает потерю ВВП в 4.3 млрд долл. Финансирование расходов на оборону. Расходы на оборону, включая расходы на безопасность, Украины выросли с около 11 млрд долл (5.5% ВВП) в 2021 г до 92 млрд долл (43% ВВП) в 2025 г. В бюджете 2026 г запланирован рост до 99 млрд долл. С 2023 г. расходы на оборону составляли почти 70% всех расходов бюджета. Расходы финансировала сама Украина за счет роста заимствований: долг/ВВП +2 раза – с 45% до 98% с 2021 г. к 2025 г, и за счет внешнего финансирования (большая часть дается на возвратной основе) - покрывает около 40% расходов. Увеличение нагрузки на Европу. Потери доходов бюджета Украины от сокращения экспорта и импорта (НДС на импорт – крупнейшая статья доходов бюджета) за 8 месяцев 2026 г. составили всего чуть более 1.1 млрд долл. На 2027 г. оцениваются Dragon Capital в 4-5 млрд долл. на фоне общего объема внешнего финансирования за год в размере около 50 млрд долл. Удар по олигархам?! Если взять топ-6 Forbes Украина: Ахмедов (Метинвест и ДТЭК), Пинчук (трубы), Порошенко (конфеты), Веревский (агробизнес Кернел), Новинский (24% в Метинвесте) и Живаго (Ferrexpo – экспорт железной руды), то так выходит, что преднамеренно или нет, но интересам всем из них, кроме Порошенко, начиная с августа был нанесен серьезный ущерб. Отметим, что Новинский недавно в открытую назвал Зеленского «главным врагом Украины и ее народа». Даже если описанные выше последствия являются непреднамеренными с нашей стороны, они становятся тем не менее полезным бонусом разрушения потенциала военной промышленности. Как минимум, Европе будет дороже обходиться содержание клиента; и провоцировать олигархов и внутреннее недовольство, оказалось, могут не только одни англичане. И если даже мы это не специально, ну хоть так.

А зачем России нужна дизельная сделка с США? Что было объявлено? «Россия немедленно поставит на американский и мировой рынок более 300 [тыс.] тонн дизельного топлива, еще 500 [тыс.] тонн — в течение ноября и 1 [млн] тонн — сразу после этого…и потом еще 3 миллиона тонн, исходя из состояния ее нефтеперерабатывающих заводов». Санкции для организации поставок, страховки и оплаты топлива снимаются до 7 апреля 2027 г. Всего речь идет о поставке 4.8 млн т., что по текущей рыночной цене дизеля около 1.5 тыс долл за тонну можно оценить в 7.2 млрд долл. Зачем сделка Трампу? Из-за войны с Ираном и закрытия Ормузского пролива, а также действий хуситов, цена на дизель в США выросла с начала года на 68% до 6.2 долл за галлон (1.64 долл. или около 140 руб. за литр). Для победы республиканцам на промежуточных выборах 3 ноября кровь из носу нужно снижать цену на топливо на заправках. Цена уже пошла вниз с пика (21 сентября) в 6.5 долл за галлон, но ей нужно придать дополнительный импульс вниз. Когда Трамп во всеуслышание благодарит Путина за то, что он помогает снизить «цены на дизельное топливо для американцев», он говорит на языке понятном среднестатистическому избирателю. Смотрите, я даже с Путиным смог договориться ради вашего благополучия! Ну и на контрасте с провальными переговорами с Ираном сделка с Россией помогает Трампу несколько реабилитироваться в части своих внешнеполитических достижений. Много это или мало? С первого взгляда может показаться, что российские 4.8 млн т на фоне около 144 млн т ежегодного потребления дизеля в США это совсем немного. А много и не нужно, так как нужно лишь закрыть дефицит. Как его можно оценить? Хорошим прокси является снижение запасов. В США запасы дистиллятов (которое кроме дизеля включает еще топочный мазут) упали на 24.1 млн баррелей (около 3.4 млн т) с начала года. Падение замедлилось уже в августе до 0.4 млн т в месяц, тогда как в сентябре они даже чуть выросли. То есть только российские 4.8 млн т вполне сопоставимы с дефицитом дизеля в США в этом году. Напомним, что под давлением США до сделки с Россией Европа предварительно согласилась поставить 50 млн баррелей (около 6.8 млн т) дизеля на мировой рынок. После чего G7 пообещал 100 млн баррелей, включая дизель и сырую нефть (и включая европейские 50 млн). Европа и G7 пока не приняли окончательного решения – видимо, сделка с Россией призвана их подстегнуть. А для сбивания цены на товар важно не столько его поставить, сколько пообещать - ибо рынки движутся ожиданиями. А зачем сделка России? 1. Начнем с того, что продажа сырьевого товара по рыночной цене является обоюдовыгодной продавцу и покупателю. Россия не идет ни на какие односторонние уступки, и, более того, получила шанс хорошо заработать, воспользовавшись высокими ценами на дизель. Любое, даже частичное и временное, снятие санкций нам выгодно. 2. Мы даем новый повод Трампу давить на Киев. При чем такой повод, который понятен его коллегам по партии – ударами по российским НПЗ Зеленский мешает им выиграть выборы в Конгресс (сколь бы ни были призрачными шансы). 3. Для нас ситуация win-win. Если Киев прекратит удары по НПЗ, то это дополнительный бонус к сделке; если же нет, то есть шанс, что угроза Трампа отрубить Старлинк или что-то еще будет исполнена. Не говоря уже о том, что нежелание остановить удары по российским НПЗ, похоже, стало последней каплей для Трампа, чтобы сказать вслух: «Украине нужен новый президент». 4. Рискнем предположить, что, если Трамп и правда хочет делать сделки с Россией (пишут, что кроме этой с Кушнером и Уиткоффом уже обсуждались и другие), то ему правильно начать с такой, которую своим было бы просто «продать». Делая такую сделку, мы ничем не рискуем, но помогаем Трампу начать ломать лед. 5. Реакция Киева, конечно, пустячок, но приятный. В заключение. Можно относится к сделке с Трампом как исключению, а можно как к пробному шару. Время покажет. Главное, не завышать ожидания и не ждать благодарностей в ответ.

