Скажи Гордеевой

Без текста

В нашем свежем выпуске Максим Кац, который играет в футбол на позиции вратаря, своим любимым вратарем внезапно назвал... советского, российского и израильского футболиста Александра Уварова. «Он раньше играл в Динамо-Москва, а у меня дедушка за Динамо-Москва болел, и мы даже ходили с ним на матчи, и Уваров мне ещё тогда нравился, когда я был маленький. А потом я приехал в Израиль, и он долго там играл, и я за ним наблюдал». Вообще, у Уварова интересная и неочевидная история успеха человека, который ждал своего шанса очень долго. Возможно, дольше, чем выдержал бы кто-то другой. И дождался — он почти десять лет провел в дубле и наконец-то вышел первым вратарем «Динамо» в 31 год. В 1990 году на чемпионат мира в составе сборной СССР в Италию он, по собственным словам, ехал с ощущением, что будет третьим вратарем. Даже выданный ему костюм первоначально предназначался Дмитрию Харину — на подкладке осталась фамилия. После поражения СССР от Румынии тренер внезапно поставил Уварова вместо легендарного Рината Дасаева. Уваров сыграл два оставшихся матча: 0:2 с Аргентиной и 4:0 с Камеруном. Сборная, правда, из группы не вышла. Но Уваров всем запомнился. А в 1991 году на хайпе Уваров поехал в Израиль играть за тель-авивский «Маккаби» по контракту на десять месяцев и остался там на 35 лет — теперь у него там второй дом, дети, внуки и обязательные субботние походы в баню с друзьями. Если бы не конфликт с арабами, говорит он, это «был бы вообще райский уголок». А в «Маккаби» он теперь легенда клуба — это официальное звание 7 октября 2023 года он был в Батуми в гостях у своего товарища. В недавнем интервью Спорт-Экспресс Уваров вспоминает: «Едва стало известно о ракетных ударах и резне, которую устроил ХАМАС, от друзей из России посыпались звонки: «Саня, приезжай, живи у нас, пока не утихнет». Всем отвечал: «Спасибо, но я в Израиль, первым же рейсом. Там мои дети и внуки». Как открыли небо, взял билет и улетел».

Есть люди, которые верят Максиму Кацу. Есть те, что вечно подозревают его в измене. Есть те, кто беззаветно любит и те, кто самоотверженно ненавидит. Мы встретились с Максимом в Стокгольме, который связан для него с очень личной историей, и поговорили в основном о личном: кого сам Максим любит, куда хотел бы вернуться, кем дорожит и без чего себя не представляет. Интересная деталь: для съемок наша команда проходила проверку службы безопасности Максима Каца. И такое с нами впервые 🤷‍♀️ СМОТРЕТЬ ИНТЕРВЬЮ

Друзья, с большим энтузиазмом сообщаем, что возвращается наша маленькая ветряная мельница борьбы с энтропией: мы снова раз в месяц совершенно бесплатно будем публиковать истории бизнесов, которые с нуля создали люди, оказавшиеся в вынужденной эмиграции. Чтобы круговорот добра не останавливался, владельцы бизнесов (по собственному желанию) часть прибыли, полученной с промокодом GORDEEVA, обычно переводят в благотворительные организации. Вот как это было: - РАЗ - ДВА - ТРИ (есть и еще примеры) Сегодня история совершенно некоммерческая. Но очень важная. Антивоенный эмигрант Алексей Павлов живет в Эстонии уже четвертый год. И четвертый год, часто выбиваясь из сил, тащит на себе семью, в которой есть ребенок с аутизмом. Алексей из тех, кто, сталкиваясь с проблемой, старается придумать универсальный способ ее решения, который мог бы быть полезным и другим людям. Так вот, за четыре года Павлов создал НКО Autism Families Abroad — проект помощи семьям, которые оказались в другой стране и воспитывают детей с аутизмом. Разумеется, в основе — опыт самого Алексея, в понятном стрессе прошедшего весь этот квест: куда обращаться, как устроить ребенка в сад или школу, как получить помощь, оформить инвалидность, какие специалисты и услуги вообще доступны. Пока гайд Алексея Павлова работает только для Эстонии, но идея в том, чтобы постепенно сделать такой навигатор для семей в разных странах. Сайт: https://autismabroad.org Если у вас есть возможность деньгами, идеями и опытом помочь Леше, пишите: [email protected] Если вы хотите, чтобы мы о вас рассказали, заполните форму вот здесь: https://katerinagordeeva.com/#support Спасибо, что вы с нами ❤️

