Посты канала artjockey

Без текста

Без текста

Украинские баллистические ракеты от Fire Point, похоже, не полетят, не получились. Во всяком случае, выводы из последнего интервью Штилермана можно сделать вполне однозначные: Она [FP-7] достаточно дешёвая относительно ATACMS. Но сама по себе она достаточно дорогая. И доставлять 200 кг на 300 км за 600 тысяч долларов, когда ты то же самое можешь сделать за 50 тысяч [с помощью БПЛА], нет никакого смысла. Штилерман добавил, что пока не будет кодифицирована и не станет на вооружение FP-7 с кассетной боевой частью, экономического смысла использовать ракету нет. Казалось бы, очень небольшой комментарий, но сколько сразу из него можно понять. Как минимум то, что Штилерман плодоносит скудоумием, проще говоря, туповат. Понимание, что не всё на войне решается стоимостью средства, а на самом деле, почти ничего, — совсем не рокет сайнс. Дело не в том, сколько стоит ракета, а в том, какие возможности она имеет, и они, что должно быть понятно Штилерману, сильно отличаются от возможностей БПЛА. В первую очередь, ракета долетает до цели гораздо быстрее, чем БПЛА, что может быть актуально при поражении разного рода подвижных целей. Самолёта на аэродроме подскока, генерала, который приехал с инспекцией на передовую, построения солдат и так далее. Сюда же добавляется возможность быстрого и скрытого пуска, поэтому условный генерал может даже не узнать, что в него уже летит ракета, а вот о полёте БПЛА он скорее всего узнает. Ну и в конце концов, баллистические ракеты сложнее сбивать. Вполне возможно, что есть бы долетало 2 из 3 ракет за 600 тысяч, это всё равно было бы дешевле БПЛА, если считать стоимость с учётом всех сбитых. Короче, принимать решения о целесообразности тут должен не Штилерман, а военные, его задача — завалить хлебало и делать ракеты, но он смог провалить обе. И мне, на самом деле, сложно представить, чтобы Штилерман этого всего совсем не понимал. Просто ему нужна какая-то отмазка, чтобы объяснить, почему ракеты не летают. У FP в последнее время весь их маркетинг даёт ровно обратный эффект, люди припоминают им все старые обещания и почему-то перестали смеяться над молодёжными шутками про «Милфтех». А вот дальше действительно начинается интересное, потому что Штилерман, сам того не желая, спалил проблему: ракета неточная. Дело не в том, что она дорогая, а в том, что отклонение от цели у неё совсем не 14 метров, как заявлено в рекламных материалах. Именно поэтому он и заговорил про кассетную БЧ, она хоть как-то позволит компенсировать неточность и у ракеты может найтись практическое применение. Сейчас же его просто нет, но не из-за цены, а из-за того, что нет смысла запускать ракету, которая может отклониться от цели на сотни метров. Подтверждено, что она была испытана в боевых условиях, про это писали и в СМИ примерно месяц назад, но с тех пор никакой информации не было. Вероятно, её не было как раз потому, что пуски были признаны неудачными, а как улучшить ракету в FP не знают. Вот разве что кассетную БЧ к ней прикрутить. А это значит, что и проект «Фрея» — «украинского Patriot», но в 10 раз дешевле — сразу идёт в помойку, и FP-9, которые должны были «лететь до Москвы», туда же. Ну то есть до Москвы они долетят, но так и Фау-2 до Лондона почти сто лет назад долетали, проблема не в этом. С ракетными разработками FP Украина, похоже, попала в ловушку невозвратных затрат. Вместо того, чтобы признать провал и закрыть разработку проекта, их продолжают заливать деньгами под обещания, что вот-вот полетит. Хотя правильно в нынешней ситуации было бы провести аудит, как и на что тратились деньги, и разделить компанию на две: беспилотную часть оставить как есть, а ракетную со всеми инженерами и библиотекой советских книжек национализировать и затем передать под руководство или влить в состав «Луча» или «Южного». Да, понятно, что это старые советские КБ, там вайбик совсем не тот, возможно, нет даже кофейных автоматов, уголка с приставками и настольного футбола, но там действительно умеют делать ракеты и существующие наработки могут стать полезными.

В октябре проблемы с доступностью топлива в России практически ушли. Этот мой прогноз, что после выборов ситуация ухудшится, не оправдался, но было сложно предугадать, что Трамп решит надавить на Зеленского ради сделки с дизелем. Впрочем, это не единственная причина прекращения острой фазы кризиса. Мы знаем, что дефицит производства бензина в острой фазе лета 2026 года составлял около 35% от потребления. До украинских ударов Россия была экспортёром бензина, хотя и не очень большим, в отличие от дизеля, но какой-то излишек продавался на мировом рынке. То есть общее падение было выше, чем падение относительно внутреннего потребления. Сам дефицит был неравномерным, он колебался от 35% в июле до 20% в августе, когда Украина вместо НПЗ стала атаковать склады, а потом вернулся примерно до уровня 30% после возобновления ударов, но в течение сентября постепенно уменьшался. Покрыть дефицит пытались всеми возможными путями: ▪️Снижением требований к качеству бензина, когда под видом Евро-5 разрешили продавать Евро-3, например; ▪️Запретом на экспорт бензина; ▪️Импортом; ▪️Работой со спросом, те самые ограничения на заправках; ▪️Расходованием резервов. В октябре же сыграли сразу три фактора, которые позволили преодолеть дефицит на АЗС: импорт, снижение спроса и пауза в ударах. У потребления топлива есть сезонность, колебания от среднего уровня примерно 10% в обе стороны, но пик — это как раз июль-август, а в октябре спрос падает примерно на 10-15% относительно августа. Кроме того, из-за дефицита топлива российские автомобилисты стали активно переходить на ГБО, ещё в начале июля «Коммерсант» сообщал, что объём торгов пропаном-бутаном на бирже вырос на 20%, а установщики говорили о росте спроса на их услуги на треть. Второй фактор — это импорт. В середине октября Новак подтвердил, что Россия стала импортировать значительные объёмы топлива и будет это делать как минимум до конца 2026 года. По его словам, ввозилось около 10% объёма внутреннего рынка и это нужно как для удовлетворения спроса, так и для восстановления резервов, которые были истрачены летом. Ну и третий фактор самый очевидный: из-за малой интенсивности ударов в начале октября и затем полной паузы вследствие давления США, какие-то НПЗ вышли из ремонта и нарастили выпуск топлива. Вот и получается, условно говоря: производство выросло на 10%, спрос даже из-за сезонных колебаний упал на 10%, а импорт покрыл ещё 10%, и бензин на заправках появился. Ничего удивительного или магического здесь нет. Важно только не путать дефицит бензина на заправках и дефицит выпуска бензина относительно всего внутреннего спроса, это разное. Однако сейчас Киев возобновил удары и за три дня поразил три НПЗ, которые совокупно дают примерно 10% первичной переработки нефти. Кластер в Уфе — а там три НПЗ, расположенные рядом друг с другом, но проще считать их как один большой — пострадал не так сильно, а вот по Кстово и Самаре вопросов много. Губернатор Нижегородской области Никитин даже в официальном сообщении о ситуации написал прямо: Значительные повреждения получило промышленное предприятие в Кстовском районе. Респект за честность, не стал писать про «падение обломков» или «небольшое возгорание». И сразу же в регионе ввели жёсткие меры, даже запрет на заправку автомобилей из других регионов и запрет на вывоз в другие регионы топлива из хранилищ кроме нужд МО и МЧС. Поэтому «высохнуть» могут соседние регионы без своих НПЗ, которые тоже получали бензин с НОРСИ. Новая волна ударов проходит на фоне сообщения о затягивании ремонтов НПЗ. В сентябре Мантуров сообщил, что правительство определилось со списком компаний, к которым «есть вопросы» по поводу защиты от ударов дронов в контексте указа Путина, который позволяет переводить объекты во временное управление государства, если владельцы не могут или не хотят их защищать и ремонтировать. Практически сразу же вылез Алекперов и публично пообещал всё отремонтировать, заявив, что они чинят всё так быстро, как только могут. Видимо, «Лукойл» был в этом шорт-листе стрелочников. Иронично, что НПЗ в Кстово — это как раз собственность «Лукойла», посмотрим, как быстро его в этот раз будут чинить. А уже в октябре Bloomberg со ссылкой на свои источники написал, что и «Роснефть» намеренно затягивает ремонты своих НПЗ: работы, которые можно сделать за дни, растягивают на недели, так как в ремонте заводов нет никакого экономического смысла и в долгосрочной перспективе затраты на это становятся неподъёмными. Кстати, Новокуйбышевский НПЗ — это как раз завод Сечина. Впрочем, даже атакованный в Уфе «Башнефть-Новойл» принадлежит Башнефти, но сама Башнефть принадлежит Роснефти. Как будто эти украинцы издеваются. Украинские атаки в эти дни были невероятно эффективными, три НПЗ подряд, причём на двух из них значительный ущерб, что видно было даже по количеству очагов горения, это не 1-2 попадания в одну из установок, как часто бывает. Не знаю, как так произошло, разовая ли это удача или есть какие-то причины — может быть, все меткие зенитчики сейчас чилят на Валдае, охраняя Кабаеву с детьми и внуками, — однако если так продолжится, то дефицит топлива на АЗС вернётся. Вот только это побочный эффект, главная суть ударов в другом. Про демпфер я уже много рассказывал, сильно повторяться не буду, просто напомню, что значительную часть сверхдоходов от дорогой нефти для российского бюджета съедают обратные выплаты. Например, в сентябре НДПИ на нефть составил 688 миллиардов рублей, а демпферные выплаты — 306 миллиардов рублей. Но если раньше эти деньги хотя бы оставались в российской экономике, сейчас Россия из своего бюджета дотирует третьи страны: Индию, Белоруссию, Корею и бог знает кого ещё. Теперь, похоже, и сам факт необходимости ремонтировать НПЗ становится самостоятельным экономическим фактором. На это деньги из бюджета не дают, владельцы обязаны ремонтировать их на свои, а этих своих — не так много. Мы не знаем, сколько стоит каждый ремонт, но эти затраты волнуют даже «Роснефть». Они как раз отчитывались о прибыли, за первое полугодие она составила 200 миллиардов рублей или, примерно, 2,5 миллиарда долларов. Причём она была ниже, чем в прошлом году, что объяснили «временными факторами»: падением стоимости активов, курсовой разницей и вот этим всем. Неужели находящиеся во владении НПЗ подешевели? Интересно, что случилось? А это не так много, ведь стоимость строительства НПЗ, аналогичного атакованному в Самаре, можно оценить — если верить Гуглу, я сам НПЗ не строил, конечно — в 5-10 миллиардов долларов. Конечно, он не уничтожается от украинских атак весь целиком и строить новый с нуля не нужно, но на постоянные ремонты ключевых узлов, полагаю, легко можно потратить миллиард-другой, то есть практически всю прибыль. Плюс упущенная прибыль от простоев. И главное, что ремонт не имеет смысла, ведь он не окупается, сразу после починки заводы снова бомбят. Интересно будет посмотреть на прибыль компаний во втором полугодии, так «Роснефть» и другие ВИНКи могут просто уйти в минус, пытаясь воевать с этими ветряными мельницами и тратя всё заработанное на постоянные ремонты НПЗ, потому что власть не хочет брать на себя ни экономическую, ни политическую, ни военную ответственность, перекладывая последствия своих решений на бизнес.

