Посты канала Рабочая медицина

Мне кажется если подумать над высказыванием под другим углом, это не смешно, а логично. Он намекает на шеринговую экономику, которая эффективна за счет того, что агенты, которые в ней участвуют отказались от культа обладания и частной собственности и дают друг другу в пользование и аренду то, что у них простаивало бы просто так без дела не принося никому пользу, и при этом полную стоимость не надо платить то время, когда стоит. Пока оно массово только ввиде каршеринга прижилось, потому что используется в основном частными компаниями для максимизации прибыли, поэтому большинство не видит в этом смысла. Но как инструмент для обеспечения потребностей всего общества шеринг имеет большой потенциал в том числе и в сфере IT. Проекты вроде io.net, NexusCompute или Ocean Network позволяют владельцам GPU (от игровых ПК до Mac) сдавать их в аренду для задач ИИ. Вы получаете доход за простой ресурс, а разработчики — доступ к мощностям без покупки дорогого железа. Сети вроде ZHC или MeshTrain идут дальше: они позволяют сообща обучать большие модели, объединяя силы тысяч участников. Каждый вносит свой вклад в вычисления и получает пропорциональное вознаграждение, а не зависит от одного дата-центра. Модель можно обучать локально в больницах, а на сервер передаются только зашифрованные обновления модели (градиенты). Медицинские учреждения могут совместно обучить точный диагностический ИИ, не передавая истории болезней пациентов. Это и есть шеринг знаний без потери контроля над самими данными. Концепция ИИ-кооперативов предполагает, что модели принадлежат не акционерам, а самим пользователям. Члены кооператива демократически решают, как собирать данные, обучать модель и использовать результаты. Уже существуют READ-COOP (платформа для распознавания текстов, принадлежащая сообществу) и сельскохозяйственные кооперативы, использующие общие ИИ-инструменты для управления урожаем. С одной стороны потребитель не платит полную стоимость, которая не приносит пользы, а с другой стороны стоимость самого средства производства или товара не снижается изнашиваясь просто так, сплошные плюсы. Еще и рабочий механизм как ресурсы дать тем, кому это реально нужно и кто может из этого сделать что-то полезное, а не тем, кто может это купить, потому что богат. Высказывание Альтмана об ОЗУ смешно именно потому, что оно маскирует стремление к монополии под видом глобальной эффективности. Настоящая эффективность (как в медицине, так и в ИИ) достигается не изъятием ресурсов у людей, а их добровольным объединением для решения общих задач. #ИИ #кооперативы #шеринговаяэкономика

Фразой Сэма Альтмана, вызвавшей волну критики и мемов, стало его высказывание о неэффективности использования оперативной памяти (DRAM) в личных компьютерах. Он сказал это в подкасте Cheeky Pint, и позже Илон Маск ответил на это тем самым мемом с Гансом Ландой. Вот его точная цитата: «From a global allocation perspective, actually, it's quite terrible to have everybody have a bunch of the world's limited supply of DRAM sitting in their own computer». Он также добавил, что эта память «being used 5% of the time» (используется всего 5% времени), и что для решения проблемы дефицита нужно стремиться к «maximum utilization in the cloud» (максимальной утилизации в облаке). Если перевести суть на русский: с точки зрения глобального распределения ресурсов «совершенно ужасно, что у всех есть куча ограниченной мировой поставки DRAM, простаивающей в их собственных компьютерах». Именно это заявление, воспринятое как попытка переложить ресурсы с потребителей на дата-центры, и стало поводом для насмешек.

Без текста

Все таки есть разница, когда фармкомпания не хочет проверять эффективность заведомо нерабочего ноотропа(типа пшыкалки в нос, у которой нет даже правдоподобного механизма действия) в РКИ, потому что государство уже и так разрешило им лечить и внесло в клинические рекомендации несколько лет назад и между ситуацией, когда мы не можем провести исследование, где одной группе мы говорим курите, а другой не курите, где у вреда курения есть четкий биологический механизм, подтвержденнный в реальной жизни #хайлайты

Таймлан, который мы заслужили. Самое могущественное государство в истории человечества, с первоклассными университетами, десятками нобелевских лауреатов и триллионными расходами на исследования, публикует на ОФИЦИАЛЬНОМ сайте Белого дома экономический анализ уровня «если построить бесплатную больницу, через десять лет американцы будут есть друг друга». Римская империя хотя бы дождалась варваров. Американская решила справиться своими силами. https://www.whitehouse.gov/socialism/

Без текста

TTE признают NICE (Британия) и EMA (Европа) как способ получать доказательства из реальной практики (RWE). Внутри TTE есть 3 рабочих инструмента: 🔹 Double Machine Learning (DML) — для случаев, когда в электронных медкартах тысячи показателей и обычная модель тонет в шуме. DML с помощью машинного обучения помогает отделить эффект лечения от влияния всех этих характеристик пациентов. Вывод корректен только при выполнении допущений, но DML помогает уменьшить смещение там, где классика плохо справляется. 🔹 Causal Forest — проверяет, одинаков ли эффект лечения у всех. Если нет — ищет подгруппы, кому лечение помогает больше, а кому меньше. Это шаг к персонализированной медицине, где можно сказать для кого лечение полезнее. 🔹 IPTW / G-формула — классические способы сделать сравниваемые группы сопоставимыми по измеренным характеристикам. Особенно важны когда лекарство чаще дают более тяжёлым пациентам, и потом трудно понять, что повлияло на исход — само лекарство или изначальная тяжесть. Эти методы корректируют то, что мы измерили. DML — как шумоподавление, Causal Forest — как лупа для подгрупп, IPTW/G-формула — как весы, чтобы группы стали честно сопоставимыми. Но всё это работает только с теми факторами, которые есть в данных. В РКИ назначение лечения не зависит от пациента — поэтому конфаундеры, измеренные и неизмеренные, распределяются случайно. В когорте врач часто назначает лечение по тяжести состояния, доступу к помощи, поведению в отношении здоровья. Причиностная статистика контролирует только те переменные, которые вы измерили и включили в модель. Если ключевой фактор не записан в данных — например, «препарат X дают только самым тяжёлым, но тяжесть не отражена в EHR» — оценка будет смещена. И никакой ML это не исправит: ML не создаёт новые данные. На практике мета-анализ в BMJ (2026) сравнивал TTE с рандомизированными контролируемыми исследованиями и никакой значимой разницы не нашел: в 107 парах суммарное отношение отношений шансов ROR — 0,96, 95% ДИ 0,92–1,01; I² = 36%, то есть статистически незначимо. В 63 парах с более близкой имитацией дизайна согласие было выше: корреляция Пирсона 0,83, 95% ДИ 0,73–0,89; согласие 87%, 55/63. Когда TTE — лучший выбор? — долгосрочные эффекты; — редкие исходы; — очень разнородные популяции; — реальные пациенты с кучей болячек, которых исключают из РКИ; — когда РКИ невозможно или неэтично. #наука #статистика #машинноеобучение #доказательнаямедицина #РКИ #когортныеисследования #эпидемиология

