Дональд Трамп готов рассмотреть смягчение санкций против Ирана и разморозку части…

Два агента ЦРУ, наконец-то, встретились.

В американских тюрьмах содержится около 1,77 млн человек, что делает США крупнейшей тюремной системой мира по абсолютному числу заключённых, следует из данных World Population Review. Китай находится совсем рядом с показателем около 1,69 млн человек, тогда как Бразилия занимает третье место с примерно 839 тыс. заключённых. Далее идут Индия с 573 тыс. и Россия с 433 тыс. человек, после чего разрыв между крупнейшими тюремными системами становится заметно шире. При этом абсолютное число заключённых само по себе мало говорит о жёсткости уголовной системы, поскольку страны сильно различаются по населению, правилам учёта и доле людей, находящихся в предварительном заключении. Особенно осторожно следует сравнивать Китай с западными странами, поскольку официальная статистика разных юрисдикций учитывает не одинаковые категории содержащихся под стражей. Тем не менее карта хорошо показывает масштаб американской пенитенциарной системы: страна с населением значительно меньше китайского удерживает примерно сопоставимое количество людей за решёткой.

Еще несколько десятилетий назад почти 90% американцев зарабатывали больше своих родителей в сопоставимом возрасте, тогда как для поколений, родившихся в 1980-е, этот показатель опустился примерно к 50%. Проблема заключается не в отсутствии экономического роста или технологий: США пережили интернет-революцию, бум смартфонов, облачных сервисов, искусственного интеллекта и крупнейшее в истории увеличение капитализации технологических компаний. Однако значительная часть созданного богатства концентрируется у владельцев финансовых активов, недвижимости и пенсионных накоплений, то есть преимущественно у старших поколений, которые успели купить активы до многолетнего роста их стоимости. Молодым достается экономика с более высокими номинальными зарплатами, но одновременно с чрезвычайно дорогим жильем, образованием и входом в собственность, поэтому технологический прогресс все слабее превращается в социальную мобильность. Такая конструкция опасна уже для самой экономики, поскольку молодые позже создают семьи, осторожнее открывают бизнес, меньше рискуют капиталом и дольше остаются зависимыми от старших поколений. Когда большая часть активов сосредоточена у людей, склонных скорее сохранять накопленное богатство, чем финансировать новые рискованные проекты, скорость обновления экономики постепенно снижается.

Предвыборный ролик кандидата от партии Restore Britain («Восстановить Великобританию»), которая выступает за жесткую миграционную политику и массовые депортации: - Мы нация, которую перестали уважать. И вот когда мы войдем в правительство, мы… мы будем депортировать таких товарищей. Обязательно будем их депортировать. Мужик, неужели тебе не стыдно? Ну, видите? Ему плевать на эту страну. В том-то вся и проблема. «Товарищ», конечно, внешне мало походит на мигранта из Сомали. Скорее всего он подставной, но настоящие ведут себя абсолютно так же.

Если бы парламентские выборы в Великобритании прошли сейчас, Лейбористская партия получила бы около 241 места и осталась крупнейшей фракцией, однако до необходимых для большинства 326 мандатов ей не хватило бы 85 мест, следует из свежей MRP-модели YouGov. Консерваторы получили бы около 130 мест, Reform UK Найджела Фараджа около 123, либерал-демократы 71, Шотландская национальная партия 40, Plaid Cymru 15, а «Зеленые» девять. Модель построена на ответах почти 17 тысяч британцев, собранных с 23 августа по 18 сентября, причем более трети округов сейчас решаются с преимуществом менее пяти процентных пунктов. Особенно заметно изменение положения Reform UK, которая еще год назад по аналогичной модели находилась значительно ближе к возможности стать крупнейшей партией, а теперь идет практически вровень с консерваторами. Лейбористы при этом тоже остаются далеко от результатов выборов 2024 года, когда получили 411 мест, поэтому даже первое место не позволило бы им самостоятельно сформировать устойчивое большинство. Британская партийная система становится все более раздробленной, а следующему правительству при сохранении нынешнего расклада пришлось бы искать поддержку сразу нескольких политических сил.