Без текста

Без текста

На Полимаркете шансы демократов на победу в Сенате повысились до 70% с лишним, а Трамп сначала отменил, а затем решил провести два митинга в Канзасе и Айове, где республиканцы неожиданно проигрывают. В то же время со стороны демократов в предвыборной агитации стал участвовать Обама, один из тяжеловесов партии. Но с шансами на победу всё в целом понятно, выборы пройдут уже во вторник, поэтому интереснее то, что может произойти после них. Нынешний Конгресс продолжит работу до января, это довольно необычная особенность для США, когда после выборов у проигравшей политической силы остаётся небольшое окно для завершения дел перед передачей власти. Никаких крупных законопроектов за такой короткий срок протащить уже нельзя, однако Конгресс будет решать вопрос бюджета, и я думаю, мы увидим очередной временный бюджет или сразу шатдаун, а также вопрос Ирана. Трамп ведёт довольно агрессивную риторику на своих предвыборных митингах, но сложно сказать, является ли это заявлениями, которые имеют какой-то вес, или же он просто радует местных глубинариев. С другой стороны, в СМИ много слухов о том, что армия США готовится к возобновлению войны, причём даже называется формат операции: это будет короткая, но интенсивная кампания ударов по Ирану. Если это правда, то можно предположить, что США нанесут удары по ключевым иранским инфраструктурным объектам типа добычи и экспорта нефти, мостам, электростанциям и так далее, а затем объявят о своей победе и завершении войны. Мотивировать её можно тем, что ядерные объекты уничтожены, а государство экономически отброшено на полвека назад и в ближайшие 10-20 лет не будет представлять опасности для региона, а также не сможет создать ядерную бомбу. Учитывая состояние иранской экономики, без экспорта нефти им и правда будет очень тяжело, а возобновить экспорт без инфраструктуры они быстро не смогут. Всё это слухи, но есть и определённый прямой намёк. Сенатор-демократ Крис Мёрфи участвовал в закрытом военном брифинге, на котором, вероятно, Конгресс ознакомили с дальнейшими планами Пентагона. Он не может поделиться деталями, они под грифом секретности, зато смог намекнуть: Некоторых из нас проинформировали о военном плане. Я не могу раскрыть его детали, но могу сказать следующее: этот план безумен. Заявление Мёрфи посчитали эдаким «свидетельством канарейки», что он пытается сказать, не нарушая закон, что решение о бомбардировках уже принято и будет реализовано вскоре после выборов, и что оно будет примерно таким, каким его описывают в прессе. Про последнее он, кстати, сказал отдельно: В открытых источниках уже появлялись сообщения о том, что именно мы можем планировать и какие объекты гражданской инфраструктуры могут стать нашими целями. По его мнению, реализация представленного плана приведёт лишь к эскалации, затягиванию конфликта и нарушению верховенства права. Опять же, намёк на удары по гражданским объектам. Трамп спешит с войной из-за политических проблем, которые демократы могут устроить ему в будущем. Похоже, что в случае их победы в Сенате нас ждёт масса расследований действий чиновников нынешней администрации, и самым первым объектом расследования станет Хегсет. Им очень недовольны даже республиканцы, поэтому импичмент — а в США подвергнуть импичменту можно любого федерального чиновника — скорее всего пройдёт голосование в Сенате. Причём учитывая непопулярность Хегсета, вряд ли Трамп будет за него бороться, проще его «слить», но Хегсет — это один из главных сторонников продолжения войны, тот же Вэнс, например, выступает против. Поэтому окно возможностей для Трампа возобновить войну с Ираном будет открыто в течение двух месяцев, а заодно у него есть удобный стрелочник, которого, вероятно, придётся скоро уволить. В январе, когда начнутся расследования, комиссии, допросы, импичменты и так далее, будет уже не до бомбардировок Ирана.

Выборы прошли, властям больше не нужно себя ограничивать, а это значит, что блокировки интернета возвращаются. В октябре появляется всё больше информации о планах правительства «усилить, углубить и ускорить» эту сферу. Самой заметной пока новостью стало отключение мобильного интернета в Москве из-за саммита в период 27-29 октября. Весной практика превентивного отключения интернета уже вводилась, но на фоне резкого неприятия населением от неё отказались до выборов. Теперь, как видим, отключения возвращаются. Однако они почему-то не помогли, регион всё равно атаковали украинские БПЛА. В начале октября из опубликованного проекта бюджета стало известно, что на фильтрацию и блокировку трафика потратят в два раза больше денег, чем было запланировано: 60 миллиардов вместо 32 миллиардов в течение трёх лет. То есть от планов расширять и улучшать инфраструктуру никто не отказался, наоборот, её станет больше. Причём блокировка интернета находится у правительства в приоритете, это одна из немногих статей бюджета, кроме военных расходов, на которую выделят больше денег. Напомню, что расходы на социальную политику, национальную экономику, ЖКХ и здравоохранение сокращают, на образование повышают на размер, который не покрывает даже инфляцию, зато на блокировки интернета увеличивают в два раза. Тогда же в начале октября Минцифры представило третий пакет поправок к закону о борьбе с мошенничеством, в котором, помимо прочего, планируют ввести реестр «владельцев VPN-сервисов». При попадании в такой реестр на год будет запрещено пользоваться российскими хостингами. Другими словами, если вы купили в России хостинг и подняли там свой VPN или другое средство обхода блокировок, а потом спалились, вас внесут в реестр. Затем при аренде любого хостинга в России провайдер должен будет заранее опрашивать клиентов о целях приобретения хостинга и сверять их с этим реестром, в случае обнаружения в нём клиента — обязан отказать в предоставлении услуги. Пока это законопроект, но прошлые поправки принимались без особых проблем. Интересно, а заставят ли попавших в реестр любое своё сообщение помечать «плашкой владельца VPN-сервиса»? Самая же главная новость была опубликована на днях в Forbes: Минцифры не отказалось от планов ввести ограничения на зарубежный трафик. Напомню, что ещё весной эти планы официально подтверждались, тогда планировалось ограничить использование зарубежного трафика на мобильном интернете, но из-за выборов их перенесли на осень, а потом как-то про это все забыли. Идея возвращается, причём в новой редакции. По информации Forbes сейчас уже планируется весь зарубежный трафик пропускать через ТСПУ, а для конечных пользователей ограничить его объём. Информации о лимитах пока нет, но если весной обсуждалось ограничение трафика для мобильного интернета на уровне около 15 гб в месяц, теперь речь идёт про трафик любых абонентов. В общем, власть решила не ограничиваться полумерами. Если эти меры будут введены, они ограничат как использование VPN, так и всех западных сервисов. То есть будут убиты сразу два зайца, помимо обходов блокировок, ещё какая-то часть пользователей будет пересажена на российские сервисы игр, фильмов, музыки и так далее.