Нет РКИ, нет доказательств, а всего лишь корреляция? Как работает причинно-следственная статистика в когортных исследованиях? Я наверное, даже когда школьником был, до перехода в медицинский лицей так поверхностно не рассуждал, как Алипов, хотя канал позиционируется как пространство, где медицина и нейробиология разбирается глубоко и нацелена на узкий круг подготовленных зрителей. На деле просто распространяются мифы второго порядка, которые гораздо опаснее более простых, поскольку маскируются под науку, но при зтом противоречат самому духу научного метода, а 4-5 часов стрима нужно не для всестороннего разбора сложной темы(для многих сложных тем достаточно получаса(3Blue1Brown объясняет всю суть матанализа за 34 минуты), проблема не в том, чтобы долго объяснять, а в том, что объяснение не все поймут), а лишь для сбора денег ввиде донатов с подписчиков и рекламы репетиторства и создания ощущения прикосновения к элитарной науке. Факт в том, что Фишер сам любил курить и в этот момент ему было пофиг на науку, потому что наука впринципе не может исключить никакие факторы. Наука не может доказать отсутствие, ни фактора х, ни чайника Рассела. РКИ как часть научного метода, которая используется вместе со статистическими методами может доказать только то, что этого фактора нет в рамках тех условий в которых оно проводилось. Поэтому мы не можем сказать точно у какого курящего человека будет рак легких. Полностью все спутывающие факторы можно исключить только проводя вмешательства на конкретном человеке посмотреть результат, а потом на машине времени вернуться к нему в прошлое и не проводить вмешательство и сравнить результат в 2 ветках этой мультивселенной, но это парадоксально нарушает принцип причинности, а значит мешает пользоваться причинностным методом на 100% и даже через квантовые частицы, которые могут двигаться назад во времени осмысленный сигнал передать нельзя по теории относительности, поэтому мы пользуемся статистикой. Статистика показывает, что результаты РКИ и неРКИ не отличаются, когда это касается жестких конечных точек(маркеры, смертность). Разница лишь в сложности интерпретации. РКИ хороши не тем, что все факторы уравнены между 2 группами, а тем, что суммарное влияние сопутствующих факторов уравнено. Не надо специально делать так чтобы в каждой группе было одинаковое количество женщин у которых риск ниже и одинаковое количество людей с ожирением у которых риск выше. Сумма влияния уравнивается автоматически, поскольку "случай беспристрастен" как говорил двуликий в фильме про Бетмена. Понимая проблему неРКИ эпидемиологи давно вывели критерии Хилла для установления среди корреляций причинно-следственных связей, и судя по Кокрейновскому систематическому обзору–золотому стандарту доказательной медицины это работало, но научпоперы не успокаивались, неуместно сравнивая хорошие эпидемиологические исследования в области факторов риска и ЗОЖа с шуточными корреляциями типа фильмов с Николасом Кейджем и утоплениями в бассейне. Дальше современные ученые поняли, что причинностную статистику можно применять и на когортных данных. Это работает как эмуляция целевого испытания, TTE. Сначала описывают идеальное рандомизированное исследование, а затем воспроизводят его протокол на наблюдательных данных. Рандомизированные клинические испытания (РКИ) — эталон причинно-следственного вывода. Но иногда РКИ невозможно, неэтично или оно не отвечает на вопрос про реальных пациентов. Тогда на помощь приходят причинно-следственные методы на когортных данных. Самый системный подход называется Target Trial Emulation (TTE) — «эмуляция целевого испытания». 1️⃣ Сначала строго описываем идеальное РКИ: кого включаем, какие стратегии лечения сравниваем, когда стартуем, какой исход считаем. 2️⃣ Потом воспроизводим этот протокол на наблюдательных данных — электронных медкартах, регистрах, когортах. 3️⃣ Получаем Real-World Evidence (RWE) — доказательства из реальной практики.

Без текста

Хэллоуин 1957 года в Лос-Анджелесе (США). Женщина, одетая в костюм в виде первого искусственного спутника Земли. Сразу видно, какое событие стало тогда одним из важнейших для человечества. СССР был в авангарде научно-технического прогресса. Думай сам/Думай сейчас

Часто представляется так: «Человек бы сразу согласился. Вот ему сказали: «Ты ошибаешься, неправильно вспомнил, а он бы сразу согласился». У меня подозрения, что люди, которые делают такие комментарии в интернете в первый раз. Конечно, так все и работает. Человеку сказали, что он тут не правильно представляет все себе и он сразу же согласился и это происходит в 100% случаев. Да таких надо поискать! Чтобы хотя бы в очевидном случае человек с тобой согласился, а если не в очевидном вообще это большая редкость. Мне каждый раз странно, когда человек что-то пишет не проверяя, хотя он пишет это в интернете, значит у него точно есть доступ к поисковым машинам, он бы мог просто загуглить, хотя бы в энциклопедии, википедии прочитать, хотя бы приблизительно, освежить как-то знания про то, что он пишет, воспоминания свои превратить из смутных во что-то более конкретное, человек этого не делает. Более того, ты говоришь, вот ссылка, просто пройди по ней прочитай определение. И через раз, а то и чаще люди этого не делают, а chatGPT, кстати делает. Если его поправить, он признает. И вот это ненастоящий интеллект у chatGPT, потому что он иногда делает то, что люди делают постоянно. Так было, например, с админом канала Data medicine, который, вроде бы, должен пользоваться надежными источниками и тщательно их анализировать, который в споре на политико-экономическую тему начал врать про исторические даты, события и интерпретировать под свою удобную, но поверхностную картину мира, которая касается и медицины тоже, и врачей в частности. И он на полном серьезе считал, что выдумать и взять из головы лучше, чем перепроверить у ИИ, пройти по ссылке, изучить конкретные источники. Типа если ты взял у ИИ это не считается, а вводить людей в заблуждение и самому мыслить в неверном направлении, это ок. Школьники, которые спецом учат стихотворение, чтобы на уроке его завтра ответить, во время ответа придумывают те слова, которых не было. Даже так они делают это неточно и вы ждете от интеллекта, у которого нет специального хранилища всех текстов, чтобы он точно воспроизвел строки любого стихотворения. И он делает точно также как человек бы сделал, есть варианты ответа «я не помню этого стихотворения», либо «что-то такое помню, вроде вот так как-то было», возможно это другое стихотворение, возможно вы половину слов придумали сами, а у автора этого не было, происходит это сплошь и рядом, певцы зачастую свои песни вспоминают неправильно и какую-то строчку поют не так как было, на ходу придумывая, что сказать, иногда будучи уверенными, что так и было с самого начала, но у них есть интеллект, а у чат-бота нет, потому что галлюцинирует. Человеческому интеллекту предъявляются какие-то особые требования и кучу всего прощается, а искусственному: Во-первых ничего не прощается, а во-вторых, требуется превосходство в сотни раз для того, чтобы просто признать его интеллектом таким же или не сильно отстающим. #ИИ #чатботы #философия #психология

