Кто упоминает Марьяна Батьковна

Друзья, мы в эфире, подключайтесь! https://vkvideo.ru/live-41544210_456239042

Обычно с Катей Мезиновой, моей боевой подругой и руководителем фонда «Добрый Ангел», мы успеваем обняться, выпить кофе и разбежаться по делам. Если только вместе не едем в прифронт доставлять людям помощь под дронами. Но там, конечно, не до долгих интервью. Сегодня сошлись все звёзды, и мы проведём совместный стрим в MAX и VK Видео в 14:00. Ссылка на стрим тут. До встречи в эфире, друзья! Военкор Марьяна Наумова

БАРС-САРМАТ: НА СТРАЖЕ МИРНОГО НЕБА Мобильные огневые группы на данный момент наиболее эффективный способ борьбы с вражескими беспилотниками. По сути - это ближнее ПВО, без которого невозможно воевать и просто существать в зоне боевых действий. Сегодня мы работаем с бойцами БАРС-САРМАТ, отряд "Багратион", которые ведут охоту на железных птиц... МОЙ ФРОНТ с Марьяной Наумовой, 29 октября 2026. Авторский проект военного корреспондента Первого канала, выпуск четырнадцатый. Смотрите, слушайте, подписывайтесь, помогайте, участвуйте. А мы продолжаем свою работу в Новороссии и в русском военном приграничье. Военкор Марьяна Наумова Мои Rutube | Vk | МАХ

БАРС-САРМАТ: НА СТРАЖЕ МИРНОГО НЕБА Мобильные огневые группы на данный момент наиболее эффективный способ борьбы с вражескими беспилотниками. По сути - это ближнее ПВО, без которого невозможно воевать и просто существать в зоне боевых действий. Сегодня мы работаем с бойцами БАРС-САРМАТ, отряд "Багратион", которые ведут охоту на железных птиц... МОЙ ФРОНТ с Марьяной Наумовой, 29 октября 2026. Авторский проект военного корреспондента Первого канала, выпуск четырнадцатый. Смотрите, слушайте, подписывайтесь, помогайте, участвуйте. А мы продолжаем свою работу в Новороссии и в русском военном приграничье. Кроме нас нам никто не поможет, все наши это мы. Мои Rutube | Vk | МАХ Военкор Марьяна Наумова Оказать помощь можно здесь (по ссылке).

БАРС-САРМАТ: НА СТРАЖЕ МИРНОГО НЕБА Мобильные огневые группы на данный момент наиболее эффективный способ борьбы с вражескими беспилотниками. По сути - это ближнее ПВО, без которого невозможно воевать и просто существать в зоне боевых действий. Сегодня мы работаем с бойцами БАРС-САРМАТ, отряд "Багратион", которые ведут охоту на железных птиц... МОЙ ФРОНТ с Марьяной Наумовой, 29 октября 2026. Авторский проект военного корреспондента Первого канала, выпуск четырнадцатый. Смотрите, слушайте, подписывайтесь, помогайте, участвуйте. А мы продолжаем свою работу в Новороссии и в русском военном приграничье. Кроме нас нам никто не поможет, все наши это мы. Мои Rutube | Vk | МАХ Военкор Марьяна Наумова Оказать помощь можно здесь (по ссылке).

БАРС-САРМАТ: НА СТРАЖЕ МИРНОГО НЕБА Мобильные огневые группы на данный момент наиболее эффективный способ борьбы с вражескими беспилотниками. По сути - это ближнее ПВО, без которого невозможно воевать и просто существать в зоне боевых действий. Сегодня мы работаем с бойцами БАРС-САРМАТ, отряд "Багратион", которые ведут охоту на железных птиц... МОЙ ФРОНТ с Марьяной Наумовой, 29 октября 2026. Авторский проект военного корреспондента Первого канала, выпуск четырнадцатый. Смотрите, слушайте, подписывайтесь, помогайте, участвуйте. А мы продолжаем свою работу в Новороссии и в русском военном приграничье. Кроме нас нам никто не поможет, все наши это мы. Мои Rutube | Vk | МАХ Военкор Марьяна Наумова Оказать помощь можно здесь (по ссылке).