Без текста

Два года назад Трамп одержал на выборах убедительную победу. Он выиграл все 7 спорных штатов и даже в абсолютном числе — что в США ничего не значит из-за системы выборщиков, но является маркером настроений — набрал на 2 миллиона больше голосов, чем Харрис. В 2016 году было наоборот, тогда Трамп набрал на 3 миллиона меньше голосов, чем Клинтон. Также были выиграны обе палаты Конгресса, хотя по многим прогнозам Палата представителей должна была остаться за демократами, но республиканцы смогли там получить большинство, пусть и одно из самых маленьких в истории США. Также в Верховном суде США сейчас 6 из 9 судей — консерваторы, а троих назначал сам Трамп. Далеко не всем президентам везёт сконцентрировать в своих руках столько власти и такую поддержку американцев, навскидку вспоминаются Рузвельт, Рейган, Буш-младший и Обама. Кого-то я мог упустить из виду, но эта четвёрка довольно показательна, даже Обама, который у нас стал, скорее, героем шуток о том, кто ссыт в подъездах, в опросах в США регулярно попадает в топ-10 лучших президентов страны. В отличие от них Трамп смог растратить свой политический капитал, который упал ему в руки в начале второго президентского срока, не превратив его в политические достижения и наследие. Хотя результаты промежуточных выборов ещё неизвестны, шансы говорят сильно не в пользу республиканцев. А что в активе кроме громких заявлений? Основные тарифы отменил суд и Америка сейчас возвращает всё, что удалось собрать. Гренландия осталась датской. Война России и Украины не завершилась. Война в Газе не завершилась. Началась война с Ираном, промежуточный итог которой — мировой нефтяной кризис. Разве что Мадуро успешно украли, хотя режим в Венесуэле остался тот же, а американские компании не захотели инвестировать в добычу венесуэльской нефти. Впрочем, для достижения успехов во внешней политике у Трампа будет ещё два года, согласно принятому в США разделению, Белый дом здесь остаётся в своих правах и продолжит определять поведение США на мировой политической арене. Зато во внутренней политике Трампу будет очень сложно продвигать своё видение, в ней приоритет отдаётся Конгрессу. Обычно в США у каждого президента есть какой-то крупный политический проект, который становится его основным наследием для американцев, которых внутренняя политика волнует гораздо больше внешней. Самый известный подобный проект для нас, как мне кажется, — это медицинская реформа США при Обаме, так называемый Obamacare, она почему-то оказалась у всех на слуху. Но почти у каждого президента есть что-то своё: «Новый курс» у Рузвельта, строительство хайвеев у Эйзенхауэра, Great Society у Линдона Джонсона, Рейганомика у Рейгана, реформа велфера у Клинтона, инфраструктурное строительство у Байдена и даже у самого Трампа был Tax Cuts and Jobs Act. Однако ничего похожего сейчас у Трампа нет, он имея в руках столько власти и такую поддержку общества два года назад, решил в этот раз руководить страной лично, без Конгресса, и не занимался продвижением каких-то крупных реформ. Дело в том, что для проведения реформ нужно со всеми договариваться и учитывать интересы разных политических групп. Причём как оппозиции, так и своей же собственной партии, каждый представитель которой в целом, конечно, придерживается партийной дисциплины, но имеет и свои собственные интересы, потому что выборы ему нужно выигрывать у себя в штате или округе, он не проходит в Конгресс по партийному списку. Отдельно в Сенате практически любой законопроект может быть заблокирован благодаря филибастеру: возможности бесконечно затягивать обсуждение любого законопроекта. Поэтому чтобы провернуть какую-то масштабную и противоречивую реформу нужно в начале заручиться поддержкой своих сопартийцев, а затем и поддержкой политических оппонентов, хотя бы их части. Для преодоления филибастинга нужно иметь 60 голосов в Сенате, а это большая редкость, поэтому нужно искать компромисс с политическими оппонентами, что-то давать им взамен. Всем этим Трамп занимался в свой первый срок, когда проводил TCJA. Правда, республиканцы смогли использовать обходную процедуру и провести закон как правки к бюджету, поэтому его нельзя было заблокировать филибастером и с демократами не пришлось договариваться, однако были широкие дискуссии и компромиссы внутри республиканской партии. Трампу пришлось искать поддержку среди ключевых республиканцев и проводить реформу, опираясь на них. В свой второй президентский срок Трамп решил ничем подобным не заниматься и попытался управлять страной с помощью указов, но получилось не очень. Наверное, главным его политическим действием можно назвать введение тарифов против всего мира, но их, как мы знаем, отменил Верховный суд США, причём против голосовали даже те судьи, которых назначил Трамп. Здесь можно, конечно, сказать, что провести пошлины через Конгресс бы и не удалось, даже республиканцы бы не поддержали такую реформу, но на это можно ответить, что это сигнал о том, что реформа, значит, говно. А теперь у Трампа в принципе не будет возможности что-то сделать, демократический Конгресс вряд ли даст ему что-либо сделать из того, что он сам мог бы хотеть во внутренней политике. Нужно было заниматься реформами, пока был мандат от народа и контроль парламента, но время было упущено. Да и во внешней политике президенту США придётся гораздо сложнее. Да, полномочий у Белого дома там больше, но у Конгресса есть возможности влиять на выбранный президентом курс. Есть много оснований для критики предварительных уступок Путину в надежде, что в Кремле выберут пусть сотрудничества и взаимовыгодных сделок, но критики ведь могут ошибаться, возможно, подход Трампа к урегулированию конфликта между Украиной и Россией способен дать результаты. Вот только при оппозиционном Конгрессе президенту США будет сложно реализовать подобные договорённости в рамках уступок России. Да, он сможет договориться с Путиным о снятии санкций, но как реализовать эти договорённости на практике, если Конгресс выступит против? Зато Конгресс скорее всего даст двухпартийную поддержку дальнейшему давлению на Россию, что уже само по себе ограничит для Трампа коридор возможностей. Он будет знать, что реализовать на практике можно будет лишь один из двух возможных подходов, а значит, нет смысла пытаться вкладываться в то, что не принесёт результат. Трамп воспринял свою вторую победу как возможность единолично принимать все решения, но США устроены иначе и подобный подход там практически не работает. Даже разгромно победившему своих оппонентов политику нужно уметь договариваться и учитывать интересы других политических групп, чего Трамп решил не делать. Он выбрал путь быстрых и простых решений, не заботясь о том, как эти идеи реализовать и закрепить в виде работающих институтов, в результате вышло много шума, но мало результата. Ирония в том, что по итогам всех этих разговоров о собственном величии и возврате величия для Америки, Трамп рискует оставить после себя гораздо меньше, чем его предшественники, большинство из которых имели гораздо более скромные политические возможности, чем получил Трамп в начале своего второго президентского срока.