ИИ галлюцинирует, а врач нет? Или как это работает? То, что для меня кажется невероятным прогрессом, огромным скачком, ломающим все предыдущие предположения, для некоторых все равно плохо, неидеально, поэтому плохо. У человека лучше? Нет, у человека еще хуже, но все равно у человека интеллект настоящий, а у ИИ ненастоящий. Люди почему-то считают, что ИИ – это в обязательном порядке идеальная поисковая машина, совмещенная с базой данных всех фактов известных человечеству и с какими-то уникальными вычислительными возможностями, которая за секунду должен решать любую задачу решать, даже такую, которую на суперкомпьютере сейчас не получается решить. Какая-то мегазавышенная планка, оно не то, что выше человеческих способностей, оно выше способностей всего человечества в сумме вместе со всей техникой, которая у него есть. И если это будет достигнуто, только тогда мы скажем, что интеллект есть, по крайней мере мы сейчас пообещаем, что так скажем, а в реальности нам потом нужно будет еще что-нибудь придумать. Если вы берете интеллект как интеллект, он характеризуется способностью рассуждать и анализировать, у него не должна присутствовать идеальная память или феноменальные вычислительные способности. Посмотрите на человека, у него такая память, что 100 чисел запомнить проблема, у него вычислительные способности такие, что он эти 100 чисел в уме не сложит, а в лучшем случае без ошибок сложит 5 и долгое время использовал для этого бумагу и специальный алгоритм, а не по интуиции. Вы помните каждую строчку каждой книги которую вы прочитали? Да ладно, вы не вспомните что вам 2 минуты назад сказали, не говоря уже через годы. Почему для обладания интеллектом от компьютера требуется это иметь? Вы можете с ним разговаривать и сказать: «Ты можешь задавать мне вопросы. Если тебе для рассуждения недостаточно какой-то информации ты мне скажи, я загуглю для тебя и он будет вас просить это предоставить, более того, он даже без этого явно сформулированного разрешения он уже иногда это делает, он говорит: «тут мне не хватает мне этого, не могли бы вы сказать?» Он делает это недостаточно, на мой взгляд, но и люди делают это недостаточно часто. То есть мало кто людей готов все время себя контролировать и говорить: «в данный момент мне не хватает информации», нет, зачастую они выдают ту гипотезу, которую они сами же додумали на ходу, то есть на базе каких-то смутных воспоминаний или догадок они не спрашивают, они генерят. Некоторые говорят, что он глючит, то есть он говорит то, чего нет. Извините, он делает это значительно реже чем люди, текущие реализации ИИ галлюцинируют реже чем люди. У них, естественно, есть ложные воспоминания, потому что это не точная база данных, а вероятностная, это приблизительное запоминание, которое к тому же при дальнейшем обучении еще и размывается, то есть со временем, если поступает новая информация, она ухудшается, у человека тоже самое, со временем вы забываете то, особенно, если поступает новая информация, особенно, если она поступает на схожую тему. Поэтому галлюцинации – это свойство интеллекта вообще, а не конкретно проблема chatGPT. А для некоторых это кажется бредом: «он нашел несуществующую ссылку или несуществующую книгу, использовал неправильного автора». А вы точно сами никогда в жизни не путали автора каких-то произведений, не путали его сюжет, какие-то детали сюжета? Точно не перевирали содержание статей, которые где-то прочитали, может исторические события неправильно вспомнили? Это такие же галлюцинации и профессиональному историку ваши рассказы про историю покажется таким же бредом, как вам кажется то, что вы спросили у чат-бота для проверки, более того, для историка, который только что занимался этим вопросом это покажется еще большим бредом, потому что этот вопрос хорошо помнит, а если он занимался им давно, может быть он помнит сильно лучше, чем вы, он может лучше об этом рассуждать, потому что у него, впринципе больше опыта по истории, или в методе, которое это дело изучается. #ИИ #чатботы #философия #психология

Варфарин, гинкго билоба и кровоизлияния в мозг: Проблема не в том, что неврологи к варфарину добавляют гинкго, а в том, что токсиколог-журналюга с истекшей аккредитацией, который не смыслит ни черта ни в неврологии, ни в кардиологии не знает про прямые антикоагулянты, ингибиторы фактора XI/XIa, которые придумали как раз для того, чтобы снизить риски кровотечений и не мониторить постоянно МНО. В идеале вообще не нужно пить никакие антикоагулянты, подвергаясь системным рискам, а механически закрыть левый предсердный придаток. Назначать варфарин в 21 веке это в медицине – дурной тон! Во-первых, антикоагулянтами инсульт не лечат, лечат фибрилляцию предсердий, никакого специфического влияния на мозг нет, скорее даже негативное влияние на восстановление. Во-вторых, риск кровотечений от приема гинкго билоба в РКИ доказан не был, а в неРКИ его может давать куча других препаратов и как правило это не хорошо и не плохо, а оборотная сторона снижения риска тромбозов как и, например, блокаторов кальциевых каналов, поэтому смотреть нужно на общую смертность, а потом на когниции. Большинство инсультов вообще некардиоэмболические, а когда он уже случился кардиоэмболическую причину искать бесполезно: • Исследование оценивало гипотезу о пользе добавления низкодозовой пероральной антикоагулянтной терапии к стандартному лечению антиагрегантами для предотвращения рецидива инсульта у пациентов с острым ишемическим инсультом без показаний к антикоагулянтам. • Систематический обзор и метаанализ 4 РКИ (6893 пациента) показал, что комбинированная терапия не снижает риск рецидива ишемического инсульта, но увеличивает риск серьезных кровоизлияний. • Таким образом, данная стратегия не рекомендуется. • Дилтиазем и верапамил, являющиеся ингибиторами P-гликопротеина и CYP3A4, повышают концентрацию прямых пероральных антикоагулянтов (ДОАК) и могут увеличивать риск кровотечений. • Целью мета-анализа было оценить риски кровотечений и инсульта при одновременном применении дилтиазема/верапамила и ДОАК, а также при монотерапии ДОАК. • Мета-анализ 6 исследований показал, что сопутствующая терапия ДОАК и дилтиаземом/верапамилом значительно связана с повышенным риском серьезных и желудочно-кишечных кровотечений. • При этом в группе сопутствующей терапии наблюдался значительно более низкий риск инсульта или системной эмболии по сравнению с монотерапией ДОАК. • Данный метаанализ и систематический обзор оценивает эффективность имплантируемых петлевых регистраторов (ИПР) в выявлении фибрилляции предсердий (ФП) и предотвращении повторного инсульта. Включены 12 исследований. • ИПР значительно повышают выявление ФП, но не снижают частоту повторных инсультов или смертность. Безопасность гинкго билоба: «12 СР с метаанализом РКИ соответствовали критериям отбора. Качество доказательств, представленных в этих СР, варьируется от низкого до среднего уровня. В целом, имеющиеся данные свидетельствуют о том, что GbE имеет потенциально положительный эффект по сравнению с плацебо на когнитивные функции, повседневную активность и общие клинические симптомы при лечении деменции в дозах более 200 мг / день (обычно 240 мг / день), вводимых в течение 22 недель или дольше, и что GbE кажется безопасным для добавки в пище человеком.» • Метаанализ оценил эффективность и безопасность препаратов гинкготерпеновых лактонов, включая инъекции дитерпеновых гинколидов меглумина (DGMI), в сочетании с антиагрегантными препаратами при лечении ишемического инсульта. Было проанализировано 27 РКИ (3336 пациентов) • Комбинированное лечение DGMI значительно улучшило общую частоту ответа, оценки по NIHSS и индексу Бартела по сравнению с только антиагрегантной терапией • Существенной разницы в прогнозе, функции тромбоцитов и частоте побочных реакций не выявлено • Комбинация препаратов гинкготерпенового лактона с антиагрегантными препаратами может значительно повысить клиническую эффективность и имеет благоприятный профиль безопасности при ишемическом инсульте. #неврология #инсульт #кардиология #фибрилляцияпредсердий #антикоагулянты #ривароксабан #кардиохирургия #окклюзиялевогопредсердия