Эволюция стратегии России в отношении Украины – от имперства к «Острову Россия»? В продолжение статьи 2017 г. «Остров Россия» и российская политика идентичности. Неусвоенные уроки Вадима Цымбурского» Бориса Межуева, решили взглянуть, как эволюционировала политика России в отношении Украины. К 2014 г. казалось, что «имперский» подход полностью уступил позиции «националистической» концепции. Но на тот момент ни один из подходов еще не был готов рассматривать Украину в качестве буфера между Россией и Европой. Имперский подход. Согласно «имперской» идеологии «… любая полноценная стратегия восстановления величия страны должна неизбежно предусматривать задачу реинтеграции Украины – полностью или частично. Если не в состав России, то в некое контролируемое Россией надгосударственное образование, типа Евразийского союза, который при этом мыслился бы не как прагматическое экономическое объединение, но как первый шаг к воссозданию имперского гроссраума». Уже к 2014 г. стало понятно, что «надгосударственные» возможности, которые тогда еще предоставлял СНГ, не могут перебить перспективы, которые рисовал себе Киев от вступления в ЕС. В 2022 г. возник краткий ренессанс имперского подхода, когда казалось, что нам вполне по силам взять Киев (как и Одессу с Николаевым). Вспомним активные дискуссии начала СВО - стоит ли переходить на правый берег Днепра и доходить до Львова. Что касается «экономической прагматики», то уже к 2013 г реалистам было очевидно, что Россия вряд ли сможет успешно конкурировать глубиной мошны с Европой. Теперь же цена полной интеграции Украины выглядит для нас просто запредельно высокой. Речь идет не только об огромных деньгах, которые нам пришлось бы инвестировать в восстановление и повышения уровня жизни в остальной Украине по аналогии с новыми территориями, и о том, что эти деньги пришлось бы отвлечь от инвестиций в «старые» территории России и сулящие высокие прибыли проекты типа «Сибиризации». Цена выглядит неподъемной еще и из-за необходимости контроля над большими территориями, населенными враждебно-настроенным населением. Националистический подход. В рамках этой концепции Украина считается искусственным образованием, «насильно удерживающее территории с русским населением и русской идентичностью при постоянных попытках их украинизации. Соответственно, лучшим способом …было бы выделение русских регионов из Украины и присоединение их к России». История 2014 г. показала, что в отношении Украины была реализована именно эта концепция, но, правда, только частично. Действительно, одним из главных мотивов начала СВО стала защита русских. Россия присоединила в итоге к себе несколько русских регионов Украины («шельф острова Россия»). Половинчатость подхода состояла в том, что мы не поставили себе целью ликвидацию украинского государства. Это было видно уже по проекту Стамбульских соглашений в 2022 г. и подтвердилось нашей готовностью идти на компромиссы в Анкоридже. У Москвы нет возражений против членства Украины в ЕС, лишь бы с нейтральным статусом. Что вполне вписывается в концепцию «цивилизационного реализма». «Цивилизационный реализм». Указывая на слабые стороны обеих подходов, Межуев в своей статье противопоставил им «цивилизационный реализм» Цымбурского. Сильно упрощая, Россия – это остров, окруженная лимитрофами. При этом часть этих лимитрофов, в силу культурных, географических, экономических и стратегических связей с Россией, формируют «шельф острова». Шельф, как минимум, нужно контролировать, можно и присоединять. Стратегия по присоединению всех лимитрофов, как способ сближения с Европой, неверна. Как показал исторический опыт, России не удается достичь устойчивой «близости» с Европой, не защищает ее от конфликтов, а по пути еще и вынуждает впустую растрачивать ресурсы. Но именно понимание, что отдавать «лимитрофные территории под контроль структурам Евро-Атлантики» категорически нельзя, стало причиной возвращения Крыма, а потом и начала СВО. Более того, в официальной риторике Украина теперь стала буфером, ограждающим нас от Европы. Еще одно подтверждение в пользу того, что в моменте похоже все-таки возобладал «цивилизационный реализм».