БАРС-САРМАТ: НА СТРАЖЕ МИРНОГО НЕБА Мобильные огневые группы на данный момент наиболее эффективный способ борьбы с вражескими беспилотниками. По сути - это ближнее ПВО, без которого невозможно воевать и просто существать в зоне боевых действий. Сегодня мы работаем с бойцами БАРС-САРМАТ, отряд "Багратион", которые ведут охоту на железных птиц... МОЙ ФРОНТ с Марьяной Наумовой, 29 октября 2026. Авторский проект военного корреспондента Первого канала, выпуск четырнадцатый. Смотрите, слушайте, подписывайтесь, помогайте, участвуйте. А мы продолжаем свою работу в Новороссии и в русском военном приграничье. Кроме нас нам никто не поможет, все наши это мы. Мои Rutube | Vk | МАХ Военкор Марьяна Наумова Оказать помощь можно здесь (по ссылке).

Работу работаем.🫡🫡🫡 Видео 2023-2024 г.г. Спасибо военным корреспондентам https://t.me/miakolts, https://t.me/anyanaekrane, https://t.me/maryananaumova за видео о нас. 🫡🤝 Всё для фронта,  всё для Победы!✊️🤝 Наше дело правое,  враг будет разбит,  победа будет за нами! 🫡🤝 @SenseiZOV #АК #Методика_подготовки

ОСЕНЬ РУССКОГО ПРИГРАНИЧЬЯ: ГАРАЖНЫЙ ФРОНТ Первую часть «Сезон охоты на саранчу» читайте здесь. Ливень превратил просёлок в сплошной поток грязи, наша «Таха» даже пару раз опасно вильнула, но отец удержал тяжёлую машину. Минут через двадцать впереди проступили глухие очертания старого ангара. Пикап барсиков нырнул под покосившуюся железную крышу, мы заехали следом. — Глуши! – крикнули откуда-то сбоку. Мы заглушили мотор, и в наступившей тишине было слышно только, как дождь сплошной стеной хлыщет по ржавому железу кровли. В глубине помещения горела тусклая переноска, у верстака копошились двое. — О, Седой приехал! — подал голос плотный мужик в замасленном комбинезоне поверх флиски, и отложив в сторону паяльник, повернулся к нам. — Ну как? — Минус один, Михалыч чётко отработал, — Седой тяжело вздыхая стащил с себя мокрый бронежилет. — Тепляк залило, стёкла в грязи. Давай, шамань, а то до рассвета ещё пара часов... Это место мужчины из "БАРС САРМАТ" уважительно называют лабораторией. Я представляла себе что-то белое и стерильное, где ходят умные люди в очках, а это оказался обычный полуразрушенный гараж на старой деревенской автобазе. Здесь работают те, кого на фронте уважительно зовут инженерами и технарями. До начала СВО Саныч чинил иномарки в Белгороде, а его напарник, молодой парень с позывным «Чип» — студент-радиоэлектронщик, пришёл в БАРС добровольцем после того, как прилетело родительскому дому... Я подошла к верстаку. На нём вперемешку лежали разобранные платы, антенны, медная фольга, мотки проводов, обгоревшие куски сбитых украинских «птиц» и новенькие детали. — А модная турель с монитором - ваша работа? — спросила я, кивнув на пикап, где Михалыч уже протирал тряпкой стволы ПКТ. — Наша, — улыбнулся Саныч. — Понимаешь, Марьяна, обычным прицелом, да ещё ночью, попробуй поймай этот «комар», когда он чуть над полем летит. Только на ощупь. А мы взяли тепляк, вывели сигнал на монитор, приварили спарку ПКТ на станок, пристреляли. Теперь стрелок стоит ровно, держится за рукоятки, перед ним экран, как в компьютерной игре. Только жизнь и смерть вокруг настоящие. — А электроспуск на ПКТ как поставили? — со знанием дела подал голос отец. — Электроспуск от БМП взяли, питание перепаяли под два аккумулятора, — тихо отозвался Чип, не отрывая взгляда от паяльника. — Нам сейчас главное РЭБ настроить. Вон, гляньте, — он показал на угол верстака, где стояла странная конструкция, похожая на связку металлических ромашек. — Это наша глушилка. Рубит частоты, на которых их ночные FPV ходят. Как дождь стихнет, они сто процентов за нашими пикапами охоту откроют. Пикап без РЭБа — это братская могила на колёсах. Михалыч принёс с пикапа залитый грязью тепловизор, Саныч тут же начал просушивать линзы феном, а где-то в углу уже зашумел чайник. — Чай, кофе? На слове чай я кивнула. Седой налил в кружку крепкий чай и протянул мне, горячий фарфор приятно обжог ладони. — Тяжело? — тихо спросила я Седого, глядя на его уставшее лицо. — Тяжело, Марьяна, - ответил он, сделав глоток. — Война изменилась. Раньше мы против людей воевали, а теперь — против железа, людей вообще не видим. Но за каждым железной птицей с той стороны всё равно сидит человек, и совсем не дурак. А значит, мы должны быть быстрее и хитрее. Вот, ребята за ночь успевают платы перепаять под новые частоты, которые мы только вчера нащупали. Это тоже фронт, понимаешь? Гаражный фронт. Без которого наш пикап в поле — просто мишень для врага. Рация на поясе Седого внезапно зашипела. «Первый, я Третий. Готовы? Пошла вторая волна...» Саныч молча передал просушенный тепловизор Михалычу. — По коням... Мы проглотили чай, поставили кружки и загрузились в машины. Дождь затих, до рассвета еще два часа, и наша смена еще не закончилась… Военкор Марьяна Наумова «Хроники нового Неба» Оказать помощь нашей деятельности можно здесь.