Без текста

«Это не в пределах моей компетенции, если врач это говорит – он большой молодец, потому что сейчас это не принято» Через 2 минуты: «поскольку в чат GPT или Гигачат ИИ генеративный он не может сказать: «я не знаю», он не может не дать вам ответа.» Поэтому нельзя ими пользоваться в медицинских вопросах. Кажется этому "дедуле докмеда" самому не помешало бы выпить каких-нибудь ноотропов, потому что с логикой явно проблема. По ней ему вообще нельзя соваться в тематику неврологии, кардиологии и выступать с разными лекциями, рассказывать о вакцинах и антибиотиках(это дело инфекционистов, иммунологов или хотя бы педиатров,) о доказательной медицине впринципе, потому что это раздел эпидемиологии. Лично я считаю эту логику ущербной и ценю хорошие аргументы, факты, непротиворечивую модель, подкрепленную научными исследованиями и качественными ссылками на источник превыше формальной корочки или званий и регалий, даже по той специальности о которой идет спор. #хайлайты

Лечение фибрилляции предсердий как мощнейшая профилактика инсульта. 29 октября - Всемирный день борьбы с инсультом, учреждённый в 2006 году. Всемирный день борьбы с инсультом подчеркивает важность профилактики и диагностики. Не буду повторяться о симптомах, которые многие уже знают, если нет, то всем советую шкалу ROSIER с которой справится и школьник, есть понятная инфографика, но при этом по валидности является лучшей и на голову обходит примитивную шкалу по аббревиатуре "УДАР". Если головокружение – HINTS и головная боль с аурой SM, но это уже для более подготовленных. Самое эффективное, что может сделать для профилактики инсульта врач пациенту с фибрилляцией предсердий (раньше называли мерцательной аритмией) – грамотное лечение. Парадоксально, но факт: в России исторически существует низкий уровень назначения антикоагулянтов в принципе. Врачи часто опасаются назначать их из-за риска кровотечений и сложностей контроля (особенно при использовании варфарина). В этой ситуации ЗЛПП могла бы стать решением для пациентов, которые должны получать антикоагулянты, но не получают их из-за рисков. Врачи, в силу консерватизма и опасений осложнений самой инвазивной процедуры, не спешат направлять на нее даже тех, кто мог бы подойти. https://gnicpm.ru/wp-content/uploads/2020/01/kalemberg_otzyv_off_opponent_gilyarov.pdf#1#1#1 • Инсульты делятся на ишемические (80%), вызванные тромбами или сужением сосудов, и геморрагические (20%), связанные с кровоизлиянием. • Ключевые методы профилактики зависят от типа инсульта: кардиоэмболические требуют антикоагулянтов(ривароксабан, апиксабан, варфарин) или окклюзии ушка левого предсердия, а атеротромботические и лакунарные — антиагрегантов(аспирин, клопидогрель, дипиридамол). • Окклюзия левого предсердия является эффективной альтернативой медикаментозному лечению, существенно снижая риск тяжелых кровотечений. • Метаанализы исследований показывают, что окклюзия левого предсердия (ЗЛПП) превосходит антикоагулянтную терапию в снижении рисков серьезных кровотечений, сердечно-сосудистой и общей смертности у пациентов с фибрилляцией предсердий. • В отличие от длительного приема медикаментов, ЗЛПП исключает риск кровотечений и эффективно работает независимо от возраста пациента. • Прямые пероральные антикоагулянты (ПОАК) также более безопасны и предсказуемы по сравнению с варфарином, при этом в медицине разрабатываются перспективные ингибиторы фактора XI, направленные на минимизацию побочных эффектов. • Метаанализы сравнивают ДОАК и ингибиторы фактора XI/XIa при фибрилляции предсердий. • ДОАК эффективнее снижают риск инсульта и обладают когнитивными преимуществами, тогда как ингибиторы FXI/XIa лучше защищают от кровотечений, но повышают вероятность ишемических событий. • Для окончательных выводов требуются дополнительные исследования. #неврология #инсульт #кардиология #фибрилляцияпредсердий #мерцательнаяаритмия #антиагреганты #антикоагулянты #ривароксабан #кардиохирургия #окклюзиялевогопредсердия #профилактика