Без текста

Украина ночью атаковала Новокуйбышевский НПЗ после двухнедельной паузы в подобных атаках. Результаты на фото, и не помню я таких сильных развалов одного отдельного НПЗ, когда на нём как минимум 10 отдельных очагов горения, что, впрочем, не означает обязательно горение чего-то важного. Гореть могут бочки с нефтью или повреждённые трубопроводы. Интересен тут политический момент. Официально Украина отвергла требования Трампа не атаковать НПЗ и нанесла несколько ударов, но всё же с 16 октября они полностью прекратились. Как написал канал Буданова «Украинский контекст»: просьбы были не только от США, но и от других украинских партнёров. Естественно, никто кроме Трампа не считает, что удары по НПЗ как-либо влияют на мировой рынок нефти и нефтепродуктов, в отличие от блокады Ормузского пролива, речь тут шла явно о том, чтобы не раздражать руководство США до выборов и не плодить проблемы на ровном месте. Затем СМИ инсайдили, что требование прекратить удары по НПЗ повторил Кушнер на встрече в Осло, которая состоялась 21 октября, он был при этом «жёстким». Также сообщалось и о сроках, якобы, от Зеленского требовали 30-дневной паузы. Известно, что Зеленский в ответ попросил у США одно из трёх: ▪️Включение Старлинка над территорией России для поиска и поражения пусковых установок баллистических ракет; ▪️Энергетического перемирия; ▪️Перехватчиков Patriot. Также Зеленский говорил в общении с журналистами, что прямого приказа не атаковать НПЗ нет, но они пришли к мнению, что действительно будут пока «осторожны». Если мы сложим всё это вместе, то получится, что Киев отверг прямое давление США и перевёл всё на другой уровень взаимодействия: это не Украина подчинилась требованию, а Украина пошла навстречу Трампу по своей воле, но хочет за это взаимных шагов. Например, те же перехватчики для Patriot по слухам блокирует Хегсет, то есть это даже не американские ракеты, от него нужна лишь подпись, разрешающая их передачу третьим лицам, но он просто не подписывает документы. К слову, к Хегсету у будущего Конгресса больше всего вопросов. Украина выждала две недели, продемонстрировала Трампу, что может соблюдать договорённости, но не будут этого делать в одностороннем порядке, и нанесла удар по НПЗ за считанные дни до выборов. Конечно, все понимают, что здесь есть прямая связь с рейтингами республиканцев и ожидаемыми результатами этих выборов. Если бы республиканцы на них уверенно побеждали, то и Киев бы так себя не вёл, но слабость Трампа и отсутствие у него рычагов давления позволяют ставить себя в доминирующее положение. В Киеве, вероятно, понимают, что действия Трампа ударили по нему самому сильнее, чем по ним или по кому-либо ещё, и он просто не решится второй раз пытаться отключить Украине Старлинк или прекращать передачу разведданных. Вопрос Украины в контексте выборов в США не так важен, американцев волнуют практически только внутренние проблемы, им всё равно, насколько успешно их страна побеждает Иран, если за это нужно платить из своих карманов дорогой ипотекой или ценой топлива. Однако по опросам конкретно об Украине даже MAGA-электорат находится на стороне Украины, они не поддерживают передачу Украине военной помощи, но в то же время, вряд ли поддерживают шаги, которые прямо вредят Украине и помогают России. Плюс сама история стала объектом пристального внимания со стороны демократов и это явно беспокоит Белый дом, им пришлось отрицать какие-либо действия со своей стороны, а затем просить Илона Маска взять всю вину на себя. Трамп хотел продемонстрировать, что может диктовать Киеву условия, но оказался в ситуации, когда ему самому нужно учитывать украинские интересы. Быканул, но не вывез, проще говоря. Зеленский же показал готовность к компромиссам, но не к односторонним уступкам. Киев заставляет Вашингтон разговаривать с собой не как с подчинённым, а как с партнёром, хотя эта линия прослеживается уже давно: Украина хочет стать для США примерно таким же союзником, каким является Израиль, — страной, с интересами которой Вашингтону приходится считаться даже тогда, когда эти интересы не совпадают с его собственными.

Минутка саморекламы Мой канал существует только на моём энтузиазме и ваших донатах, рекламу я не продаю, спонсоров у меня нет. Поэтому если вам нравится мой контент и вы хотите меня поддержать, то сделать это можно подписавшись на платный канал: @artjockeyp_bot В нём нет эксклюзивных материалов, но все посты выходят раньше от нескольких часов до нескольких дней. Например, сейчас там уже доступен большой пост с актуальной информацией о потерях сторон. Помимо этого, в платном канале открыты комментарии и есть общий чат подписчиков.

Без текста

Подсчёт голосов в Израиле подходит к концу и больших изменений не ожидается. Небольшим сюрпризом стал более высокий, чем показывали опросы, результат Нетаньяху, но глобально ничего не меняется: оба блока не имеют большинства и голоса арабских партий становятся решающими. Все избиратели в стране руководствовались при голосовании одним из трёх критериев: ты или за Нетаньяху, или против Нетаньяху, или араб. Эта идея, как видим, не очень хорошо сработала, сторонников Биби в стране всё ещё большинство несмотря на события последних трёх лет. К слову, в Израиле популярна идея «а кто, если не он?». В то же время и сам Нетаньяху не смог мобилизовать вокруг себя народ, хотя он и показал результат лучше, чем ожидалось, до победы его не хватило. Далее начнётся самое важное — коалиционные переговоры. Очень мало шансов, что этот парламент проработает долго, но может быть, снять Биби они и успеют. Впрочем, возможен вариант и затяжного политического кризиса с целой серией перевыборов. О проблеме, которая мешает, я уже рассказывал: оба блока дали обещание не блокироваться с арабскими партиями, а без них голосов для коалиции нет. Хотя и возможен вариант, при котором будет коалиция меньшинства с ситуационной внешней поддержкой арабов, по сути, сейчас это единственная надежда, что парламент начнёт работу. Назвать Биби проигравшим или победившим сложно, пока для него всё очень непонятно, а сам себя он считает, скорее, проигравшим, потому что успел обвинить арабов в краже выборов. Однако пока сохраняется неопределённость — он остаётся у власти и может надеяться, например, на возобновление боевых действий против Ирана, да и если политический кризис затянется, он тоже будет премьером, а ему уже 77 лет, так что проблема может разрешиться сама по себе. Впрочем, есть и попытки форсировать этот процесс: по сообщениям СМИ, президент Израиля предложил Нетаньяху уйти из политики в обмен на помилование по всем уголовным делам. Главное на этих выборах кое-что другое. Арабские партии получили представительство немногим меньше, чем их часть в населении страны. Всего в Израиле проживает чуть более 20% арабов, однако в Кнессете они имели обычно около 10 из 120 кресел, тогда как сейчас ставят рекорд и берут 19, что делает их значимой политической силой, тогда как ранее с ними можно было не считаться. Возможно, политические расклады в Израиле будут складываться постоянно так, что арабов больше нельзя будет игнорировать. Споры «Биби или не Биби» прекратятся, думаю, относительно скоро, его эпоха подходит к концу просто в силу естественных причин, а вот влияние арабского населения на Израиль может стать ключевым вопросом для внутренней политики на следующие десятилетия. Впрочем, есть и другая проблема: рост религиозности среди евреев. Причём есть интересная статистика не просто по части населения, а по их представительству в политике. В 80-е и начале 90-х религиозные партии получали по 10-16 мест в парламенте, а сейчас более 30. То есть, с одной стороны, есть рост представительства арабских партий, с другой стороны, рост религиозных партий, и как Израиль сможет жить в будущем с такой поляризацией общества — загадка.