ПО ЗОВУ ДУШИ, ПО ЗОВУ СЕРДЦА: ОТРЯД "НЕВСКИЙ" «Мы здесь не по работе, мы по зову души, по зову сердца выполняем долг перед нашей Родиной. Война, помимо трагедии, крови, грязи и человеческих судеб имеет и очистительный смысл. Люди проявляются в подвиге, шестеренки и колеса истории смазываются кровью солдат, и к сожалению, на протяжении многих веков это очень часто кровь русского солдата…» Три года назад, в октябре 2023 года я побывала в добровольческой бригаде «Невский», с комбригом которой, Алексеем Верещагиным, мы были знакомы с 2015-го. Парни тогда держали позиции на одном из самых горячих, на Соледарском направлении, к северу от Бахмута, и добираться до них пришлось под прикрытием темноты, максимально соблюдая все меры предосторожности. Я пообщалась с бойцами и командирами, понаблюдала за боевой работой и за бытом отряда. О том, как это было, смотрите наш сюжеь "МЫ ЖИВЫ" №210 от 05.10.2023. На двое октябрь 2026-го, и мы продолжаем работать в Новороссии и русском военном приграничье. Мы помогаем, разговариваем, мы слушаем людей, наших, простых русских людей, в жизнь к которым неожиданно постучалась война. Смотрите, подписывайтесь, помогайте, участвуйте. Кроме нас нам никто не поможет, все наши это мы. Военкор Марьяна Наумова Оказать помощь можно здесь (по ссылке).