Без текста

111 тысяч через прокуратуру: как офтальмологу вернули то, что система присвоила В Башкирии офтальмолог через прокуратуру добился компенсации недоплаченных стимулирующих выплат. С января по июль 2026 года ему незаконно снижали стимулирующую часть зарплаты. Сумма неначисленных выплат — более 111 тысяч рублей. Прокуратура выявила нарушения, направила главврачу представление, возбудила административные дела. Врачу выплатили задолженность. Формально — справедливость восстановлена. Фактически — ещё один эпизод системы, где работник вынужден выгрызать своё через надзорные органы. Стимулирующие выплаты — это не «бонус за хорошую работу». Это бОльшая часть зарплаты врача, которая не может быть ниже 80% от среднемесячной зарплаты даже при условии дисциплинарного взыскания по ТК РФ, но на практике премия чаще – рычаг. Их размер определяет не закон, а комиссия. Иногда дают, иногда урезают. В течение 7 месяцев офтальмологу их снижали. Почему? Потому что кто-то в администрации решил, что можно. Или потому что нужно было сэкономить. Или потому что врач не проявил достаточной лояльности. В трудовом договоре обычно прописан оклад. А стимулирующие — «по результатам работы». Это скрытая от обычного работяги зона, где работодатель чувствует себя хозяином и прописывает в положении о премировании, коллективном договоре и специальной оценке условий труда – документы, которые рабочему не выдаются. И работник зависит не от закона, а от настроения начальства. Прокуратура вмешалась. Выявила нарушения. Заставила выплатить. Но обратите внимание на механику: нарушения длились 7 месяцев. Врач, вероятно, жаловался. Но только вмешательство прокуратуры сдвинуло ситуацию с мёртвой точки. Это значит, что внутренние механизмы защиты не работают. Комиссия по распределению выплат, желтый профсоюз (а он везде есть, в него заставляют вступать только, чтобы отнимать 1% его зарплаты сверху, которые также пилятся между председателем и той же администрацией в пользу которой утверждается коллективный договор), администрация больницы — все они либо участвовали в недоплате, либо бездействовали. И только внешний орган, который может возбудить административное дело, заставил систему раскошелиться. Врач потратил время, нервы, возможно, деньги на юриста. Главврач получил представление и административные дела. Всё это — ради 111 тысяч рублей. Сумма для больницы небольшая. Для врача — существенная. Но главное не в сумме. Главное в том, что система заставляет работника доказывать очевидное. Что ему недоплатили. Что это незаконно. И пока он это доказывает, он не лечит пациентов. Он тратит силы на борьбу с бюрократией. Главврач — менеджер. Он может направить ресурсы на поощрение лояльных, на экономию, на покрытие других статей. А может — на зарплату врачам. Но это не его личная доброта. Это его управленческое решение. В капиталистической системе менеджер всегда действует в интересах эффективности (читай — экономии). Если можно сэкономить на стимулирующих, он сэкономит. Пока его не заставят заплатить. И прокуратура здесь — не защитник врача, а арбитр, который напоминает: закон ещё не полностью отменён. В Курганской области из зарплат врачей удерживали штрафы больницы. В Уфе снижали выплаты санитаркам и медсёстрам, чтобы не допустить кредиторской задолженности. В Ставрополье замы получают 64 тысячи надбавки, а врачи — 4 тысячи. Везде одно: заработок медика — это поле битвы. Исход зависит не от качества работы, а от того, насколько работник готов бороться. Офтальмолог выиграл. Но сколько таких, кто не пошёл в прокуратуру? Кто смирился? Кто уволился? Система устроена так, чтобы недовольные уходили, а оставшиеся молчали. И пока прокуратура работает как служба экстренной помощи для трудовых прав, медицина будет оставаться зоной произвола. Это победа. Но она состоялась не потому, что система справедлива. А потому, что нашёлся человек, который не сдался, и орган, который сработал. Пока деньги остаются инструментом власти, а не гарантией труда, врачи будут вынуждены тратить силы не на пациентов, а на борьбу с администрацией. И это — главный симптом. #рабочиеновости

Случай мощный, конечно. Я когда педиатром на участке работал даже обычные прививки, которые по календарю детям положены не все были и не всегда в наличии в поликлинике и всем родителям было пофиг, хотя это напрямую жизни детей касается и мы за это налогами заплатили. Здесь по сути 4 мира пересекается между собой: медицинско-научный, экономический, политический и юридический, на этом пересечении, его описании и построен мой канал. Мне эта девушка по характеру напомнила депутатку, которая подала жалобу на транспортную компанию из-за того, что долго ждала свой автобус и других планировала научить. Вроде бы мелочь, но из таких мелочей, перфекционистов и сознательных людей и формируется настоящее гражданское общество, которое требует с чинуш то, что им положено, а не послушно и молча на все согласно... #медицинскаяполитэкономия

Ограничение права на бесплатную вакцинацию в зависимости от профессии для людей, постоянно живущих в опасном регионе, противоречит духу ФЗ «Об иммунопрофилактике инфекционных болезней» и позиции самого Минздрава о недопустимости дискриминации. Смысл бесплатной вакцинации — защита населения, подвергающегося риску заражения. Для человека, живущего в эндемичном районе, риск заражения высок независимо от того, работает он лесником или бухгалтером. Суды нижестоящих инстанций, вероятно, допустили ошибку, придав норме расширительное толкование в ущерб правам гражданина. Эта история — не про одну прививку. Это модель. Сначала государство обещает бесплатную медицину. Потом вводит регламенты, которые ограничивают доступ. Потом перекладывает расходы на граждан. Вспомним секвестр онкопроекта на 100 млрд, сокращение первичного звена на 52%, урезание выплат медикам, закрытие роддомов и реанимаций. Везде одно: экономия на здоровье ради других статей бюджета. Вакцинация от клещевого энцефалита — капля в море. Но именно на таких каплях видна логика системы. Если государство экономит на защите населения от смертельной инфекции, значит, здоровье не является приоритетом. Приоритет — бюджет и лояльность. В одиночку сложно победить систему, которая защищает свои финансовые интересы. Верховный суд может поставить точку, но даже если решение будет в пользу истицы, это не изменит общую тенденцию. Пока медицина финансируется по остаточному принципу, а чиновники ищут лазейки в приказах, чтобы сэкономить, граждане будут платить из своего кармана. Или болеть. Или умирать. Прививка от энцефалита — лишь один из примеров. За ним — вся система, где здоровье человека стоит меньше, чем строка в бюджете. #вакцинация #клещи #клещевойэнцефалит #профилактика #здоровье #безопасность #организацияздравоохранения #юриспруденция