Иностранные наемники на Украине или снова грабли по-американски На днях Киев с трибуны ООН упомянул про рост рисков для безопасности в Юго-Восточной Азии со стороны Северной Кореи, которая воюет на стороне России, чтобы получить опыт ведения современной войны и модернизировать свои вооружения. Но как все понимают, угроза нападения со стороны Пхеньяна носит скорее гипотетический характер. Демонстрация достижений в области ракетных технологий нужны ему прежде всего для собственной защиты, чтобы у США даже не было мысли рискнуть. В то же время военный опыт, который получают иностранные наемники, воюющие на стороне Украины, уже нашел себе весьма практическое применение в войне (хотя и с приставкой нарко-) против США. Как написала на днях the Washington Post, «наркокартели добиваются тревожных успехов в использовании дронов». Количество инцидентов с использованием боевых дронов в Колумбии увеличилось с 38 в 2024 г. до 149 в 2025 г., а к началу сентября 2026 г. их было зафиксировано уже более 200. Иностранные наемники на Украине. Согласно украинским источникам там воюет от 16 до 20 тыс иностранцев, около 40% из которых приехали из Южной Америки. Если в начале войны, судя по сводкам потерь противника, больше попадалось наемников из Восточной Европы, Грузии и англосаксонского мира, то в последнее время в списках убитых в основном фигурируют колумбийцы и мексиканцы. Согласно lostarmour, из 1,750 погибших иностранных наемников у почти половины были паспорта Колумбии, с большим отставанием - Бразилии (7.4% от общего числа погибших), США – 6.8%, Грузии – 5.3%; Польша - всего 1.5% потерь (9е в списке). Почему колумбийцы? Причин, почему на Украине воюет (и погибает) больше всего наемников из Колумбии, несколько. Там много профессиональных солдат – последние лет 60 страна постоянно воюет, в основном, с разного рода вооруженными повстанцами (FARC, ENL и тп), а также собственными и мексиканскими наркокартелями. Каждый год только из правительственной армии увольняется около 10 тыс военных, которым на Украине предлагают в разы больше, чем военная пенсия. Угроза для США. В США, похоже, только недавно начали замечать, что мексиканские картели вербуют людей, имеющих опыт участия в боевых действиях на Украине, особенно выходцев из Колумбии (пишет The Washington Post в статье от 26 сентября). У нас же уже какое-то время пишут, что наркокартели специально посылают своих бойцов на Украину, чтобы те приобретали опыт ведения войны при помощи беспилотников. Отметим, что кроме военного применения БПЛА также активно используются на линии фронта для транспортировки грузов. В связи с чем напомним, что одной из основных целей создания «стены Трампа» на границе с Мексикой кроме ограничения нелегальной миграции было предотвращение поставок наркотиков. Американские грабли. Проблема США с потерей контроля над собственными прокси является прямым следствием внешнеполитической стратегии Вашингтона – невозможно отстаивать свои интересы на всех дальних рубежах, да еще и малой кровью, не прибегая к чужим услугам. И если в случае самого, пожалуй, известного примера, когда Вашингтон взрастил своего будущего врага – Усаму бен Ладена – в 1980е его вместе с афганскими моджахедами готовили к войне против СССР, в случае с колумбийцами США фактически дают возможность на Украине обучаться своим врагам настоящим. Однако, на фоне того, как эпично рухнул проект ХиМерики (симбиоза Китая и США), взращивание где-то боевиков, которые периодически разворачивают оружие против бывшего патрона, выглядит сущей мелочью. Именно благодаря стараниям США, Китай вырос до таких размеров, что стал их главным геополитическим противником. В заключение. На фоне того, как Зеленский не стесняется пугать соседей Северной Кореи угрозой весьма гипотетической, что мешает нам пугать американцев угрозой вполне реальной? Особенно, с учетом того, что борьба с поставками фентанила, синтетического наркотика, который производится мексиканскими наркокартелями, является одним из приоритетов Трампа.

Представляем себе Зеленского "на ракете", летящей в Москву, именно как-то так. PS А мы правильно понимаем, что по украинским "правилам" русского языка точнее было бы сказать все-таки не "на", а "в" ракете?

Ответ Зеленского на вопрос журналиста в Нью-Йорке, когда он собирается в Москву, — «На ракете только, [итить вашу мать]», — почему-то напомнил нам «Омон Ра» Пелевина. «А кем ты служил? – Оперативным дежурным. Потом стратегическим. – А что это значит? – Ничего особенного. Если в оперативно-тактической ракете сидишь – оперативный. А если в стратегической – тогда стратегический дежурный.» По сюжету «Омон Ра» «дежурный» сидел в ракете между двумя ступенями, чтобы после ее запуска ногами оттолкнуть в нужный момент первую ступень и погибнуть. И как тут не вспомнить еще одну цитату, теперь из Булгакова: «Бойтесь ваших желаний — они имеют свойство сбываться» .