ОСЕНЬ РУССКОГО ПРИГРАНИЧЬЯ: ГАРАЖНЫЙ ФРОНТ Первую часть «Сезон охоты на саранчу» читайте здесь. Ливень превратил просёлок в сплошной поток грязи, наша «Таха» даже пару раз опасно вильнула, но отец удержал тяжёлую машину. Минут через двадцать впереди проступили глухие очертания старого ангара. Пикап барсиков нырнул под покосившуюся железную крышу, мы заехали следом. — Глуши! – крикнули откуда-то сбоку. Мы заглушили мотор, и в наступившей тишине было слышно только, как дождь сплошной стеной хлыщет по ржавому железу кровли. В глубине помещения горела тусклая переноска, у верстака копошились двое. — О, Седой приехал! — подал голос плотный мужик в замасленном комбинезоне поверх флиски, и отложив в сторону паяльник, повернулся к нам. — Ну как? — Минус один, Михалыч чётко отработал, — Седой тяжело вздыхая стащил с себя мокрый бронежилет. — Тепляк залило, стёкла в грязи. Давай, шамань, а то до рассвета ещё пара часов... Это место мужчины из "БАРС САРМАТ" уважительно называют лабораторией. Я представляла себе что-то белое и стерильное, где ходят умные люди в очках, а это оказался обычный полуразрушенный гараж на старой деревенской автобазе. Здесь работают те, кого на фронте уважительно зовут инженерами и технарями. До начала СВО Саныч чинил иномарки в Белгороде, а его напарник, молодой парень с позывным «Чип» — студент-радиоэлектронщик, пришёл в БАРС добровольцем после того, как прилетело родительскому дому... Я подошла к верстаку. На нём вперемешку лежали разобранные платы, антенны, медная фольга, мотки проводов, обгоревшие куски сбитых украинских «птиц» и новенькие детали. — А модная турель с монитором - ваша работа? — спросила я, кивнув на пикап, где Михалыч уже протирал тряпкой стволы ПКТ. — Наша, — улыбнулся Саныч. — Понимаешь, Марьяна, обычным прицелом, да ещё ночью, попробуй поймай этот «комар», когда он чуть над полем летит. Только на ощупь. А мы взяли тепляк, вывели сигнал на монитор, приварили спарку ПКТ на станок, пристреляли. Теперь стрелок стоит ровно, держится за рукоятки, перед ним экран, как в компьютерной игре. Только жизнь и смерть вокруг настоящие. — А электроспуск на ПКТ как поставили? — со знанием дела подал голос отец. — Электроспуск от БМП взяли, питание перепаяли под два аккумулятора, — тихо отозвался Чип, не отрывая взгляда от паяльника. — Нам сейчас главное РЭБ настроить. Вон, гляньте, — он показал на угол верстака, где стояла странная конструкция, похожая на связку металлических ромашек. — Это наша глушилка. Рубит частоты, на которых их ночные FPV ходят. Как дождь стихнет, они сто процентов за нашими пикапами охоту откроют. Пикап без РЭБа — это братская могила на колёсах. Михалыч принёс с пикапа залитый грязью тепловизор, Саныч тут же начал просушивать линзы феном, а где-то в углу уже зашумел чайник. — Чай, кофе? На слове чай я кивнула. Седой налил в кружку крепкий чай и протянул мне, горячий фарфор приятно обжог ладони. — Тяжело? — тихо спросила я Седого, глядя на его уставшее лицо. — Тяжело, Марьяна, - ответил он, сделав глоток. — Война изменилась. Раньше мы против людей воевали, а теперь — против железа, людей вообще не видим. Но за каждым железной птицей с той стороны всё равно сидит человек, и совсем не дурак. А значит, мы должны быть быстрее и хитрее. Вот, ребята за ночь успевают платы перепаять под новые частоты, которые мы только вчера нащупали. Это тоже фронт, понимаешь? Гаражный фронт. Без которого наш пикап в поле — просто мишень для врага. Рация на поясе Седого внезапно зашипела. «Первый, я Третий. Готовы? Пошла вторая волна...» Саныч молча передал просушенный тепловизор Михалычу. — По коням... Мы проглотили чай, поставили кружки и загрузились в машины. Дождь затих, до рассвета еще два часа, и наша смена еще не закончилась… Военкор Марьяна Наумова «Хроники нового Неба» Оказать помощь нашей деятельности можно здесь.