Оспорить национальный календарь вакцинации по науке и закону Жительница Екатеринбурга через Верховный суд оспаривает национальный календарь прививок. Ей отказали в бесплатной ревакцинации от клещевого энцефалита, хотя Свердловская область — эндемичный регион. Пришлось сделать прививку за свой счёт. Суды 3 инстанций встали на сторону Минздрава. Теперь дело дошло до Верховного суда. Это уже смахивает на дискриминацию по профессиональному признаку и глупую отписку со ссылкой на авторитеты. Медицинские решения должны приниматься не на основании мнения какого-то там главного санитарного врача, а на основании научных исследований! На канале приводил 2 систематических обзора и мета-анализа из кучи исследований, в которых доказана чрезвычайно высокая эффективность вакцин, в том числе и российских. Согласно рекомендациям ВОЗ и Европейской академии неврологии, в районах с высокой эндемичностью (инцидентность ≥5 случаев на 100 000 населения в год) вакцинация рекомендуется всем лицам старше 1 года, проживающим на этой территории, независимо от их профессии. Более того, некоторые эксперты предлагают охватывать вакцинацией всё население эндемичных регионов, а не только тех, кто проживает в них или путешествует. В условиях такой доказательной базы заявление минздрава о том, что позиция пациентки «формально лингвистические» просто смешное. Ее позиция подтверждена медицинской наукой, а формальности пришлось соблюсти только потому, что особо хитросделанные хотят сэкономить бюджет и не хотят обеспечить нормальной иммунопрофилактикой всех желающих, которые скидываются для этого своими налогами. Пациентка их Екатеринбурга большая молодец: подошла к делу очень разумно и проявила большое упорство. Нужно поддержать ее в отстаивании своих медицинских прав. Побольше бы таких сознательных людей! С точки зрения буквального прочтения закона и системного толкования, ее позиция также выглядит более обоснованной. Однако формально суды нижестоящих инстанций истолковали норму иначе, и именно этот конфликт предстоит разрешить Верховному суду. В приказе Минздрава № 1122н перечислены категории граждан для бесплатной вакцинации от клещевого энцефалита: · Лица, проживающие на эндемичных территориях. · Лица, выезжающие на эти территории. · Лица, прибывшие на эти территории и выполняющие определённые работы (сельскохозяйственные, лесозаготовительные и т.д.). Требование о выполнении конкретных работ относится только к третьей категории («прибывшим»). Запятые и союз «а также» обособляют группы, поэтому для первых двух категорий (проживающих и выезжающих) требование о профессии не применяется. То есть само проживание в эндемичном регионе (Свердловская область) даёт право на бесплатную прививку. Позиция судов нижестоящих инстанций: Для получения бесплатной прививки недостаточно просто жить на эндемичной территории — необходимо также заниматься указанными в приказе видами деятельности. То есть если ты врач, учитель, ученый или пенсионер, живущий в эндемичном районе, — плати сам. Это не забота о здоровье. Это способ сэкономить бюджет за счёт тех, кого государство не считает достаточно важными. Позиция Минздрава: Календарь — лишь часть «единого правового механизма», а решение о вакцинации принимает главный санитарный врач региона с учётом эпидобстановки. Доводы истицы ведомство называет «формально-лингвистическими». При этом в более поздних разъяснениях Минздрав указывал, что право на прививку возникает просто по факту проживания на эндемичной территории, а ограничения по профессии — дискриминация. Это уже не первый случай, когда разные представители минздрава противоречат друг другу. Так было про обязательность клинических рекомендаций. И это хорошо. Значит вменяемые люди там остались, которые иногда свои решения продавливают и есть плюрализм мнений. Согласно теории права при неясности формулировок закона приоритет отдаётся буквальному тексту документа. #вакцинация #клещи #клещевойэнцефалит #профилактика #здоровье #безопасность #организацияздравоохранения #юриспруденция

Денег для врачей нет, премии для начальства есть: медикам урезают зарплаты на фоне критического дефицита кадров   🔻 Коллектив Воронежской городской клинической поликлиники №7 пожаловался на урезание зарплат. Как рассказали медики, более 1500 сотрудников получили только оклады и МРОТ за вычетом подоходного налога. «Уровень зарплат в нашей поликлинике опустился до уровня 10-12-летней давности», – говорят сотрудники. По их словам, работать приходится «за 20 тысяч рублей», и некоторые медики уже начали увольняться. Помимо медиков пострадал и немедицинский персонал БУЗ ВО «ВГКП № 7» – работников лишили всех стимулирующих надбавок. Руководство поликлиники в ответ на претензии коллектива разводит руками и говорит, что «денег нет», сообщили сотрудники. При этом, по словам воронежцев, администрация учреждения в мае выписала себе премию, которая в сумме составила практически весь фонд зарплаты немедицинского персонала. 🔻 Ранее схожая ситуация массово произошла в Якутии. Как минимум 17 медицинских учреждений республики снизили зарплаты у 25% работников из категорий врачей, специалистов с высшим немедицинским образованием, среднего и младшего медперсонала. 🔻 До 20% зарплаты на несколько месяцев урезали и курганским врачам, – так руководство Межрайонной больницы № 5 попыталось покрыть штрафы, наложенные страховыми организациями. Подобная «экономия» за счёт работников происходит на фоне тотальной нехватки медперсонала. Российская система здравоохранения испытывает серьёзный кадровый дефицит: по оценке Минздрава, в стране не хватает около 23 тыс. врачей и 63-70 тыс. специалистов среднего медицинского персонала. По мнению независимых экспертов, эти цифры могут быть занижены. Сильнейшую нехватку отмечают в терапевтах, хирургах, неврологах, врачах УЗИ-диагностики, медсёстрах, а также онкологах. К примеру, Новгородская область утвердила программу борьбы с онкозаболеваниями с дефицитом онкологов более 40%. Также критически мало специалистов по направлениям «радиотерапия», «рентгенология», «эндоскопия», «гематология», не хватает сотрудников патоморфологической службы и рентген-лаборантов, отмечает издание «Медицинская Россия». Ранее «Известия» сообщали, что в России не хватает 50% врачей-ревматологов. А «Ведомости» писали, что обеспеченность России гериатрами составляет лишь 46% от норматива – к концу 2026 года показатель может сократиться до 32%. Медики – лидеры по переработкам. Их сверхурочная работа на основном месте занимает почти 40% от нормы рабочего времени в месяц. Дефицит кадров закрывается обычно не новыми работниками, а переработками, совместительством и расширением зоны ответственности действующих сотрудников. При этом 39% медсестер и 38% врачей одновременно трудятся сразу в нескольких клиниках. Среди причин дефицита медиков называют выгорание, низкие зарплаты и отсутствие «престижа профессии». Карта экономического кризиса Написать нам | Подписаться | Сайт Добавь своего работодателя в боте

Госдума отклонила законопроекты о бесплатном проезде для студентов и повышении выплат преподавателям вузов и ученым. Народ дал мандат, выполняют волю народа.

Слишком быстро они принимают цитируемость за влияние. Все эти рейтинги, гранты, журналы, звёздные профессора – это фетиш академического капитализма. Академия подчинена императиву роста: «публикуйся или умри», гонка за метриками, концентрация ресурсов в «большой» науке. Цитирование — аналог монопольной ренты. Кто определяет проверяемость? Как концентрация цитирований связана с концентрацией ресурсов, издательских монополий и академического труда? Климатический кризис требует и проверяемых естественных наук, и критической социальной теории, нельзя просто ранжировать их по HHI. Границы между науками неестественные, а социально установленные. Разделение science/humanities воспроизводит иллюзию двух культур. Внутри каждой группы положительная связь означает лишь, что чем больше вы подчиняетесь символическому порядку своей дисциплины, тем больше вас цитируют. Парадокс Симпсона — известная проблема агрегации, но нельзя на ее основе отвергать эмпирику, надо объяснить механизм, а не морализировать о «твёрдых» и «мягких» науках. Если убрать монополию крупных издательств и грантовую концентрацию, общий отрицательный тренд ослабнет или исчезнет. Регрессия X–Y неверно специфицирована, она не различает формальную и содержательную проверку. Нужны другие индикаторы: доля общественных затрат и вклад в модернизацию. Сначала надо валидировать конструкты: как кодировали дисциплины, как считали цитаты, что с самоцитированиями, соавторством, возрастом и размером поля. Без этого HHI и процентиль проверяемости — артефакты. Надо взять 3–4 дисциплины, интервью с членами редколлегий, понаблюдать за процессом рецензирования, показать как принимаются решения о цитировании. Механизм, а не только корреляцию. Надо включить в выборку тех, кого метрики исключают — периферийные университеты, неанглоязычные авторы, младшие исследователи. Иначе вывод о престиже будет описывать точку зрения победителей. #наука