Три недели назад Трамп своим звонком Путину смог перезапустить дипломатию по украинскому вопросу. Несмотря на то, что окно для реальных переговоров о завершении войны закрыто как минимум до весны, а президент США лишь пытался спасти себя перед выборами, любые переговоры, даже если они не дают результат в моменте, полезны и стоит знать, что с ними вообще происходит. Пока единственный итог всех челночных переговоров заключается в возобновлении трёхсторонних переговоров на уровне делегаций после паузы, которая длилась с февраля. Россия назначила дату на 10-е числа ноября, это было сделано намеренно, чтобы встретиться уже после выборов в США, когда будут понятны политические расклады в Вашингтоне. Украина настояла на переносе даты на более ранний срок по своим соображениям, связанным с надеждой на заключение ограниченных перемирий в будущем, так что предварительно стороны планируют встретиться 4 ноября в Абу-Даби, хотя это ещё окончательно не утверждено. В любом случае, и Украина, и Россия хотят провести встречу уже после выборов в США. В этот раз в переговоры включились европейцы, но не те. Уиткофф и больной Кушнер по видеосвязи перед визитом в Москву переговорили с Зеленским в Норвегии, на встрече также присутствовали президент Финляндии Стубб и премьер-министр Норвегии Стёре. Эти же двое вчера разговаривали по телефону с Путиным, причём инициатива исходила с их стороны. Разговор прошёл не очень содержательно. Его участники, конечно, дипломатично сообщили, что разговор прошёл нормально и такие контакты важны, однако Financial Times сообщает о реальном содержании разговора, который длился примерно 1,5 часа вместо запланированных 30 минут: Владимир Путин использовал большую часть своего разговора с лидерами Финляндии и Норвегии, чтобы прочитать им лекции о средневековой славянской истории. Источники сообщают, что Стубб и Стёре специально не перебивали президента России, чтобы понять его настроения и то, настроен ли он вообще на конструктив. Однако важна здесь даже не очередная лекция о половцах, а то, что в ЕС деятельность северных лидеров не поддержали. Это был первый разговор Путина с европейцами с лета 2025 года, тогда он в последний раз говорил с Макроном — не хочу разрывать текст картинкой, так что мем про грустного Макрона, который ждёт звонка Путина, имаджинируйте сами, — после чего контактов не было. В Европе же до сих пор не могут определиться с позицией в отношении России в целом: нужно ли вести переговоры сейчас, и если да, то кто их должен вести. Последнее и вызывает самые большие дискуссии, потому что разные европейские институции и правительства перетягивают одеяла на себя. Например, ранее уже было известно, что это стало поводом политического противостояния между главой ЕК Урсулой фон дер Ляйен и главой Евросовета Антониу Кошта. Каю Каллас, хотя она формально отвечает за европейскую дипломатию, никто всерьёз не рассматривает как переговорщика — интеллектуальный уровень не тот. Среди других кандидатов часто всплывает имя Стубба, но по слухам, он сам пока не хочет представлять Европу. Сейчас же Стубб и Стёре действовали, по их же собственным словам, как главы своих стран и звонили Путину на правах того, что у них есть общие границы с Россией, а значит, могут быть и общие дела, которые они не обязаны согласовывать с Европой. Это вызвало резкую реакцию НАТО и ЕС, публично высказалась Дания, но за лидеров Норвегии и Финляндии вступился Зеленский. Его этот канал переговоров и такие посредники явно устраивают, он даже уколол неких абстрактных европейцев, что северяне, в отличие от других, нашли время согласовать свою позицию с Киевом и проинформировать об итогах разговора, а международная изоляция России всё равно умерла в Анкоридже. Теперь о сути того, что Украина, США и примкнувшие к ним северные европейцы хотят предложить Путину и что обсуждалось как раз на последних встречах уже после звонка Трампа: Путину предложат «гарантии безопасности» для России. То есть это будет та самая новая структура коллективной безопасности в Европе, о которой шли разговоры ещё до войны. По замыслу участников дипломатического процесса это позволит Путину «продать» собственному населению «победу» не в виде территорий, а в виде безопасности на следующие 50 лет. Однако что это за гарантии пока детально нигде не сообщается. Украина же должна получить свои гарантии безопасности, тот самый аналог 5-й статьи НАТО от США и некоторых стран ЕС, но без вступления в НАТО, а также репарации от России. Последние будут оформлены в виде фонда, который будет наполняться деньгами от возобновления продажи нефти и газа в ЕС. В общем, та старая идея, которая обсуждалась ещё в прошлом году и которая очень нравится Трампу, потому что он рассчитывает получить там и свой процент. Для России это тоже очень хороший вариант, потому что он позволит не называть репарации репарациями и обеспечит возвращение на европейский ресурсный рынок. Похоже, что Украине удалось сдвинуть позицию США по территориальному вопросу. По словам украинских инсайдеров, сейчас даже Уиткофф понял проблему и сам недоволен, что Путина не интересует ничего, кроме территорий, хотя ему предлагают хороший выход из войны. Впрочем, тут позиция Киева не изменилась: Зеленский настаивает, что любые территориальные компромиссы можно обсудить, но только на личной встрече на уровне лидеров, а не заочно. Сама Украина имеет определённые надежды на трёхсторонний формат, который должен возобновиться в ближайшее время. Прямо сейчас действует локальное перемирие в районе Алёшек, которое нужно для эвакуации населения. Посредником выступила Мелания Трамп, а перемирие реально работает, причём до самой эвакуации ещё далеко, её ожидают в пятницу. Вот у Киева есть расчёт, что можно будет продвинуть этот формат дальше и на будущих встречах договориться о подобных локальных перемириях в других местах, чтобы локализовать войну только на Донбассе, или выйти в итоге на взаимное воздушное перемирие. Этого не ждут на первой встрече, какие-то практические результаты ожидаются не раньше третьего раунда переговоров, именно поэтому Киев и договорился о том, чтобы сдвинуть переговоры на неделю: чем раньше начнётся первый раунд — тем раньше пройдёт и третий, который уже может иметь какое-то гуманитарное значение. Мира ждать не стоит, до весны окно для завершения войны будет закрыто. Однако неудачные переговоры — это лучше, чем их отсутствие, потому что они в любом случае являются частью пути к тому, чем завершается любая война, то есть к удачным переговорам. Например, переговоры о завершении Корейской войны длились около двух лет — и сдвинулись после смерти Сталина, — переговоры о завершении Вьетнамской войны около четырёх лет до формального соглашения и почти семь лет до падения Сайгона. Так что наличие хоть какого-то процесса и канала связи это не плохо, и может быть, в будущем, уже с послезнанием, мы сможем сказать, что путь к миру начался как раз сейчас. Хотя, повторюсь, не стоит считать, что это путь будет близким и быстрым, до весны на большие прорывы рассчитывать не стоит, а вот какие-то гуманитарные вопросы могут разрешиться и в ближайшие месяцы.

Без текста

Без текста

Без текста

Без текста

Без текста

Без текста

Без текста

Ночью Украина атаковала два интересных объекта. Они не связаны между собой, но интересны они мне тем, что я предсказывал такие атаки. Во-первых, был атакован ДЦ ФНС в Городце Нижегородской области. Информации о последствиях мало, возможно, это был не самый важный ДЦ или в прессу-пока ничего не просочилось, но удар ожидаем. Правда, сложно сказать, насколько важны такие отдельные ДЦ, если службы типа ФНС используют инфраструктуру провайдеров типа Яндекса в качестве основной, тут больше о векторе мыслей. Если в результате тех или иных ударов ляжет ФНС — это прямо отразится на собираемости налогов, что в свою очередь сразу же ударит по российскому бюджету. Бизнес и так массово уходит в тень, а если у ФНС ляжет ещё и автоматизация, то сбор множества мелких и трудоёмких для взимания налогов может фактически остановиться и бюджетные доходы упадут. Не знаю, насколько такой сценарий с учётом возможностей Украины и запаса прочности ФНС реалистичен, но они, похоже, будут пытаться. Во-вторых, несколько ночей подряд в Луганске атакуется связь. В начале было атаковано здание «Лугаком» — основного интернет-провайдера (оно на фото) в ЛНР, сегодня ночью его же ДЦ на территории завода «Маршал», а также телевышка. Летом я рассуждал о возможных сценариях действий ВСУ на Запорожском направлении, и хотя они не реализовались, украинская армия наступает в других местах, не на Энергодар и Васильевку, я предполагал, что частью украинской наступательной операции должны стать удары по узлам как мобильной, так и проводной связи. После отключения для России Старлинка, именно обычный проводной интернет стал основой связи ВС РФ. Оптика тащится прямо в окопы и там появляется интернет. Там, где протянуть провод сложно, можно использовать wi-fi мосты или собственные LTE-сети, но последнее не знаю, реализовано ли на практике. В любом случае, основой связи стал обычный проводной интернет. Соответственно при нарушении работы сети в Луганске, ляжет и интернет на фронте, а это точно Северодонецк, Сватово, Рубежное, то есть участок, где Украина ведёт активное наступление. Возможно, и Краматорское направление южнее, но оно по центру между Луганском и Донецком, может быть, там используется «донецкий интернет», впрочем, связь в Донецке тоже могут разбомбить, но позже. Эти удары я связываю именно с попыткой воздействия на фронтовую связь, и если у ВСУ это удастся, то фронт действительно останется в основном на рациях и «тапиках». Дополнение: в Донецке тоже ведь разбомбили здание «Углетелекома». То есть связь под атакой в обеих городах.

