Переслано из Хтонизм
Природа, забвение и могила — три соблазнительных локуса для чувственного путешественника. Мысли, приходящие во время прогулок, особенно остро дают понять, насколько слабо работает идея «вечной» памяти, которую развила отечественная погребальная культура. Взять, например, простой деревянный крест, который в наши дни выбрасывается через год и заменяется камнем. Ведь, в сущности, это лишь указание для грядущего страшного суда — здесь тот, кого следует в назначенный час воскресить и судить. Меточка вроде надписи на руке шариковой ручкой, той, что на следующий день сотрется и не вспомнится. Следующим идет уверенный в себе буржуазный «камень», вернувшийся к нам из прошлых веков. Здесь претензия покойного и его родственников более основательная, как говорится, на века. Но, если посмотреть на эти каменные надгробия столетней давности, что мы в них увидим? Роскошь богатея, причудливость формы, намек нам, проходящим мимо, в форме незамысловатой эпитафии про гостей? А, в сущности, это лишь строительный материал. Из камня можно сделать нечто полезное — вымостить улицу, построить дом, на худой конец, использовать как украшение или сдать в музей. Особняком в стране памяти стоят железные геометрические фигуры советского времени, ржавые, с глухим пустым звуком внутри себя. И, конечно, обелиски с облупленной краской и отвалившейся овальной фотографией. Безымянная вечность, которую вмещает в себе обелиск, будет стоять, но имя сотрется и памятник станет просто сакральной фигурой. Сколько раз я видел эти таинственные заводские кладбища, мало от чего веет в мире таким дремучим безымянным забвением. Но, чем оно сильнее, тем трепетнее чувство. Есть еще урна с прахом, сколько их повидал на Новом Донском. Хотя и скрипят страшно крышки этих урн, в них лишь сухая, выбеленная огнем кость, пригодная разве что для мрачного сувенира. Затем урна треснет, кости рассыпятся и их растащит детвора или очередная реинкарнация южинцев. И это все еще в лучшем случае, а то возьмут реновационно все старое, вышвырнут на свалку все неподписанное, отштукатурят, покрасят — вот тебе новая жизнь. Кладбище хорошо тем, что оно сиюминутно и, демонстрируя свое прошлое, архаично. Избавившись от тела, родственники придут поплакать, но слезы высохнут, а там уж и родственников пора будет хоронить. Здесь не может быть никакого сожаления или грусти, все естественно и закономерно. На фоне этого проступает и новая цифровая эпоха со своим техногенным пафосом. Лежит черно-белой меткой на плите вечный QR, по идее, каждый подойдет и прочитает его. Есть ссылка на страницу в сети с покойным. Светится планшет с фотографиями из жизни ушедшего. Но где будет QR код или планшет лет через сто? А через двести? Если мы сейчас уже не можем подключить к компьютеру старый принтер двадцатилетней давности. Техника тем и хороша, что она обновляет и ускоряет себя ежедневно. А зачем кладбищу эти скорости и перманентная модернизация? Задача кладбища проста - отстоять скорбь и растворить в земле избыток нашего существования. В конечном счете, как по мне, лучше книги надгробие сложно представить. В сути своей такая же цепочка текста, как и сам человек и о совместимости думать особо не надо — взял и читай. Расскажет книга про человека куда лучше, чем подборка из плохих бытовых или постановочных фотографий (из которых наша жизнь сейчас и состоит). А тем, кто в тексте себя заточить не успел и волноваться нечего, просто распадутся вместе с любым памятником, вот и вся вечность! #русская_культура_смерти
Открыть в Telegram