Без текста

«Термометров нет, но температуру измеряйте»: за что на самом деле уволили студентку-медика из Краснодара? Студентку 6 курса КубГМУ Анастасию Высоцкую уволили из Краевой клинической больницы №1 в Краснодаре. Причина — медицинский блог, который она ведёт с 2016 года. За 10 лет претензий не было. Она окончила колледж с красным дипломом, работала медсестрой в поликлинике, в красной зоне, на скорой, в процедурном кабинете. 6 лет университета — на отлично. К профессиональной работе претензий нет. А в блоге она писала примерно так: «Термометров нет, но температуру каждый день измеряйте. Перчаток нет, но соблюдайте асептику. Систем капельных нет, но откапайте всё отделение. Таблеток нет, но назначения выполняйте. Белья нет, но перестелите всех. Шприцов нет, но инсулин колите. Присоски на ЭКГ не рабочие, но ЭКГ снимите. Как в армии: квадратное кати, круглое неси. Так и про государственную больницу. Любую». Руководство советовало отказаться от блога, «иначе ничего не выйдет», и предлагало снимать себя дома, «как картошку копаете, а не как работаете в отделении». Отсутствие термометров, перчаток, систем, таблеток, белья, шприцов и рабочих присосок — это не выдумка блогерши. Это реальность, которую видят все, кто работает в государственных больницах. Система терпит блог, пока он рассказывает о «пути в медицине». Но как только он показывает изнанку — дефицит, нищету, абсурд требований — терпение заканчивается. Потому что это уже не «личный блог», а свидетельство. А свидетельство опасно. Предложение снимать себя дома, «как картошку копаете, а не как работаете в отделении» — это не забота о конфиденциальности. Это требование молчать о работе. Можно быть врачом. Можно быть блогером. Но нельзя быть врачом, который рассказывает правду о работе. Это отчуждение голоса. Работник не имеет права на публичное свидетельство о своём труде. Его опыт принадлежит не ему, а учреждению. Учреждение решает, что можно показывать, а что нет. И если ты нарушаешь — тебя убирают. Студентка подчёркивает: она не нарушала конфиденциальность, не раскрывала врачебную тайну, не называла имён. Но её всё равно уволили. Значит, дело не в законе о персональных данных. Дело в том, что её текст описывает систему, а не отдельных людей. А система не хочет, чтобы её описывали. Потому что описание — это уже критика. А критика — это подрыв репутации. А репутация — это то, что чиновники защищают, увольняя врачей. Это уже не первый случай. Вспомним Марию Ульянову, которую уволили из московской поликлиники за блог о проблемах системы, а потом восстановили после скандала. Вспомним Сергея Махноносова, которого уволили за слова о неэффективности препаратов и мат в нерабочее время. Вспомним врачей, которым не подписывают больничные, чтобы они не выпадали из строя. Везде одно: работник должен молчать. Его опыт, его наблюдения, его голос — не его собственность. Они принадлежат системе. И система готова уволить любого, кто это правило нарушает. Студентка с красным дипломом, 10 лет в профессии, опыт в красной зоне и на скорой — идеальный кандидат. Но её увольняют. Не за плохую работу. За то, что она сказала вслух то, что все видят. Это система, в которой профессионализм не защищает. В которой лояльность важнее компетенции. В которой врач — не субъект, а функция. Функция должна работать и молчать. А если она говорит — её заменят. Анастасию Высоцкую уволили не за блог. Её уволили за то, что она описала реальность государственной больницы: «квадратное кати, круглое неси». За то, что она показала: система требует невозможного, не давая необходимого. И за то, что она отказалась делать вид, что всё в порядке. Пока такие люди уходят, медицина будет становиться тише. Но тишина не лечит. Она лишь скрывает болезнь. А болезнь — в системе, которая боится правды больше, чем дефицита. #организацияздравоохранения #рабочиеновости

Медицинские данные — это коллективное знание, созданное трудом тысяч людей. Превращение их в частную собственность — это экспроприация. Бюрократия согласий — это идеологическая ширма, которая придаёт экспроприации видимость законности и заботы. Пока система устроена так, что рискует врач, а зарабатывает платформа, никакие согласия и подписи не защитят ни пациента, ни медицину. Они лишь закрепляют новую форму собственности — цифровую. #медицинскаяполитэкономия #организацияздравоохранения

Я всегда говорил, что если законы написаны так, что понятны только профессиональным юристам – они бесполезны. Надо стремится к обратному. С элитарностью пора заканчивать во всех сферах жизни. Врач и пациент подписывают бумаги, не читая, а данные в это время уходят тем, кто делает на них капитал. Исследователи прямо называют этот процесс «вторым огораживанием» (second enclosure movement) — по аналогии с огораживанием общинных земель в Англии, которое создало капиталистическое сельское хозяйство. Сегодня огораживают не землю, а клинические данные. Компании, агрегирующие записи, получают исключительный контроль над тем, что создавалось коллективным трудом врачей и пациентов. Пациент отчуждён от продукта своего тела и своей болезни. Врач — от продукта своей практики. Пример, который упомянули в Data medicine, — не слух. Резидент «Сколково» «К-Скай» (платформа Webiomed) проанализировала свыше 33 млн электронных медкарт и более 300 млн медицинских записей из госучреждений 28 регионов. Компания заключила госконтракты более чем на 100 млн рублей. Дальше — важнее. Регуляторы готовят эксперимент, в рамках которого обезличенные медданные будут использоваться без согласия пациентов. Оператором эксперимента может стать та же «К-Скай». Формально данные обезличены. Фактически — контроль над массивом переходит к частному оператору, который получает доступ к тому, что должно было оставаться общественным ресурсом. При этом утечки продолжаются: с 2023 по середину 2025 года из российских медучреждений утекло более 66 млн записей, свыше 20% — через внутреннего нарушителя. Штрафы для организаций выросли до 15 млн рублей. Но кто платит по этим штрафам? И кто сидит в тюрьме? В России за разглашение данных ЕМИАС врач получил 10 месяцев заключения и штраф 100 тысяч рублей. В Башкирии врача осудили за утечку из ЕГИСЗ. Уголовные дела — против конкретных медработников. А компании-агрегаторы, которые собирают миллионы записей и монетизируют их, остаются вне уголовной ответственности. Они — партнеры государства. Это и есть классовая асимметрия. Врач — расходный материал, на которого можно повесить всё. Платформа — субъект, с которым государство договаривается. Бюрократия согласий и подписей — для врача и пациента. Прибыль и контроль — для собственника данных. Кейс из STAT News это подтверждает. Женщина захотела отказаться от передачи данных в сеть Epic (Care Everywhere), которая обменивает 22 млн записей ежедневно. Формально opt-out предусмотрен. Фактически, чтобы отказаться, ей потребовались нотариус, звонки, электронные письма без ответа и личный визит. В одной из больниц Огайо процедура включала 26 шагов, нотариальное заверение и перелёт в Лас-Вегас. В итоге больница не выполнила собственную политику отказа. Полностью отказались от участия в сети Epic всего 112 пациентов — при миллионах пользователей. Это не выбор. Это имитация выбора. Право существует на бумаге, но его реализация обставлена так, что им может воспользоваться только человек с ресурсами, временем и юридической грамотностью. А у тяжелобольного, пожилого или работающего человека этих ресурсов нет. Для врача все эти согласия и запреты — дополнительный труд, не оплачиваемый и не признаваемый. Ему нельзя переслать снимок по обычной почте, нельзя открыть флешку, нельзя посмотреть DICOM на рабочем компьютере. Он тратит время не на лечение, а на обход ограничений — и при этом именно он рискует уголовной ответственностью, если что-то пойдёт не так. Кому выгодна «защита» данных? 1. Производители МИС и агрегаторы — они получают доступ к массивам данных и монетизируют их через аналитику, ИИ-модели, партнёрства. 2. Государство — оно сохраняет контроль над потоками и может перекладывать ответственность на врачей. 3. Юристы и IT-консультанты — целая индустрия «комплаенса» кормится с этих правил. Проигрывают — врачи (больше бюрократии, больше риска) и пациенты (меньше контроля, меньше времени на реальную помощь). Данные при этом не защищены: они утекают, продаются и агрегируются. Просто защита организована так, что ответственность — внизу, а выгода — наверху.