Буйство Трампа заняло собой информационную повестку и вытеснило хотя и скучный, но важный в контексте войны процесс: обсуждение финансирования Украины. А там есть новости и есть, что обсудить. В ЕС работают параллельно над двумя программами финансирования Киева, отдельно на 2027 год и отдельно на период после него. Базовым сценарием для покрытия дефицита на 2028 год и позже является выделение средств в семилетнем бюджете ЕС, там на это уже заложено 100 миллиардов евро, но бюджет пока не утверждён. Неделю назад проходил «бюджетный» саммит, где страны так и не пришли к согласию. Есть два основных проекта бюджета: план ЕК на 1,8 триллиона евро и предложение председательствующей Ирландии на 1,62 триллиона евро. Именно в эту сумму заложены и 100 миллиардов евро помощи Украине, но они как раз не являются предметом обсуждения. Общая дискуссия проходит по совершенно другой линии: страны-доноры не хотят платит больше, а страны, получающие дотации, хотят сохранить их или увеличить. Средства для Украины, как уже сказал, не вызывают вопросов, поэтому они в бюджете появятся, разве что, план Ирландии предполагает урезание расходов на внешнеполитическую деятельность на 30 миллиардов, но это на всю статью, а не на то, что заложено для Киева. Проблема именно в том, когда именно утвердят бюджет. Следующий внеочередной саммит запланирован на ноябрь, где будут обсуждать бюджет, а если не договорятся и там, лидеры ЕС смогут вернуться к этому вопросу в декабре на плановом саммите. В ЕК хотят утвердить бюджет уже до конца этого года и не затягивать с ним до выборов в ключевых европейских странах, то есть до момента, когда во Франции к власти могут прийти правые. Но гарантий, что удастся договориться до конца года, пока нет. Также надо понимать, что речь идёт про 100 миллиардов для Украины в течение 7 лет, с 2028 по 2034 год, а не каждый год и не одним траншем в 2028. Однако если эти деньги уже будут гарантированы, то это развяжет руки в поиске «коротких» денег, например, Украина сможет взять деньги в долг под выплаты из бюджета ЕС. Проще говоря, те же страны G7 выделят Украине беспроцентный кредит одним траншем в 2028-м, который будет погашаться в течение следующих 7 лет из вот этих плановых выплат от ЕС. При этом выплаты из бюджета ЕС не отменяют и не заменяют другие поступления уже из национальных бюджетов стран ЕС. Однако остаётся гораздо более острая проблема поиска финансирования на 2027 год. На заседании Европейского совета 16 октября — том самом, где обсуждался и семилетний бюджет — выступил Зеленский и сообщил собравшимся, что война в 2027 году будет стоить для Украины примерно 155 миллиардов евро, из них ещё нужно найти 70 миллиардов. Это совокупные расходы, которые нужны не только на финансирование украинского бюджета, но и на закупку и производство вооружения, в том числе, дронов. Скорее всего, сумма в среднем завышена. Логика здесь простая: проси побольше и радуйся, если дадут столько, сколько на самом деле было нужно. Впрочем, руководство ЕС вроде бы согласилось с такой заявкой, но признало, что в одиночку не может проспонсировать войну и ожидает более активного участия стран, которые не входят в союз, в частности, Великобритании, Японии, Норвегии и Канады. Европа скорее всего вынуждена будет привлечь совместный займ на внешних рынках, во всяком случае, это рассматривается как базовый сценарий. Обсуждать этот вопрос будут на внеочередном саммите ЕС, тогда же, когда и семилетний бюджет. Несмотря на некоторые сложности, нет оснований говорить, что «у Европы закончились деньги», они объективно не закончились и есть понятные пути дальнейшего финансирования Украины, во всяком случае, с нынешним уровнем расходов. В ЕС, на мой взгляд, сейчас пытаются решить главную свою задачу: дотянуть гарантированную поддержку Украины до 2029 года, когда в США будет новый президент и уже Америка сможет возобновить финансирование. Это не означает, что война обязательно продлится до 2029 года, здесь смысл скорее в разрушении идеи, что Европа может бросить Киев и тот вынужден будет идти на любые условия завершения войны.

Несколько дней назад я написал пост о том, что Путин на самом деле не хочет завершать войну, так как, возможно, до сих пор не отказался от максималистских целей. Разговоры о взятии Донбасса в этом сценарии лишь ширма, чтобы объяснить продолжение войны, но реальная цель — дождаться истощения Украины или её союзников, чтобы одержать полную победу. Уверен, что некоторые из моих проукраинских читателей тогда сказали: дошло, наконец-то, а у нас про это говорили с самого начала, что Путин хочет уничтожить Украину и будет воевать «до конца». Однако есть ещё одна трактовка логики действий Путина, которая, на мой взгляд, рационализирует его стратегию даже лучше, чем идея «войны до конца не считаясь с потерями». Если сформулировать эту мысль кратко: Путин не ждёт полной победы, но ждёт, когда ему в руку придут карты получше. Идею о том, что президент России может планировать «пересидеть» как минимум европейцев, я озвучивал примерно в 2023 году. Тогда, впрочем, с «коричневой волной» в Европе не задалось, но война так затянулась, что мы дошли до 2027 года, когда в Европе будет проходить очередной «год выборов»: весной будут президентские выборы во Франции, уже этой осенью парламентские в Испании, а в начале года выборы будут в Италии. В Германии могут пройти внеочередные парламентские выборы, страна явно на пороге правительственного кризиса, похожие проблемы есть и у Великобритании, хотя там лейбористы сменили премьера и стабилизировали ситуацию. Практически во всех случаях к власти могут прийти более лояльные к России правительства, но особые надежды, конечно, на Францию. А в США лояльный Трамп уже у власти и будет президентом до начала 2029 года. США Байдена и Европа Шольца, Макрона, Мелони и Сунака тоже предлагали Путину закончить войну, вот только на условиях, которые были очень далеки от тех, что могли устроить Москву. Сценарий выплат репараций и возврата Украине Крыма к 2024 году вряд ли кем-либо рассматривался всерьёз, реалистичный вариант мира тогда мог бы выглядеть как заморозка по ЛБС с сохранением санкций и гуманитарных компенсаций за счёт, например, замороженных в Европе российских активов. Проходит время и Путина встречает в США лично президент Трамп на красной дорожке, а обсуждают они не компенсации Украине и даже не «план мира Украины», а совместные бизнес-проекты, которые можно начать реализовывать сразу же после остановки боевых действий. Среди окружения Трампа даже планируют вернуть Россию на нефтегазовый рынок Европы, конечно, за свой процент для инвесторов из ближайшего окружения президента США. То есть Путин подождал всего год и получил условия гораздо лучше, чем мог бы получить в 2024. Кажется, что сделка с Трампом, которую можно было подписать в Анкоридже, была счастливым билетом для Путина, который можно вытянуть раз в жизни, и было большой ошибкой от неё отказываться, что лучше условий для завершения войны уже не будет. К тому же вскоре у России начались действительно серьёзные проблемы: от российской нефти, несмотря на огромный дисконт, уже просто отказывались покупатели, а сама она подешевела до критического уровня. Казалось, что вот тот самый момент, когда нужно срочно выходить хоть на какую-то сделку и реанимировать «дух Анкориджа», однако Нетаньяху втягивает Трампа в войну против Ирана и в мире случается нефтяной кризис. Нефть дорожает более чем в два раза, США вынуждены временно снять санкции с российской нефти, чтобы не допустить повторения кризиса 1973 года, спрос восстанавливается и высокие цены на нефть вместе со спросом держатся до сих пор, хотя даже сам Путин не ожидал настолько большой удачи. Впрочем, ситуация на фронте для России значительно ухудшается: Украина к осени 2026 года перехватывает инициативу и выходит на паритет по захватам территорий, а с весны наращивает дальние удары, блокирует Чёрное и Азовское моря, устраивает бензиновый кризис и так далее. Казалось, что если проигрывающую Украину поддерживали, то выигрывающую Украину тем более будут поддерживать и таких выгодных условий мира, как в Анкоридже, не будет. Однако Трамп вновь предлагает Путину сделку, причём, вопреки ожиданиям, на условиях лучше Анкориджа. Он неожиданно оказывает давление на Зеленского, а с России снимает санкции не как планировалось раньше, после завершения боевых действий, а заранее, авансом и без ответных уступок. Да, пока это мало на что влияет, но ведь сегодня дизель, а завтра ещё что-то. Поставив себя на место Путина и держа в голове то, что он сильно переоценивает дела на фронте и в экономике, можно легко увидеть мотивацию продолжать войну пусть не «до конца», но ещё немного подождать, ведь можно получить «карты» ещё лучше, чем те, что есть сейчас. Как минимум нет смысла заканчивать войну до того, как пройдут выборы во Франции и, в случае победы Ле Пен, не станут понятны её политика в отношении России и влияние на политику ЕС. В такой стратегии есть один очевидный минус: практически ничего из этого не является заслугой или планом Путина, это лишь удачные стечения обстоятельств, на которые он не может влиять, а ведь было и множество неудач, которые совокупно значительно ухудшили положение России. Например, в Венгрии выборы уже проиграл верный союзник Орбан, а ведь нет никаких гарантий, что Ле Пен будет «вторым Орбаном», а не «второй Мелони». Трамп может окончательно растерять все свои возможности заключать выгодные для России сделки или вообще стать в США «свадебным генералом», у которого из полномочий — лишь временное переименование водоёмов в честь себя. Несмотря на дорогую нефть, с экономикой тоже большие проблемы, продвижение на фронте почти остановилось, зато весь тыл горит. Однако опять поставим себя на место Путина и увидим, что горят ЦОДы ВК, Яндекса и Сбера, но не ЦОДы Путина. Горят НПЗ Сечина и Алекперова, но не НПЗ Путина. Денег нет в бюджете не у Путина, а в бюджете у Силуанова. Набор солдат упал не у Путина, а у губернаторов. Утильсбор, НДС, банкротства компаний, блокировки иностранных переводов, частичная мобилизация, ограничения интернета и так далее ведь тоже не у Путина, а лично у тебя, читатель, это ты несёшь издержки, а не Путин. Мы и Путин смотрим на ситуацию под разными углами. Если для населения страны ухудшение положения страны означает ухудшение жизни каждого отдельного гражданина, то уровень жизни Путина не падает, денег у него меньше не становится, он не стоит в очереди за бензином. Также он не несёт политические издержки, которые бы нёс демократический руководитель государства, который вынужден был бы заплатить за такую войну рейтингами и проигрышем выборов, как прямо сейчас платит Трамп. С точки зрения Путина всё ровно наоборот: его ожидание окупается. Вчера ему предлагали одни условия, сегодня — лучше, а послезавтра предложат ещё лучше. Каждый раз, когда это происходит, он лишь укрепляется в мысли, что вчера правильно сделал, отказавшись от соглашения: ведь для сегодняшнего Путина вчерашнее соглашение — уже не «счастливый лотерейный билет», каким оно кажется нам, а сделка, заключённая на менее выгодных условиях, которых ему удалось избежать. И потому сегодняшняя сделка для него — лишь очередной риск продешевить. Путину в таком положении даже не нужно знать, как выиграть войну: он уже давно мог понять, что изначальных целей не добьётся, так что и плана действий у него нет. Возможно, поэтому он и не формулирует условия, на которых готов закончить войну, прикрываясь общими фразами про «устранение первопричин». Что если этих условий на самом деле нет и Путин просто ждёт, что ему ещё могут предложить и какие ещё события, играющие на руку, произойдут в мире? Для этого ему достаточно верить, что завтра условия завершения войны для него лично, а не для России в целом, не говоря уже про отдельных россиян, будут лучше, чем сегодня, и пока эта вера будет сохраняться — война будет продолжаться, ведь он лично из-за этого ожидания не несёт никаких издержек. Поэтому уступки, которые сейчас лежат в основе стратегии Трампа, не приближают мир, а отдаляют его, ведь для Путина они являются лишь позитивным подкреплением идеи, что чем дольше ждёшь — тем больше в итоге получаешь.