ОСЕНЬ РУССКОГО ПРИГРАНИЧЬЯ: СЕЗОН ОХОТЫ НА САРАНЧУ Ночь, узкий просёлок среди чернозёма где-то в русском приграничье. Осенний ветер задувает в приоткрытые окна нашей боевой «Тахи». На часах четыре утра — самое глухое и опасное время. Впереди нас, метрах в тридцати, идёт перекрашенный в хаки пикап. Его швыряет на ухабах, из-под колёс летит жирная грязь, а в кузове, намертво приваренная к раме, замерла зенитная турель. Возле неё, вцепившись в поручни, на деревянном ящике сидят двое бойцов. Это охотники на механическую саранчу, мобильная огневая группа, БАРС-САРМАТ. Мы упросили командира взять нас с собой, и я прямо чувствую, что нас считают бесполезной обузой... Оператор Богдан дремлет на заднем сиденье. Мой отец, бессменный водитель нашей съёмочной группы, в полутьме ловит колею — фары врубать нельзя, небо над нами дышит опасностью, а по обочинам могут прятаться FPV-ждуны. Внезапно рация, которую нам выдал командир, взрывается хрипом: — Внимание, квадрат 42-12! Идёт низко, на завод. Принимайте. Пикап впереди резко тормозит. Мы в «Тахе» глушим мотор и выключаем габариты. Полная темнота и далёкий, едва различимый звук, от которого по спине пробегает мороз. Тр-р-р-р-р... Похоже на старый мопед, но человека на нём нет — лишь сотня килограмм гексогена и электронные мозги. Я приоткрываю дверь и выскальзываю из машины в поле. — Дистанция восемьсот! Идёт прямо на нас! — доносится напряжённый голос. Командир группы, мужик с позывным «Седой», командует: — К бою! С турели сдергивают чехол, обнажая спарку ПКТ. Щёлкают затворы, врубается поисковый прожектор. — Вижу! Яркий луч упирается прямо в небо, и в этом свете «Лютый» кажется серебряным комаром. Он летит нагло, ровно, низко. прямо на нас. Роботу плевать, что его нашли. — Огонь, бл*! — кричит «Седой». Ночь раскалывается на куски. Спарка выдаёт не грохот, а рвущий барабанные перепонки треск, похожий на лопающийся брезент. Каждая третья пуля — трассирующая, и огненный пунктир уходит в небо, сперва чуть выше дрона. Михалыч вцепился в тяжёлые рукоятки турели. Его лицо заливает тусклый свет от небольшого экрана, установленного прямо между пулемётами. На мониторе картинка с тепловизора — в перекрестии скачет белый силуэт беспилотника, а вокруг него рассыпаются огненные искры. — Ниже, Михалыч, подрезай на***! — сквозь адский треск орёт командир. Стрелок доворачивает турель и буквально перепиливает летящий силуэт. Ночное небо озаряет ослепительная вспышка, и дрон взрывается, превратившись в тучу горящих осколков, которые, будто в замедленной съёмке, осыпаются на подсолнуховое поле. Нас обдает горячим воздухом с запахом бензина и гари. В небе воцаряется тишина, и только прожектор ещё какое-то время шарит по облакам, проверяя, не идёт ли следом второй. И тут, словно выждав финала боя, небо прорвало. По крыше «Тахо» забарабанил крупный дождь. Чернозём под ногами моментально превращается в вязкое месиво. Михалыч опускает дымящиеся стволы, с которых капли воды испаряются с шипением и белым паром: — Плохо, что ливануло. Сейчас тепляк закидает, хрен мы по нему следующего поймаем. Наощупь воевать придётся. «Седой» кричит нам: — Марьяна, заводи свой сарай, за нами держись! Не отставай! Дворники «Тахо» пытаются смахнуть дождь со стекла, но грязь из-под колёс пикапа тут же залепляет обзор. Мы срываемся с места и, буксуя в раскисшей колее, растворяемся в предрассветных сумерках вслед за «барсиками». Родина спит под защитой этих мокрых, уставших, но надёжных людей, а наша командировка продолжается. Военкор Марьяна Наумова «Хроники нового Неба» Оказать помощь нашей деятельности можно здесь.