Защита персональных данных создает врачам и пациентам кучу проблем. Нельзя пересылать медицинские исследования по обычным каналам связи, часто даже нельзя на рабочем компьютере посмотреть почту или загрузить с флешки DICOM. У пациента требуют кучу согласий и подписей под бумагами, при том, что у нет ни времени, чтобы их прочитать, ни знаний, чтобы в них разобраться. Проблемы есть в науке и образовании: этические разрешения, забюрократизированное хранение и невозможность делиться данными и т. д. Все эти правила, естественно, повсеместно нарушаются, но врачи, ученые и пациенты при этом оказываются нарушителями. А юристы и айтишники объясняют с чувством морального превосходства, что иначе никак, это для защиты пациентов. Защищают ли все эти меры данные пациентов? Нет, не защищают, а лишь отдают их тем, кто делает на них деньги. В частности, производителям МИС. Тут недавно обсуждали про российскую компанию, резидента Сколково, ставшего собственником нескольких миллионнов медицинских записей из гос ЛПУ. Все бы ничего — медицинская информация должна использоваться на благо человечества, и попытки получить медицинскую помощь, но свои данные защитить — сомнительны с этической точки зрения. Ведь для оказания помощи используются знания, основанные на данных тысяч других пациентов. Но только вот доступна она не тем, кому она должна была бы быть доступна. По ссылке рассказ американской женщины, которая попыталась получить помощь, но не передавать свои данные в собственность производителям МИС. Кратко — формально такая возможность предусмотрена, но фактически она не реализуема. https://www.statnews.com/2026/10/15/health-data-privacy-medical-record-opt-out-barriers-investigated/

«Техническая ошибка»: как в Шарье врачам недоплатили 15%, а виноват оказался платёжный реестр В Шарьинской ЦРБ Костромской области медработники получили за сентябрь на 15% меньше. Написали коллективное обращение — губернатору, в прокуратуру, департамент здравоохранения, трудовую инспекцию и лично главе Следственного комитета Бастрыкину. 5 адресатов. После публикаций в соцсетях департамент направил проверку. Результат: «техническая ошибка при обработке платёжного реестра в программном комплексе». Зарплату доплатили. Серьёзных нарушений не нашли. Директор департамента держит ситуацию на личном контроле. Обратите внимание, как удобно. Не «мы неправильно посчитали», не «руководство решило сэкономить», не «не хватило денег». А «программный комплекс». Техника виновата. Людей нет. Ответственности нет. Эта формула работает всегда. Мы видели её в Ставрополье, где замглавного по экономике заменила последние страницы приказа о надбавках — и проверка претензий не нашла. Видели в Кургане, где из зарплат удерживали штрафы больницы — пока не вмешалась прокуратура. Везде — либо «ошибка», либо «недоразумение», либо «разберёмся». Пока виноват «реестр», система чиста. Она не признаёт, что зарплата — это инструмент давления. Что её можно урезать, чтобы закрыть кредиторскую задолженность, как в Уфе. Что её можно не индексировать, как в Якутии. Что её можно пересчитать «по-новому», как офтальмологу в Клину, которой вместо 15 минут на пациента дали 11. Для чиновника 15% — «техническая погрешность». Для медсестры в Шарье — это разница между оплатой коммуналки и долгом. Для врача — сигнал: тебя не ценят. И люди это понимают. В обращении прямо сказано: снижение зарплаты подтолкнёт сотрудников к увольнению. А в маленьком городе, где специалистов и так нет, это означает одно — пациентам ехать некуда. Дальше — только областной центр, за сотни километров. Заметьте: проблему заметили не после внутренней проверки. А после того, как 15% недоплаты выплеснулись в соцсети и ушли сразу в 5 инстанций, включая Бастрыкина. Это и есть механика. Система не слышит тихие жалобы. Она реагирует на угрозу публичности. Один врач пожалуется — получит отписку. Коллектив напишет во все инстанции — приедет проверка и найдут «техническую ошибку». Работники интуитивно поняли главное: в одиночку ты проситель, вместе — проблема, которую нужно решать. Это единственный рычаг, который у них есть. Медработник отчужден, когда не контролирует ни процесс, ни результат, ни оплату. Здесь именно так. Врач не знает, сколько получит за месяц. Он не может проверить расчёт — оклад, стимулирующие, коэффициент, «реестр». Всё решается где-то в программном комплексе, куда его не пускают. Он работает. Он лечит. А потом ему говорят: «Извините, ошибка». И он должен этому верить. И быть благодарным, что доплатили. Шарья — не аномалия. Это норма. Зарплаты медработников зависят от решений, которые принимаются без них и не в их пользу. Их можно урезать для предотвращения задолженности, перенести индексацию, « оптимизировать ставки, а потом списать всё на технику. И пока это работает, ничего не изменится. Потому что система не боится отдельных жалоб. Она боится только организованного давления — коллективных обращений, публичности, профсоюзов, судов. Медики Шарьи сделали то, что могли. Они написали вместе. И получили свои деньги. Но «техническая ошибка» никуда не делась. Она просто ждёт следующего платёжного реестра. И следующего коллектива, который придётся снова учить, что права не выдают — их выбивают. #рабочиеновости