Без текста

Без текста

Без текста

Сегодня День возвращения имен, день, который когда-то казался правильной точкой входа, чтобы переосмыслить страшные годы, в которые руководство СССР уничтожало свой собственный народ. Когда день этот только появился в новой России, имена безвинно убитых своей страной печатали на листочках и выходящему к микрофону у Соловецкого камня в Москве или на Троицкой площади в Санкт-Петербурге надо было произнести несколько строк биографии вслух. Я помню, как страшно и неловко мне было в первый раз. И помню, как, произнеся чужое имя, я на секунду действительно почувствовала, как этот человек ожил, вернулся, получил возможность и право быть среди нас. Затем я произнесла имена своих расстрелянных прадедушек и отсидевшей двадцать лет прабабушки (про них подробно вот тут). И расплакалась. В этом действии действительно было что-то магическое. День возвращения имен нынче — едва ли подпольный. По крайней мере, все меньше выстраивается очередей из желающих произнести вслух имена незнакомых загубленных людей. Но, спасибо технологиям, теперь есть прекрасный бот @names_to_read_bot, в котором можно попросить дать тебе два чужих имени. Произнести их. И вспомнить своих, у кого есть, тоже. ПЕТР ВАСИЛЬЕВИЧ ПЕТРОВ (1889) 39 лет Родился в Батурусском улусе в Якутии Крестьянин, жил там же Расстрелян 28 марта 1928 года - - - - - - - - - - - - - - - id-номер карточки: 512864 ПЕТР ЛЕОНТЬЕВИЧ ЛИТОВКА 55 лет Родился в деревне Камачино Андреевской волости Полоцкого уезда Витебской губернии Механик колхоза, жил в деревне Гриничи Знаменского района Омской области Расстрелян 7 сентября 1937 года в Таре - - - - - - - - - - - - - - - id-номер карточки: 459049 Недавно я перечитывала «Все течёт» Василия Гроссмана, недлинную повесть, дописанную к 1963-му году и так мало — всего три или четыре раза — издававшуюся. Она короткая. Предельно честная. Страшная. Там ответы на вопросы о том, знал или не знал товарищ Сталин о расстрелах и голоде, думал ли Ленин о физическом уничтожении целых социальных страт людей, почему советское государство было таким жестоким и бесчеловечным по отношению к своим собственным гражданам и какое все это имеет отношение к потребности свободы и чувству собственного достоинства. На фото — мой прадедушка Георгий Фридрих, расстрелянный на Бутовском полигоне в 1938-м; — мой прадедушка Соломон Раскин, расстрелянный под Николаевом в1937, его жена Елизавета, проведшая в лагерях для жен изменников родины 20 лет и их дочь Роза, моя бабушка; — мой двоюродный прадедушка, Алексей Башкиров, расстрелянный в Нижегородской области в 1937-м.

❗️️️️Нас убили. Заявление «Новой газеты»* о прекращении своей жизни 18+. НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ИНТЕРНЕТ-ИЗДАНИЕ «НОВАЯ ГАЗЕТА» ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ИНТЕРНЕТ-ИЗДАНИЕ «НОВАЯ ГАЗЕТА» 9 ноября мы погасим свет в нашем доме, где прожили 30 лет, выключим сервера и уйдем. Газеты больше нет. Российские власти и российские спецслужбы заставили редакцию прекратить работу. Тридцать с лишним лет жизни вместе со страной и ее гражданами для нас закончатся на улице, без средств к существованию, под постоянной угрозой репрессий. Наши годы жизни были счастливы — творчеством и надеждами, читателями, друзьями, текстами, фильмами. Временами эти годы были — отчаянно горькими. Горькими, потому что именно за время правления этого режима, а не в бандитские 90-е, по политическим мотивам, за исполнение своего профессионального и гражданского долга были убиты наши коллеги: Игорь Домников, Юрий Щекочихин, Анна Политковская, Стас Маркелов, Анастасия Бабурова, Наталья Эстемирова. Одновременно с письмом о выселении отключили систему донатов, позволявшую нам получать пожертвования от наших читателей. То есть лишили средств. Вообще. Это — скоординированная акция. Никого не убедят оправдания банков, что они делают это, исходя из внутренних корпоративных правил. Это — внешние правила, установленные репрессивным аппаратом государства, сотрудниками ФСБ, внедрившимися под крышу каждой организации. Они считают страну своей собственностью. ▪️После начала военных действий нас, как и всех других журналистов, лишили возможности говорить о самых главных и трагических событиях настоящего времени. Приняли законы, которые вернули в страну цензуру. Потом эта цензура распространилась практически на все сферы человеческой жизни. ▪️Власти заблокировали все наши интернет-ресурсы. Государство отняло нашу типографию, а офицеры спецслужб и цензоры, засевшие в других, отказывали нам в издании газеты. Многие наши сотрудники были вынуждены уехать из страны. ▪️Затем государство лишило нас регистрации СМИ, отняв право зарабатывать своим трудом. ▪️На главного редактора, лауреата Нобелевской премии мира Дмитрия Муратова* было совершено нападение, в результате которого он чуть не лишился зрения. Уголовное дело возбуждать не стали, хотя преступники известны. ▪️Потом наших журналистов стали объявлять «иноагентами», начав с главного редактора. ▪️Затем возбуждали административные дела против руководства редакции. ▪️В Чечне похитили и избили до полусмерти нашего обозревателя Елену Милашину. ▪️Взяли в заложники шеф-редактора газеты Олега Ролдугина, обвинив его в том, что он работал журналистом. Скоро суд. ▪️В редакции «Новой газеты» прошел многочасовой обыск, обыск прошел и в квартире главного редактора. ▪️В сентябре этого года объявили «иноагентом» всю редакцию, записав в списки участников более ста человек: журналистов и авторов. Почти 5 лет войны мы смогли проработать в глухом окружении спецслужб. И вот теперь — всё. Мы оказались в «килл-зоне». 📌️️️️️️Полный текст заявления — на сайте «Новой». PDF-версия тут *Власти РФ считают «иноагентом»

Это заявление, а не просьба о помощи, так как вряд ли чем-то можно помочь. Российская власть убила «Новую газету», газету с блестящей историей, газету, вырастившую плеяду лучших журналистов страны, и некоторым из них профессия стоила жизни. Газету, стоявшую прямо до самого конца, — думаю, в этом и проблема. Тем, кто не был в редакции «Новой», очень трудно объяснить, почему это место так важно для российской журналистики, почему многие, даже не работавшие в «Новой», журналисты считали его своим домом. Вот три выпуска, где мелькает редакция. Посмотрите. Этого больше не будет. Елена Костюченко Дмитрий Муратов Елена Милашина