Челночные переговоры в Осло и Питере завершились ничем. Ключевая проблема в том, что позиции обеих сторон остались прежними: Путин настаивает на сдаче Украиной Донбасса, причём это, вероятно, далеко не единственное условие, но затык уже на нём, а Зеленский отказывается от территориальных уступок хотя бы потому, что для них нет оснований. Завоевание оставшейся части ДНР займёт у России как минимум несколько лет, если оно вообще возможно, но у Путина другое мнение и он считает, что побеждает. Про это, если что, сказал Ушаков: Путин отметил новые подходы европейцев и Киева по итогам переговоров в Осло, хотя полезного в них содержалось не так уж и много. И про победу: Путин представил Уиткоффу объективную ситуацию на линии боевого соприкосновения, где инициатива полностью у российских войск. Уиткофф ещё должен проинформировать Зеленского, что ответил Путин на «новые предложения», но уже понятно, что если «полезного содержалось не так уж и много», то и ответ будет такой же, как и в прошлые десятки раз. Единственное, о чём вроде бы смогли договориться, это о возобновлении переговоров ближе к середине ноября в трёхстороннем формате, но очевидно, что это будет опять происходить на уровне делегаций и имеет смысла не больше, чем псевдомиротворчество Трампа. Потому что ничего нового кроме «сдайте Донбасс — не сдадим» там не будет. Одним из предложений Зеленского было провести трёхстороннюю встречу с участием Путина и Трампа, на которой, по его словам, только и можно решить все ключевые вопросы, из-за которых, якобы, продолжается конфликт. Многие воспринимают это как некий «хитрый план», хотя никто толком не понимает, в чём он заключается и зачем эта встреча так нужна Зеленскому. Звучат даже самые невероятные версии, причём не всегда они шуточные, что Зеленский хочет едва ли не лично убить Путина, когда они останутся вдвоём без охраны и посторонних. Чтобы понять, что может решить такая встреча, нужно вспомнить и о другом неоднозначном аспекте войны: Россия настаивает на «заключении мира», для которого нужно «устранить первопричины конфликта». Скоро начнётся 6-й год войны и пока Путин так и не смог внятно сформулировать, что это за причины, поэтому представители Кремля постоянно вспоминают то вообще речь, сказанную в начале СВО, то «ультиматум Путина» лета 2024 года. Однако намёк здесь довольно понятен, что дело совсем не в территориях, к тому же в вышеупомянутых условиях вообще прямо было сказано, что политическая сдача Донбасса вместе с фактическим выводом войск — это условие не для завершения войны, а лишь для начала переговоров. Несмотря на это, в обществе сформировалось мнение, что дело именно в территориях и далее, как я недавно говорил, в зависимости от симпатий: Зеленский давно мог бы сдать этот сраный Донбасс и закончить войну\Путин давно мог бы забить на этот сраный Донбасс и закончить войну. Причём такое же мнение разделяют не только обыватели, но и тот же Трамп. Зеленский, конечно, может рассчитывать, что Путин выдвинет условия, неприемлемые не только для Украины, но и для США, и тогда Трампу станет сложнее делать вид, что проблема заключается исключительно в нежелании Киева идти на уступки и сдать территории, но это уже следствие. Главная цель такой встречи может быть в том, чтобы заставить Путина наконец выложить карты на стол и прямо сказать, чего он хочет. Потому что пока вместо конкретных условий завершения войны мы слышим то про территории, причём разные, «первопричины конфликта», какие-то абстрактные требования, которые постоянно меняются в зависимости от ситуации. И если даже при личной встрече в присутствии президента США Путин не сможет или не захочет сформулировать, на каких условиях готов закончить войну, это тоже будет ответом. Причём, возможно, более важным, чем очередные переговоры, которые опять закончатся обсуждением территориального вопроса или лекцией о половцах.

Сегодня в Норвегии пройдут ранее анонсированные переговоры, в которых примет участие лично Зеленский. Со стороны США будет один Уиткофф, а Кушнер заболел гриппом и присоединится по видеосвязи, также будут присутствовать европейские представители. Эти переговоры заявлены как продолжение сорвавшихся 9 октября переговоров в США, но очевидно, что повестка на них будет отличаться, да и уровень за счёт участия Зеленского будет выше. Там планируется выработать совместную позицию по завершению войны, с которой Уиткофф сразу же отправится в Москву и попытается согласовать её с Путиным. Так что по сути, сегодня в Осло будет решаться, есть ли хоть какая-то повестка для обсуждения на уровне Трампа и Путина в Китае, или же говорить им совсем не о чём. NYT сообщает, что в США планируют давить на Украину, чтобы Киев согласился на сделку «на российских условиях», но взамен получил экономические выгоды: Он [Трамп] внушает украинскому лидеру, что попытки удержать оккупированные территории в восточных регионах страны того не стоят, и что Украина могла бы даже заработать, если бы отказалась от возражений против соглашения — пусть даже такого, которое в значительной степени составлено на условиях России. Именно с таким посланием от американской стороны во вторник в Осло к президенту Украины обратится специальный представитель Трампа Стив Виткофф. Шансы на подобную сделку выглядят откровенно небольшими сразу по двум причинам. Ранее подобные предложение уже звучали — проект «Доннилэнда», — однако они столкнулись с принципиально разными позициями трёх сторон. Самая невнятная позиция у России, однако ранее она сводилась к тому, что Украина должна вывести войска, и лишь после этого могут быть переговоры и заключение долговременного мира, что я на днях уже разбирал. Если исходить из этих условий, то Украина рискует оказаться в ситуации, когда она сдала территории, а затем получила заведомо невыполнимые условия и война продолжилась. То есть общая позиция Путина такова, что сдача ДНР на самом деле не гарантирует остановку войны. Украина в ответ на это выдвинула своё требование: гарантии безопасности. Потенциально обсуждение сдачи территорий возможно, но только в случае, если это гарантированно закончит войну, что, по мнению Киева, возможно только в том случае, если США предоставят надёжные гарантии безопасности. Трамп пообещал Украине гарантии безопасности, вот только с них был один небольшой, но делающий их бессмысленными нюанс: они могли стать только частью итогового мирного соглашения, которое можно было заключить только по итогам переговоров, для которых Украина уже должна была отказаться от своих территорий, то есть пойти на односторонние уступки. Получался замкнутый круг: Украина хотела получить от США гарантии, что война не возобновится после возможной сдачи территорий или принятия других условий Путина, а Трамп хотел в начале убедиться, что Путин действительно остановился, а лишь потом дать Украине какие-то гарантии. Никаких признаков изменения этой позиции нет, в адрес Украины пока звучат лишь угрозы и некие абстрактные обещания экономической выгоды, но не предложение защиты от России. А значит, вряд ли изменится и позиция Киева в отношении территориального вопроса. Вторую причину я описывал вчера: Трампа уже списали. Он может этого ещё не понимать, но вряд ли не то, что Зеленский, но и Путин вместе с Си рассчитывают на какие-либо серьёзные договорённости с президентом США. Не нужно быть гением пятимерных шахмат и великим геостратегом, чтобы понимать политические расклады в Америке, положение Трампа и отсутствие у него возможности гарантировать исполнение каких-либо долгосрочных сделок. Проще говоря, всё, о чём можно договориться сейчас с Трампом, это лишь о «Минске-3», то есть о сделке, которая существует на бумаге, но которую невозможно воплотить в реальности.

Последние шаги Трампа привели лишь к дальнейшему падению рейтинга. Согласно опросу ряда американским СМИ рейтинг неодобрения президента вырос до 66%, а рейтинг одобрения упал до 33%. Опрос от Reuters\Ipsos показывает ещё большее падение до 31%. Это рекорд за оба президентских срока. А внутри даже республиканской партии растут оппозиционные настроения. В США после выборов Конгресс продолжит работать до января и этот период называется «сессия хромой утки». Практически всегда на промежуточных выборах побеждает оппозиция и для президента этот период становится последней возможностью протащить какие-то свои законопроекты, а также сделать очень важную вещь — договориться о бюджете на следующий год. Ещё несколько дней назад член Палаты представителей Дон Бейкон, республиканец, заявил, что из-за политики Трампа в отношении Украины эта сессия может полностью провалиться, так как даже собственная партия не будет голосовать за его законопроекты. Но Бейкон покинет Конгресс, о чём он сообщил ещё год назад, поэтому ему нечего терять и его мнением можно было бы пренебречь. Вот только есть нюанс: сейчас у республиканцев одно из самых маленьких преимуществ в новой истории США, они контролируют всего 218 мандатов. С учётом пустующих мест, большинство — это всего 217 голосов, то есть в ситуации, если все демократы голосуют против, республиканцы могут позволить себе потерять не более двух голосов среди своей фракции. Бейкона и ещё кого-то может быть достаточно для того, чтобы если не заблокировать работу Конгресса полностью, то вынудить Трампа договариваться с частью демократов. Сегодня эту информацию подтвердили в The Hill. По их словам, внутри республиканской партии подобные взгляды разделяют гораздо больше людей, просто не все пока высказываются публично, однако прямые угрозы уже звучат. В частности, республиканцы могут заблокировать запрошенные ещё летом дополнительные 350 миллиардов на финансирование армии, если Трамп не перестанет давить на Украину. Более понятной ситуация станет после выборов, тогда к отрытым оппозиционерам смогут присоединиться, во-первых, те, кто тоже не переизбираются, но не хотят пока заявлять об отсутствии единства в партии, во-вторых, те, кто проиграют свои выборы и будут знать, что они уже не участвуют в Конгрессе следующего созыва. Впрочем, уже сейчас помимо Бейкона открыто против Трампа выступил ещё один республиканец — Брайан Фицпатрик, которого я недавно упоминал. Вот их двоих уже хватает для блокирования законопроектов Трампа до января при условии отсутствия голосов со стороны демократов. А всего против «дизельной сделки» открыто выступили 5 республиканцев, включая вышеупомянутых. Так что период после выборов будет не менее интересным, чем до них. Высока вероятность, что Трамп столкнётся не просто с разгромным поражением, в котором он будет виноват лично, но и оппозицией внутри своей же партии. Отдельно висит вопрос бюджета, который будет сложно принять на фоне экономическим проблем, к которым, опять же, привели действия Трампа как в неудачных торговых войнах, так и из-за войны на Ближнем востоке, и мы можем увидеть очередной локдаун, что сделает действующего президента абсолютно недосягаемым рекордсменом в этом вопросе.

WSJ сообщила главный инсайд: Путин предложил Трампу провести трёхстороннюю встречу на полях саммита АТЭС 18-19 ноября. Это случилось как раз 9 октября во время их телефонного разговора и стало драйвером всех последующих событий. После публикации в Белом доме увидели, что нет смысла больше это скрывать и подтвердили, что такая встреча может состояться. Если верить публикации в WSJ, Путин воспринимает эту встречу как возможную «новую Ялтинскую конференцию», когда трое руководителей стран-победительниц в войне определяли послевоенный раздел мира на сферы влияния. Ни США, ни Китай эту встречу так не воспринимают, в Китае, по словам журналистов, ответили, что «не будут возражать, если Трамп согласится», а Трамп сегодня тоже прокомментировал своё участие довольно спокойно: «если Путин и Си хотят провести такую встречу, я был бы рад принять в ней участие». В общем, пока то, что в голове Путина может выглядеть как историческая судьбоносная встреча в духе Ялты, где может быть определён многополярный миропорядок на десятилетия вперёд, и Трампом, и Си так не воспринимается. Ну и объективно, нынешняя Россия — это региональная страна, которая едва ли может принимать участие как субъект в любой потенциальной встрече по поводу мироустройства. Если бы такая встреча была — обычно они проходят после крупных войн, поэтому пока ничего подобного мы и не видим — Россия на ней была бы, скорее, объектом обсуждений, а не равноправным партнёром мировых держав. Однако президент США ухватился за это предложение как за возможность закончить войну на Украине и выполнить своё предвыборное обещание. На результаты мидтермов это никак не повлияет, но не всё крутится вокруг этого, есть ещё и личное политическое наследие Трампа, с которым пока всё не очень хорошо. Украина в этом контексте могла бы стать для президента США определённым достижением. В то же время выборы затруднят достижение любых договорённостей, так как к моменту возможной встречи их результаты будут известны и вылезет проблема, о которой я писал в прошлом посте: любые договорённости с Трампом, нарушающие политический консенсус в Вашингтоне, не будут иметь смысла, даже если он сможет их как-то реализовать, то не сможет гарантировать их соблюдение уже в скором будущем. Зато зная о возможной встрече в Шэньчжэне, действия Трампа выглядят чуть менее странными и укладываются в его изначальную стратегию действий. Ещё до того, как стать президентом США второй раз, Трамп множество раз обещал закончить войну за 24 часа, а его план действий озвучивал ныне отставной Кит Келлог: если Украина откажется от мира и переговоров, то США прекратят её поддержку, а если Россия откажется, то США усилят поддержку Украины. Попытку реализации подобной стратегии с давлением и уступками в обе стороны мы видели в 2025 году. Встреча в Анкоридже началась очень позитивно, Трамп лично встречал Путина в аэропорту на красной дорожке под всеобщий вой его политических противников, однако теперь мы знаем, что было потом: на самих переговорах президент США заявил, что Путин втирает ему какую-то дичь, а их вторая запланированная часть отменилась. Сразу это не закончилось полным разладом, были достигнуты договорённости о второй встрече в Венгрии, но она отменилась после разговора Рубио и Лаврова, который, видимо, прошёл не очень хорошо. Вскоре после этого стратегия Трампа развернулась и он ввёл санкции против Лукойла и Роснефти, то есть стал давить уже на Россию. Президент США сейчас объясняет свои действия похожим образом. И в посте Truth, и спустя сутки лично журналистам он сообщил, что ведёт переговоры с Россией прямо сейчас и не хочет предпринимать действия, которые их могли бы сорвать. Вот только есть нюанс: И, конечно, мы ведём с ним [Путиным] переговоры по Украине. Так что я не хочу прерывать переговоры прямо на ходу, хотя у меня есть право сделать это в любой момент. Я всегда это могу сделать, если ничего не сработает. По-моему, вполне однозначный намёк, что Трамп хочет поговорить с Путиным, узнать, что тот хочет предложить, а уже потом предпринимать какие-либо действия, если итог встречи будет такой же, как в Анкоридже.